аль-Бакара (часть 3)#

>

1Здесь мы приходим к всецело абстрактной идее ислама об Аллахе — Всевышнем, о характере связи между Творцом и творением, о том, как творение исходит от Творца, — и это самое возвышенное и самое ясное представление обо всех этих истинах.. Мир возник от своего Творца через обращение абсолютной, всесильной воли: «Будь — и оно бывает».. Обращение воли к сотворению некоего сущего само по себе довольно для существования этого сущего — в предначертанном ему образе, без посредства силы или материи.. Что же касается того, как эта воля, природы которой мы не знаем, соединяется с тем сущим, которому надлежит от неё произойти, — то это тайна, не открытая человеческому разумению, ибо человеческие силы не приготовлены к её постижению. А не приготовлены они потому, что такое постижение не требуется человеку для его жизненного предназначения — наместничества его на земле и её освоения. Ему даровано из тайн столько, сколько служит его миссии, и дана возможность пользоваться ими, — ровно настолько, насколько сокрыты от него другие тайны, не имеющие отношения к его великому наместничеству.. Философии же блуждают в пустыне, где нет маяка, пытаясь раскрыть эти тайны, и строят предположения, истекающие из человеческого разумения, которое для этой сферы не создано и вовсе не вооружено орудиями познания и испытания в ней. И выходят эти построения смешными даже на самых высоких своих уровнях — до того смешными, что человек недоумевает: как такое могло выйти из-под пера «философа»! Причина лишь в том, что творцы этих философий пытались вывести человеческое разумение за пределы его природы и раздвинуть границы, ему отмеренные. И не пришли ни к чему, в чём можно обрести уверенность, — более того, не достигли ничего, что мог бы уважать человек, вовсе чуждый исламскому миропониманию, и под сенью чего мог бы жить. Ислам же оградил своих приверженцев, верующих в его истину, от блуждания в этих дебрях без путеводителя и от самой попытки — тщетной и изначально ложной по своему пути. Но когда некоторые из тех, кто рядился в одежды философов под влиянием — особенно — отзвуков греческой философии, возжелали посягнуть на эти высоты, они кончили запутанностью и сумбуром, как кончили их греческие учителя! И внедрили в исламскую мысль чуждое её природе, и исказили исламское миропонимание тем, что не имеет отношения к его истине.

2…И таков неизбежный исход любой попытки человеческого разума выйти за пределы своей сферы — подняться над природой, по которой он создан и устроен.

3Исламская концепция утверждает: творение — не Творец, и нет ничего, равного Творцу... Отсюда в исламском представлении отпадает сама мысль о «единстве бытия» — в том смысле, какой вкладывают в этот термин непосвящённые: будто бытие и его Творец суть одно целое, или будто бытие есть самосияние Творца, или будто сущее есть лишь призрачный образ Его существования... или каким бы то ни было иным образом на этом основании.. Бытие едино в глазах мусульманина в другом смысле: едино в том, что всё исходит от единой созидающей воли, едино в законе, по которому движется, едино в своём сложении и слаженности — и в устремлённости к своему Господу, в поклонении и смирении:

«Да, Ему принадлежит то, что на небесах и на земле. Всё покорно Ему». (аль-Бакара: 116)

4Нет нужды предполагать, будто среди того, что на небесах и на земле, у Него есть дитя... Всё — Его творение, в равной мере и одним и тем же деянием:

«Творец небес и земли! Когда Он решает какое-либо дело, то лишь говорит ему: „Будь!“ — и оно бывает». (аль-Бакара: 117)..

5Воля Его направляется так, что это недоступно человеческому разумению, ибо она выше сил человеческого восприятия. Сущее безумие — растрачивать силы на разгадку этой тайны и блуждать наугад в лабиринтах без путеводителя!

6А когда завершается изложение слов людей Писания, приписывающих Аллаху, свят Он и велик, дитя, — вместе с исправлением этого утверждения и его отклонением, — следом идёт отклонение слов многобожников, где дурные представления соответствуют дурным представлениям людей Писания:

«Те, которые лишены знания, говорят: „Почему Аллах не говорит с нами? Почему знамение не приходит к нам?“ Точно так же говорили те, кто был до них, — те же самые слова...». (аль-Бакара: 118)

7Те, которые лишены знания, — это простецы, бывшие многобожниками, ибо не было у них знания из Писания. И требовали они того же, чем искушали Пророка ﷺ: чтобы Аллах заговорил с ними или чтобы явилось им чудо из чудес материальных... Упоминание этих слов здесь — сокровенная тайна: они требовали подобного и от своих пророков. Люди Мусы просили показать им Аллаха воочию и упорствовали в требовании невероятных чудес. Между теми и этими — сходство в природе, сходство в представлении и сходство в заблуждении:

«Сердца их схожи». (аль-Бакара: 118)

8Нет никакого превосходства у иудеев перед многобожниками — сердца их одинаковы в представлениях, в упрямстве и в заблуждении:

«Мы уже ясно разъяснили знамения людям убеждённым». (аль-Бакара: 118)

9Прочный покой уверенности утверждается в сердце того, кто ревностно углубляется в знамения как в подтверждение своей убеждённости, и тогда в него входит тишина его совести. Не знамения создают убеждённость! Наоборот — убеждённость та, что постигает их указание и успокаивается в их истине, и она готовит сердца к цельному, здравому восприятию.

10А когда их слова закончены, пустые измышления их опровергнуты, а скрытые пружины их заблуждений разоблачены, — слово обращается к Посланнику Аллаха ﷺ: разъясняет ему его задачу, очерчивает её границы, раскрывает перед ним подлинную природу битвы между ним и иудеями и христианами и характер той распри, которая не разрешится ничем, кроме того, чем он не владеет и что ему неподвластно, — а свершив это, он навлёк бы на себя гнев Аллаха, своего Покровителя. Упаси Боже!

«Мы отправили тебя с истиной — радостным вестником и предостерегающим увещевателем. Ты не будешь спрошен об обитателях Геенны. И никогда не будут довольны тобой иудеи и христиане, пока ты не станешь следовать их вероучению. Скажи: „Поистине, ведение Аллаха — это и есть ведение“. А если ты, после того как к тебе пришло знание, станешь потакать их желаниям, то не найдёшь у Аллаха ни покровителя, ни помощника». (аль-Бакара: 119–120)

11«Мы отправили тебя с истиной».. — в этом слове столько утверждения и опоры, что оно одним махом рассеивает все сомнения заблудших, все попытки коварных и все придирки двуличных; и в самом его звучании — строгость, вещающая о категоричности и убеждённости.

12«Радостным вестником и предостерегающим увещевателем».. — задача твоя — возвестить и передать: ты радуешь покорных и предострегаешь строптивых, и этим роль твоя и завершается.

13«Ты не будешь спрошен об обитателях Геенны».. — о тех, кто входит в неё собственным ослушанием, следуя страстям себе во вред.

14И будут иудеи и христиане вести с тобой войну и плести против тебя козни, не будут знать тебе мира и не будут довольны тобой — до тех пор, пока ты не свернёшь с этого пути, не оставишь этой истины, пока не отречёшься от этой убеждённости — ради того заблуждения, многобожия и дурных представлений, о которых только что говорилось:

«И никогда не будут довольны тобой иудеи и христиане, пока ты не станешь следовать их вероучению». (аль-Бакара: 120)

15Вот она, коренная причина. Дело не в том, что им недостаёт доказательства; дело не в том, что они не убеждены, что ты стоишь на истине и что то, что пришло к тебе от твоего Господа, — истина. Предложи ты им всё, что мог бы предложить, и снискай ты их расположение, как мог бы, — ничто из всего этого не принесло бы их удовлетворения, кроме одного: чтобы ты пошёл за их вероучением и оставил истину, которой обладаешь.

16Это — узел вечный, и действие его видно во всякое время и во всяком месте.. Это — вера (акида). Вот подлинная правда о битве между исламским лагерем и этими двумя лагерями, которые способны враждовать между собою; сторонники одного исповедания способны враждовать друг с другом — но в битве против ислама и мусульман они всегда стоят плечом к плечу!

17Это — война вероубеждения в самой своей сердцевине и сути. Но эти два исконных врага ислама и мусульман перекрашивают её в разные цвета и воздвигают над ней разные знамёна — в коварстве, хитрости и сокрытии. Они уже изведали рвение мусульман к своей религии и их силу, когда встречались с ними под знаменем веры, — и исконные враги повернулись вспять и сменили стяги битвы.. Они уже не объявляют её войной именем вероубеждения, по её истинной сути, — из страха перед рвением самой веры и мощью её удара. Теперь они объявляют её именем земли, экономики, политики, военных баз и тому подобного. И бросают в души одурачиваемых сказку о том, что вопрос веры будто бы устарел, что смысла в нём больше нет, что нельзя поднимать его знамя и вести битву его именем — это, мол, удел отсталых фанатиков! Всё для того, чтобы обезопасить себя от натиска веры и её рвения.. А в глубине своих душ они все — и рядовые, и верхушка, включая верхушку коммунистическую, — одинаково готовы вступить в бой прежде всего и раньше всего ради того, чтобы сокрушить эту грозную скалу, о которую они так долго ломались и которая сокрушила их всех!!!

18Это — война вероубеждения, но это не война за землю, не за добычу, не за военные базы и не за все эти поддельные знамёна, которыми они нас дурачат, чтобы усыпить глубинные помыслы собственных душ и увести нас от истины битвы и её природы. Если уж мы позволим обмануть себя — то обманемся сами. Это мы отворачиваемся от наставления, которое Аллах дал Своему пророку ﷺ и его общине, — а Он, преславный Он, правдивейший из говорящих:

«И никогда не будут довольны тобой иудеи и христиане, пока ты не станешь следовать их вероучению». (аль-Бакара: 120)

19Вот единственное требование, которое они признают; всё остальное — отвергнуто и отброшено!

20Но вот решение бесповоротное, наставление истинное:

«Скажи: „Поистине, ведение Аллаха — это и есть ведение“». (аль-Бакара: 120)

21Здесь нет места попыткам, нет удовольствия за его счёт, нет торга ни в чём — ни в малом, ни в большом: кто пожелал — пусть уверует, кто пожелал — пусть остаётся неверующим.

«А если ты, после того как к тебе пришло знание, станешь потакать их желаниям, то не найдёшь у Аллаха ни покровителя, ни помощника». (аль-Бакара: 120)

22Таким предостережением, такой бесповоротной чертой, таким грозным обещанием кары.. — и кому же? Ради Аллаха, Его посланника и Его благородного любимца! Остерегайся же страстей, которые отвращают тебя от него. Здесь — стоп; и причина тому не в недостатке доводов и не в слабости доказательств.

23Есть же среди них те, кто принимает знание и подтверждает вашу Книгу, как подобает читать её, и вслед за тем верует в истину, которая с вами; а те, кто не верует в неё, — сами терпят убыток. Не вы, о верующие, — не вы!

«Те, кому Мы даровали Писание и кто читает его как следует, — те веруют в него. А кто не верует в него, те и есть понёсшие убыток». (аль-Бакара: 121)

24И какая потеря — потеря веры, величайшего из даров Аллаха людям в этом бытии?

25После этого решительного и бесповоротного разъяснения речь в контексте обращается к сынам Исраила — словно отвечая им последним словом после всей этой перепалки и долгого пререкания, после обзора их истории с их Господом и их пророками, после поворота от них к речи, обращённой к Пророку ﷺ и к верующим.. И вот обращение к ним приходит тогда, когда они словно стоят уже у дверей небрежения и беспечности, у окончательной потери чести доверенного.. доверенного веры.. возложенной на них испокон веков. И здесь им повторяется тот самый призыв, который был обращён к ним в начале этого обхода.. О сыны Исраила!..

«О сыны Исраила! Вспомните о милости, которую Я оказал вам, и о том, что Я превознёс вас над мирами. Страшитесь Дня, когда ни одна душа ничем не возместит другую, когда не будет принято возмещение, не поможет заступничество и некому будет помочь». (аль-Бакара: 122–123)

«И вот Мы сделали этот Дом пристанищем для людей и убежищем безопасности: „Сделайте же место, где стоял Ибрахим, местом молитвы“. И Мы завещали Ибрахиму и Исмаилу: „Очистите Мой Дом для обходящих вокруг него, для уединяющихся в нём, для преклоняющихся и падающих ниц“». (аль-Бакара: 125)

«И вот сказал Ибрахим: „Господи, сделай этот город селением безопасным и одари его обитателей плодами — тех из них, кто уверовал в Аллаха и в Последний день“. Он сказал: „А тому, кто не уверовал, Я дам попользоваться недолго, а затем пригвожду его к мучениям Огня — как скверно это возвращение!“». (аль-Бакара: 126)

«И вот Ибрахим и Исмаил возводят основания Дома: „Господь наш! Прими от нас, ведь Ты — Слышащий, Знающий“.» (аль-Бакара: 127)

«Господь наш! Сделай нас предавшимися Тебе, и из нашего потомства — общину, предавшуюся Тебе, покажи нам наши обряды и прими наше покаяние, ведь Ты — Принимающий покаяние, Милосердный». (аль-Бакара: 128)

«Господь наш! Пошли к ним посланника из них самих, который прочитает им Твои аяты, научит их Писанию и мудрости и очистит их. Воистину, Ты — Могущественный, Мудрый». (аль-Бакара: 129)

«И кто отвергнет веру Ибрахима, кроме того, кто одурачит самого себя? Мы ведь избрали его в этом мире, а в мире Последнем он будет среди праведников». (аль-Бакара: 130)

«И вот сказал ему Господь: „Предайся!“ Он ответил: „Я предался Господу миров“.» (аль-Бакара: 131)

«И это заповедал Ибрахим своим сыновьям, и Якуб: „О сыновья мои! Аллах избрал для вас веру — так не умирайте же иначе, чем предавшись Ему!“» (аль-Бакара: 132)

«Неужели вы были свидетелями, когда пришла к Якубу смерть, и он спросил своих сыновей: „Кому будете поклоняться после меня?“ Они ответили: „Будем поклоняться твоему Богу и Богу твоих отцов — Ибрахима, Исмаила и Исхака, — Единому Богу, и Ему мы предаёмся“.» (аль-Бакара: 133)

«Такова была община, которая прошла: ей — то, что она приобрела, вам — то, что вы приобрели, и вас не спросят о том, что они делали». (аль-Бакара: 134)

«И они сказали: „Станьте иудеями или христианами — и наставитесь на путь“. Скажи: „Нет — вере Ибрахима, чистого единобожника, который не был из многобожников“.» (аль-Бакара: 135)

«Скажите: „Мы уверовали в Аллаха — и в то, что ниспослано нам, и в то, что ниспослано Ибрахиму, Исмаилу, Исхаку, Якубу и коленам, и в то, что было даровано Мусе, Исе и пророкам от Господа их. Мы не разделяем никого из них, и Ему мы предаёмся“.» (аль-Бакара: 136)

«И если они уверуют в то же, во что уверовали вы, то пойдут прямым путём; а если отвернутся, то окажутся лишь в разладе. Тебе довольно их — ведь Он — Слышащий, Знающий». (аль-Бакара: 137)

«Такова окраска Аллаха (вера), и кто же окрашен прекраснее, чем окраской Аллаха? Ему мы поклоняемся». (аль-Бакара: 138)

«Скажи: „Неужели вы станете препираться с нами об Аллахе, тогда как Он — Господь наш и Господь ваш? Нам — наши деяния, вам — ваши деяния, и пред Ним мы чисты“.» (аль-Бакара: 139)

«Или же вы утверждаете, что Ибрахим, Исмаил, Исхак, Якуб и колена были иудеями или христианами? Скажи: „Разумеете вы лучше, чем Аллах? И кто же несправедливее того, кто утаивает свидетельство, данное ему Аллахом? Аллах не небрежен к тому, что вы вершите“.» (аль-Бакара: 140)

«Такова была община, которая прошла: ей — то, что она приобрела, вам — то, что вы приобрели, и вас не спросят о том, что они делали». (аль-Бакара: 141)

26В предыдущих разделах этой суры спор с людьми Писания целиком вращался вокруг судьбы сынов Исраила и их отношений со своими пророками…

27…завет Ибрахима — от курайшитов к Мухаммаду ﷺ; большая доля его — через иудеев, меньшая — через христиан, с намёками на многобожников там, где их приметы сходятся с приметами людей Писания, или где люди Писания сходятся с ними..

28И в том же духе выстроено изложение на этом его месте — в стройной последовательности повествования..

29Люди Писания действительно восходят своим происхождением к Ибрахиму — через Исхака, мир им обоим.. И некоторые из них монополизируют для себя истинный путь и главенство в религии — совсем как монополизируют они для себя Рай, что бы при этом ни делали!

30И курайшиты тоже восходят своим происхождением к Ибрахиму — через Исмаила, мир им обоим, — и гордятся этим родством с ним, и черпают из него первенство над Домом и устроение Заповедной мечети, а равно свою религиозную власть над арабами, своё превосходство, честь и положение.

31Повествование, в предшествующем, дошло до широко возвещаемых притязаний иудеев и христиан на Рай: «И сказали они: „Не войдёт в Рай никто, кроме того, кто иудей или христианин“».. — и до их попытки объявить, что лишь иудаизм или христианство ведёт прямым путём, и что мечети — только их, стало быть это не заповеданные места, где поминается имя Аллаха, а сами они стараются их опустошить.. И мы сказали там: это, возможно, относится именно к порицанию иудеев за дело перенесения киблы и за ядовитую пропаганду, которую они подняли внутри исламского строя вокруг этого родства.

32Теперь же приходит рассказ об Ибрахиме, Исмаиле и Исхаке, рассказ о Заповедном Доме — его построении, устроении и обрядах.. — именно в этой связи: чтобы утвердить чистые истины о притязаниях иудеев, христиан и многобожников, всех вместе, вокруг этого родства и этих связей. И чтобы утвердить вопрос о кибле, к которой должны обращаться мусульмане.. Так же приходит эта связь, чтобы утвердить истину религии Ибрахима — чистое единобожие — и расстояние между ней и искажёнными, извращёнными вероучениями, на которых одинаково стоят и люди Писания, и многобожники; и близость между верой Ибрахима, Исмаила, Исхака и Йакуба — то есть Исраиля, к которому они себя возводят, — и верой мусульманской общины в целом. И чтобы утвердить единство религии Аллаха и непрерывность её проведения руками Его посланников, и отвергнуть мысль о монополии на неё в руках одного народа или одного племени. И разъяснить, что вера — наследие верующего сердца, а не наследие слепого фанатизма, и что наследуется это наследие не по кровному родству и племени, но по родству веры и убеждения. Кто уверовал в эту веру и сберёг её — в любом поколении и из какого угодно племени — тот имеет на неё больше права, нежели сыновья по крови и родичи по клану! Ведь религия — религия Аллаха, и нет у Аллаха с кем-либо из Его рабов ни родства, ни свойства!!!

33Эти истины, составляющие половину основополагающих линий исламского мировоззрения, украшает здесь Благородный Коран дивной манерой подачи — в едином повествовании, которое начинается с Ибрахима, мир ему, с того часа, как испытал его Господь и проверил, и он оказался достоин испытания, избранничества и того, чтобы стать имамом для людей.. — и до часа, когда взросла мусульманская община, уверовавшая в послание Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, в ответ Аллаха на мольбу Ибрахима и Исмаила, когда оба воздвигали основания Заповедного Дома: она и заслужила наследовать этот завет — в отличие от всего потомства Ибрахима, — ибо сошлись в ней все качества, на которых стоит наследование веры: помощь посланию, достойное несение его и прямота на его пути.

34И внутри этого исторического повествования проступает контекст: ислам — то есть предание лица своего одному лишь Аллаху — был первым посланием и остался последним посланием.. Так верил Ибрахим, так верили после него Исмаил, Исхак, Йакуб и колена, пока не передали эту самую веру Мусе и Исе.. А под конец она перешла к наследникам Ибрахима — мусульманам. Кто стоит прямо на этом едином вероучении — тот его наследник и наследник его заветов и благих вестей. А кто распутничал, отступив от него, и сам отвратился от общины Ибрахима — тот нарушил завет Аллаха и утратил наследство этого завета и его благих вестей.

35Тогда рушатся все притязания иудеев и христиан на избранничество и богоизбранность — будто бы уже потому, что они сыны и внуки Ибрахима, его наследники и преемники! Наследство пало с них с того часа, как они уклонились от этой веры.. И тогда же рушатся все притязания курайшитов на исключительное обладание Заповедным Домом, на почёт стояния при нём и устроения его: они утратили право наследовать делу Дома и тому, кто воздвиг его основания, — Ибрахиму.. И рушатся притязания иудеев в отношении киблы, к которой должны обращаться мусульмане: Кааба — их кибла и кибла отца их Ибрахима..

36И дальше изложение обретает полную указующую ясность и мощную силу воздействия. Проследим же это высокое построение под светом этого ясного слова: «И вот испытал Ибрахима его Господь словами и исполнил их. Он сказал: „Я сделаю тебя имамом для людей“. Спросил он: „А из моего потомства?“ Ответствовал: „Моего завета не достигнут беззаконники“» (аль-Бакара: 124).

37Говорит Всевышний, повествуя Пророку ﷺ о том, как Аллах испытывал Ибрахима словами повелений и возложенных обязанностей, — и тот довёл их до конца, с верностью и полнотой. И в другом месте Аллах засвидетельствовал за Ибрахима исполнение принятых обязательств так, как это благоугодно Аллаху, — засвидетельствовал высоким свидетельством: «И Ибрахим, который был верен».. Велико то положение, которого достиг Ибрахим: положение верности и полного исполнения под свидетельством Самого Аллаха, Могущественного и Славного! Человек же, по слабости и несовершенству своему, и не исполняет до конца, и не стоит прямо!

38И тогда Ибрахим заслужил эту радостную весть, это доверие: «Он сказал: „Я сделаю тебя имамом для людей“».

39Имамом — тем, кого берут в образец и кто ведёт к Аллаху, кто выдвигает их к добру; они следуют за ним, и он водит ими.

40И тогда Ибрахиму открывается фитра человеческого рода: стремление длиться через детей и внуков — то глубокое природное чувство, которое Аллах заложил в человеческую фитру, чтобы жизнь росла и шла начертанным путём, чтобы идущий следом довершал начатое предыдущим, чтобы все поколения действовали заодно и в ладу.. Чувство, которое одни пытаются сокрушить, придержать, заковать, — чувство, укоренённое в самой основе фитры ради осуществления той далёкой цели. На нём ислам утверждает закон о наследстве — внемля этой фитре, побуждая её трудиться и отдавать крайнее из усилий, на какие она способна. А попытки, затрачиваемые на сокрушение этого установления, — не что иное, как попытка сокрушить саму человеческую природу в её основании; либо искусственность, близорукость и самоуправство в лечении отдельных язв извращённых общественных укладов. И всякое лечение, что сталкивается с фитрой, не преуспеет, не исцелит и не удержится. Есть же иной взгляд — глубже проникающий в человека и человеческую природу, тоньше мыслящий о её устройстве; взгляд, свободный от зловредных, ядовитых ненавистей, которые тянутся к разрушению и расправе больше, чем к исцелению..

41«Он сказал: „А из моего потомства?“»

42И пришёл ему ответ от Господа, Который испытал его и избрал, утверждая то великое правило, что провозглашено нами прежде: имамат — тому, кто заслужил его верой, делом, призывом и прямотою пути, а не одной лишь нитью происхождения и наследства. Родство — не уза плоти и крови: уза эта — уза религии и убеждения. И притязание на родство, кровь, племя и народ — не что иное, как клич джахилии, разбивающийся о здравое верующее миросозерцание: «Он сказал: „Моего завета не достигнут беззаконники“».

43Несправедливость же многовидна и многокрасочна: несправедливость против собственной души — через многобожие, несправедливость против людей — через притеснение.. Имамат, недоступный беззаконникам, объемлет все высшие ступени имамата: имамат посланничества, имамат халифства, имамат молитвы — всякое значение из великих смыслов имамата и предводительства. Праведность же суда, во всех её смыслах, — основание, дающее право на этот имамат в любой из его форм. А кто чинил несправедливость — какого бы вида ни была та несправедливость — тот лишил себя доли в имамате и упразднил своё право на него во всяком значении.

44Это сказано Ибрахиму, мир ему, — этот завет в своей недвусмысленной, ничем не затемнённой формулировке — как решающий довод, отводящий иудеев от руководства и имамата: за то, что чинили они несправедливость, распутствовали, воспротивились велению Аллаха и уклонились от веры праотца своего Ибрахима. Это сказано Ибрахиму, мир ему, — этот завет в той же недвусмысленной формулировке — как решающий довод, отводящий и тех, кто именует себя ныне мусульманами: беспечных к нему, спотыкающихся на путях его, отложивших шариат его за спину свою, зовущих к его отмене, отклоняющих шариат Аллаха и Его метод от жизни. Притязание их ложно: не стоит оно ни на каком основании из завета Аллаха.

45Исламское мировоззрение рассекает узы и связи, не стоящие на основании убеждения и дела. Оно не признаёт ни родства, ни связи, коль скоро оборвана уза убеждения; низвергает все связи, не прикреплённые к прочной петле убеждения и дела.. Оно отделяет поколение единой общины от поколения, если одно из двух поколений разошлось с другим в вероубеждении; более того — разделяет отца и сына, мужа и жену, если пресёкся меж ними канат убеждения. Ибо арабы многобожия — одно, арабы ислама — другое, и нет между ними ни связи, ни родства, ни узы. И те из людей Писания, кто уверовал, — одно; а те, кто уклонился от религии Ибрахима, Мусы и Исы, — другое, и нет между ними ни связи, ни родства, ни узы.. Семья — это не отцы, сыновья и внуки: семья — сообщество верующих, как бы ни различались их племена, отчие края и цвет кожи.. Вот исламское мировоззрение, которое развёртывает здесь Коран.

«И вот Мы сделали этот Дом пристанищем для людей и безопасным местом. „И возьмите место Ибрахима местом молитвы“. И Мы завещали Ибрахиму и Исмаилу: „Очистите Мой Дом для обходящих его кругами, для уединяющихся в нём, для кланяющихся и падающих ниц“» (аль-Бакара: 125).

46Вот этот Заповедный Дом: устроение его держала в руках курайшитская верхушка — и вот она проявила нерадение и отвратилась, так что людям пришлось покинуть его окрестности. Но Аллах сделал его пристанищем, облекши в одежды безопасности для всех людей: никто не устрашает их, напротив — они пребывают в безопасности за жизни свои и имущество своё. Это обитель защищённости, покоя и мира.

47И велено им было взять место Ибрахима местом молитвы — и здесь нет никакой двусмысленности в толковании. Сделать этот Дом киблой мусульман — решение самое естественное, не рождающее возражений: это первая из кибл, к которой надлежит обратиться мусульманам — наследникам Ибрахима по вере и истинному единобожию, ибо это Дом Аллаха, а не Дом кого-либо из людей. И Владелец Дома — Аллах — препоручил двум Своим праведным рабам очистить его и приготовить для обходящих кругами, для уединяющихся в нём, для кланяющихся и падающих ниц — то есть для паломников, прибывающих к нему, для живущих в нём отшельников и тех, кто молится в нём, кланяясь и падая ниц. Даже Ибрахим и Исмаил не владели им как собственностью, наследуемой по праву причины: нет — оба были его хранителями по повелению Господа их, чтобы приготовить его для тех, кто стремится к нему, и для поклоняющихся в нём из числа верующих.

«И вот сказал Ибрахим: „Господи! Сделай это селение безопасным и надели плодами его жителей — тех из них, кто уверовал в Аллаха и Последний день“..» (аль-Бакара: 126).

48И снова мольба Ибрахима утверждает качество безопасности для Дома. И снова утверждается смысл наследования благости и добра.

49И на этом уроке он здесь, в мольбе своей о том, чтобы Аллах наделил жителей этого селения из плодов, — осмотрителен, делает оговорку и определяет: «тех из них, кто уверовал в Аллаха и Последний день».

50И тогда ответ Господа приходит полным, разъясняя и ту сторону, о которой он умолчал: сторону тех, кто не уверовал, и мучительность их конца: «Он сказал: „А тем, которые не уверовали, Я дам пользоваться благами недолгое время, а затем принужду их к мучительному наказанию Огнём. Как скверен такой конечный исход!“».

51Вот картина того, как оба — Ибрахим и Исмаил — поднялись на дело, принятое от Господа их: приготовление Дома и очищение его для обходящих кругами, уединяющихся, кланяющихся и падающих ниц.. И как живо это встаёт — словно очи взирают на то мгновение и слышат обоих:

«И вот воздвигают Ибрахим и Исмаил основания Дома: „Господь наш! Прими от нас, ведь Ты — Слышащий, Знающий. Господь наш! Сделай нас предавшимися Тебе, а из нашего потомства — общину, предавшуюся Тебе. Покажи нам наши обряды и прими наше покаяние, ведь Ты — Принимающий покаяние, Милосердный. Господь наш! И пошли среди них…“ (аль-Бакара: 127–129).

52Изложение начинается формой сообщения.. повесть, которая рассказывает:

53…возводящий основания Дома, — и Исмаил…

54И пока мы ждём продолжения рассказа, контекст вдруг раскрывает перед нами обоих, даёт увидеть их так, словно это зоркость очей, а не видение воображения. Они стоят перед нами воочию, и мы почти слышим их голоса, молящие:

«Господь наш! Прими от нас, ведь Ты — Слышащий, Знающий. Господь наш! Сделай нас покорными Тебе, а из нашего потомства — общину, покорную Тебе. Покажи нам обряды поклонения и прими наше покаяние, ведь Ты — Принимающий покаяние, Милостивый» (аль-Бакара: 127–128)..

55Такова одна из особенностей живого коранического слова: оно возвращает отсутствующего, уходящего свидетеля присутствующим — слышащим и видящим, движущимся и обретающим плоть, — и из него изливается дух истинных смыслов, достойных Вечной Книги.

56А что таится в складках этой молитвы? Благоговение пророчества, верность пророчества и ощущение пророчеством ценности веры в этом бытии. Именно это благоговение, эту верность и это ощущение Коран хочет вложить в наследников пророков и углубить в их сердцах и чувствах таким внушением:

«Господь наш! Прими от нас, ведь Ты — Слышащий, Знающий» (аль-Бакара: 127).

57Это просьба о принятии.. Вот она, цель.. Деяние, чистое ради Аллаха, совершаемое со смирением и трепетом перед Ним, а спасительная цель за ним — довольство и принятие.. Надежда же на принятие опирается на то, что Аллах — Слышащий мольбу и Знающий то, что за ней скрыто: намерение и чувство.

«Господь наш! Сделай нас покорными Тебе, а из нашего потомства — общину, покорную Тебе. Покажи нам наши обряды и прими наше покаяние, ведь Ты — Принимающий покаяние, Милостивый» (аль-Бакара: 128).

58Это надежда обоих на помощь в том, чтобы приобщиться к исламу; желание дать почувствовать, что их сердца — между пальцами Милостивого; что ведёт к прямому пути лишь Он и что нет ни силы, ни мощи, кроме как у Аллаха. Оба они избирают этот путь и жаждут его — но помощь просят у Аллаха.

59А ещё — печать всей покорной общины.. солидарность.. сплочённость поколений в вере: «а из нашего потомства — общину, покорную Тебе».

60Эта молитва раскрывает тревоги сердца верующего: дело веры — его всепоглощающее занятие, первая его забота. А ощущение Ибрахимом и Исмаилом, мир им обоим, ценности милости, которую Аллах им излил, — милости веры — побуждает их ревностно печься о ней в своём потомстве и молить Аллаха не лишать их потомство этого благодеяния, которому нет равного среди благодеяний. Не только о плодах земных взывали они к Аллаху для потомства своего — о том, чтобы Он наделил его верой; чтобы явил всем им их обряды поклонения, разъяснил их служение и принял их покаяние, ведь Он — Принимающий покаяние, Милостивый.

61Потом — чтобы не оставил их без наставления в далёких поколениях:

«Господь наш! Пошли к ним Посланника из них самих, который будет читать им Твои аяты, научит их Писанию и мудрости и очистит их, ведь Ты — Могущественный, Мудрый» (аль-Бакара: 129).

62И ответом на мольбу Ибрахима и Исмаила стала миссия этого благородного Посланника спустя века и века: посланничество того, кто вышел из потомства Ибрахима и Исмаила, читал им аяты Аллаха, учил их Писанию и мудрости и очищал их от скверны и мерзости. Мольба бывает услышана — но свершается она в свой срок, определённый могуществом Аллаха и Его мудростью.. Люди же торопят, а те, кто не достигает цели, спешат и падают духом!

63Да, у этой молитвы своё значение и свой вес. Если бы возник спор между иудеями и мусульманской общиной о наследии духовности Ибрахима и Исмаила, которым Аллах заповедал воздвигнуть основания Дома и очистить его для обходящих кругами, уединяющихся и преклоняющихся; если бы спор коснулся первенства владык Дома из курайшитов — ответом были бы два слова, произнесённые ясным языком: «Господь наш! Сделай нас покорными Тебе».. «а из нашего потомства — общину, покорную Тебе».. — подобно двум другим словам, сказанным тем же ясным языком: «Господь наш! Пошли к ним Посланника из них самих, который будет читать им Твои аяты, научит их Писанию и мудрости и очистит их».. И тем и другим утверждается, что мусульманская община — наследница имама Ибрахима и столь же наследница Заповедного Дома. Стало быть, это её Дом, к которому она обращена лицом: она ближе к нему, чем многобожники, а он ближе к ней, чем к кибле иудеев и христиан!

64Итак, всякий из иудеев и христиан, кто привязывает свою религию к Ибрахиму и предъявляет широкие притязания на прямой путь и на Рай по праву этого наследия, всякий из курайшитов, кто возводит род свой к Исмаилу, — пусть услышит: когда Ибрахим испросил для своих детей наследования имамата, Господь сказал ему: «Моё обещание не касается беззаконников».. А когда он молился о уделе и достатке для жителей селения, сам ограничил свою мольбу словами: «кто уверовал в Аллаха и в Последний день». Когда же он с Исмаилом поднялся по велению своего Господа строить Дом и очищать его, мольба обоих была такой: чтобы они стали покорными Аллаху, чтобы Он сделал из их потомства покорную Ему общину и чтобы восстал среди них Посланник. И Аллах ответил им обоим, послал из их потомства Мухаммада ибн Абдуллу ﷺ, и руками его явил покорную общину, стоящую по велению Аллаха, — наследницу религии Аллаха.

65На этом отрезке истории Ибрахима контекст подхватывает смысл и внушение, чтобы бросить их в лицо тем, кто оспаривает у мусульманской общины первенство, кто оспаривает у Посланника Аллаха ﷺ пророчество и посланничество, кто препирается об истинной, подлинной сути религии Аллаха:

«Кто же отвернётся от религии Ибрахима, кроме того, кто одурачил самого себя? Мы избрали его в этом мире, а в Последней жизни он будет среди праведников. Вот сказал ему Господь: „Будь покорен“. Он ответил: „Я покоряюсь Господу миров“. И заповедал это Ибрахим своим сыновьям, и Йакуб: „О сыновья мои! Аллах избрал для вас религию, потому не умирайте иначе, как будучи мусульманами“» (аль-Бакара: 130–132).

66Вот она, религия Ибрахима — чистый и ясный ислам.. Отворачивается от неё и отступает лишь тот, кто поступает несправедливо к собственной душе, неразумец, губящий себя.. Ибрахим, которого Господь избрал в здешнем мире имамом и о котором засвидетельствовал в мире последнем, что он из праведных.. Избрал Его, когда сказал ему Господь: «Будь покорен», — и тот не медлил, не уклонялся, не искажал ничего, а откликнулся тотчас, едва услышав веление: «Я покоряюсь Господу миров».

67Вот она, религия Ибрахима — чистый и ясный ислам.. Но Ибрахим не удовольствовался ею для себя одного: он оставил её позади себя, сделал её завещанием своему потомству. Ибрахим заповедал это сыновьям, как заповедал Йакуб сыновьям своим. А Йакуб — это Израиль, к которому возводят себя его потомки, но которые не соблюдают ни завещания его, ни завещания отца их и праотца их Ибрахима!

68И Ибрахим, и Йакуб напомнили сыновьям о милости Аллаха к ним — о том, что Он избрал для них религию: «О сыновья мои! Аллах избрал для вас религию».

69Ведь это — выбор Аллаха, и после него нет у них ни другого выбора, ни успеха. Наименьшее же, чего требует попечение Аллаха о них и Его милость к ним, — благодарность за милость избранности, ревность о том, что Он для них избрал, и старание не покинуть этот мир иначе, чем с сохранённой в душе этой заповедью: «не умирайте иначе, как будучи мусульманами».

70И вот случай представился: к ним пришёл Посланник, зовущий их к исламу, — тот самый призыв, который некогда возглашал отец их Ибрахим.

71То было завещание Ибрахима сыновьям и завещание Йакуба сыновьям.. Завещание, которое Йакуб повторил в последний миг своей жизни; оно было его всепоглощающей заботой, от которой не отвлекли его ни смерть, ни её предсмертные тени. Пусть же услышат его сыны Израиля: «Или вы были свидетелями, когда смерть явилась к Йакубу и он сказал сыновьям: „Кому вы будете поклоняться после меня?“ Они ответили: „Мы будем поклоняться твоему Богу и Богу твоих отцов — Ибрахима, Исмаила и Исхака, Единому Богу, и Ему мы покоряемся“» (аль-Бакара: 133).

72Эта сцена между Йакубом и его сыновьями в час смерти, в час агонии — сцена огромного значения, могучего внушения, глубокого воздействия.. Человек умирает, дыхание последних минут.. Какое же дело занимает его душу в час исхода? Какая забота владеет его сердцем? Какое великое дело он хочет запечатлеть в душах сыновей прежде, чем уйти, оставить им его в наследство, ревностно следя за неповреждённостью завещания, чтобы вручить его им при свидетелях, где записывается каждая подробность? Это — вера.. Она — наследство.. Она — сбережённое добро.. Она — главный вопрос.. Она — всепоглощающая забота.. Она — великое дело, которого не заглушат предсмертные судороги и борения: «Кому вы будете поклоняться после меня?»..

73Вот дело, ради которого я вас собрал.. Вот вопрос, в котором жажду обрести спокойствие.. Вот заповеданное и завещанное. И они отвечают: «Мы будем поклоняться твоему Богу и Богу твоих отцов — Ибрахима, Исмаила и Исхака, Единому Богу, и Ему мы покоряемся»..

74Они знают свою религию и помнят её.. принимают наследие и оберегают его.. успокаивают умирающего отца и сами обретают покой. Так завещание Ибрахима сыновьям продолжало жить среди потомков Йакуба, и они дают открытое свидетельство, что они — мусульмане.

75Коран вопрошает сынов Израиля — по преданию их собственных колен. Вот тому, чему они свидетельствовали перед Аллахом и что подтверждали, он отсекает всякий довод в обмане и введении в заблуждение — и вместе с тем всякую действительную связь между ними и отцом их Израилем!

76При свете этого свидетельства проступает решающая грань между той ушедшей общиной и жизнью, которой призыв хотел бы их напитать: здесь нет места ни родственным узам, ни покровительству, ни счетам родословных между прежними и позднейшими.

«Они были общиной, которая прошла: ей — то, что она стяжала, а вам — то, что вы стяжали, и вас не спросят о том, что они делали» (аль-Бакара: 141)..

77…у каждого — свой расчёт, и каждому — свой путь, своё знамя, свои качества.. Одни — община из числа верующих, и нет у неё никакой связи с потомками из числа нечестивцев: эти потомки — не продолжение тех предков. Вот одни — партия, и другие — партия. У этих — своё знамя, и у тех — своё знамя.. И иманное миропонимание здесь отлично от джахилийского: джахилия не проводит различия между одним поколением общины и другим, ибо связь там — связь крови и родства. Иманное же миропонимание отделяет поколение верующих от поколения нечестивых: это не одна община, между ними нет ни связи, ни родства.. Это две общины, несоизмеримые на весах Аллаха, а потому несоизмеримые они и на весах верующих.

78Община в иманном понимании — это сообщество, объединённое единым вероучением, из всякого рода и со всякой земли; она — не продолжение одного рода и не достояние одной земли. Таково отношение иманного сознания к человеку, который черпает свою человечность из дуновения духа Вышнего, а не из сплавов земной глины!

79[Примечание издателя: …история Заповедного Дома — Каабы…, истина обрядов и сама истина религии — всё это открывается здесь наглядно, как открываются упрямство и голословные притязания; так и исламская акыда предстаёт вероучением естественным и всеобъемлющим, от которого уклоняются одни лишь упрямцы.]

80Иудеи говорили: «Будьте иудеями — и наставитесь», а христиане говорили: «Будьте христианами — и наставитесь». И Аллах соединил оба этих слова, чтобы направить Посланника Аллаха ﷺ к ним обоим сразу — единым словом ко всем:

«Скажи: „Нет! — вере Ибрахима, ханифа, чистого пред Ним, — а он не был из многобожников“» («Аль-Бакара: 135»).

81«Милля Ибрахима ханифа» — это завет с его Господом, мир ему.. «и не был из многобожников».. то есть не был тем, чем являетесь вы в своём многобожии.

82Затем мусульмане призываются провозгласить великое единство религии — от Адама через всех пророков до Исы, сына Марьям, и до последнего Ислама, — и люди Писания призываются уверовать в эту единую религию:

«Скажите: „Мы уверовали в Аллаха и в то, что ниспослано нам, и в то, что ниспослано Ибрахиму, Исмаилу, Исхаку, Йакубу и коленам, и в то, что было даровано Мусе и Исе, и в то, что даровано пророкам от их Господа. Мы не делаем различий между кем-либо из них, и Ему мы предаёмся“» («Аль-Бакара: 136»).

83Это благородное устремление к единству религии всех посланников — краеугольный камень исламского мировоззрения. Именно оно делает мусульманскую умму наследницей наследия вероучения, стоящего на религии Аллаха на земле, связанного этим древним истоком, идущего по дороге при ведении и свете. Именно оно делает исламский порядок всемирным порядком, под сенью которого раскрывается жизнь всех — без фанатизма и без гонений. Именно оно делает исламское общество открытым для всех людей — с любовью и миром.

84И потому далее контекст утверждает великую истину и укрепляет на ней уверовавших в это вероучение: истину о том, что это вероучение — само ведение, что кто последовал за ним, тот обрёл прямой путь, а кто отвернулся — тот в разладе, в расходящихся руслах, которые никогда не сойдутся в согласии:

«Если же они уверуют в то же, во что уверовали вы, то пойдут прямым путём. А если отвернутся, то пребудут в разладе. Аллах избавит тебя от них: Он — Слышащий, Знающий» («Аль-Бакара: 137»).

85Это слово Аллаха, это свидетельство от Него, Всевышнего и Пречистого, вливает в сердце верующего гордость тем, кто он есть и чем обязан быть. Он один — идущий прямым путём. А кто не уверовал в то, во что уверовал он, тот уклонился от истины, от ближайшей дороги к ведению. Не тяготеет над верующим разлад того, кто не идёт прямо и не верует; не страшен ему их умысел и козни, не тягостны их препирательства и сопротивление. Аллах Сам примется за них вместо него — и этого ему довольно:

«Аллах избавит тебя от них: Он — Слышащий, Знающий» («Аль-Бакара: 137»).

86От верующего требуется лишь одно: стоять прямо на своём пути и гордиться истиной, почерпнутой непосредственно у его Господа, и тем знаком, который Аллах кладёт на Своих рабов, чтобы узнавали их на земле:

«Окраска Аллаха! Да чья окраска лучше окраски Аллаха? И Ему мы поклоняемся» («Аль-Бакара: 138»).

87Окраска Аллаха — та, которой Он пожелал, чтобы она стала последним из Его посланий к людям: верой, где нет ни толков, ни родов, ни красок, ни оттенков.

88И здесь мы останавливаемся перед одной из тонкостей коранического слога, несущей глубочайший смысл.. Начало этого аята — утвердительная речь Аллаха: «Окраска Аллаха! Да чья окраска лучше окраски Аллаха?».. Всё же прочее — речь самих верующих, которую контекст — без всякой паузы — приставил к речи Творца, Всевышнего и Пречистого. И всё это — ниспосланный Коран. Но первая часть передаёт слово Аллаха, вторая — слово верующих. И какое великое почтение: речь верующих поставлена рядом с речью Аллаха в едином контексте — в силу неразрывной связи между ними и их Господом, в силу прямоты пути, соединяющей их с Ним. Подобного в Коране много, и в этом — необъятный запас смысла.

89Затем неопровержимый довод движется к своему решающему финалу:

«Скажи: „Неужели вы станете препираться с нами об Аллахе, тогда как Он — наш Господь и ваш Господь? Нам — наши деяния, вам — ваши деяния, и мы искренни пред Ним“?» («Аль-Бакара: 139»).

90Нет простора для спора о единственности Аллаха и Его господстве. Он — Господь наш и Господь ваш; нас спросят по нашим деяниям, вас — по бремени ваших деяний. Мы же очищены для Него, искренни пред Ним: не придаём Ему сотоварища и ни на кого, кроме Него, не возлагаем надежды.. Эти слова — закрепление позиции мусульман и их убеждения, не подлежащего ни спору, ни уговорам, ни упрямству.

91И тогда спорящий отсекает этот путь и переносит спор в другую область, полагая, что и она устоит против довода и не сдастся:

«Неужели вы скажете, что Ибрахим, Исмаил, Исхак, Йакуб и колена были иудеями или христианами?» («Аль-Бакара: 140»).

92Но они жили раньше Мусы, раньше иудейства и христианства. И Аллах Сам свидетельствует об истинной природе их религии — а это Ислам, как уже разъяснено:

«Скажи: „Кто знает лучше: вы или Аллах?“» («Аль-Бакара: 140»).

93И это вопрос, на который не бывает ответа! В нём такое порицание, что оно закрывает уста прежде всякого ответа!

94Да и вам доподлинно известно, что они были прежде появления иудейства и христианства и следовали первой ханифской вере, которую Аллах ничем не отменял. Есть у вас и в ваших книгах свидетельство, что в последние времена будет послан пророк с этой ханифской верой — верой Ибрахима. Но вы скрываете это свидетельство:

«Кто же несправедливее того, кто скрыл свидетельство, данное ему Аллахом?» («Аль-Бакара: 140»).

95Аллах ведает о том свидетельстве, доверенными хранителями которого вы остались, но которое утаиваете, и об извращении, которое вы в нём творите, чтобы затемнить его и переодеть:

«Аллах не находится в неведении о том, что вы совершаете» («Аль-Бакара: 140»).

96И вот когда контекст восходит к этой вершине вразумления, когда дело получает окончательный водораздел и становится ясно, что между Ибрахимом, Исмаилом, Исхаком, Йакубом и коленами — и современными иудеями лежит полная противоположность со всех сторон.. тогда вновь звучит та разделительная черта, которой раньше завершился разговор об Ибрахиме и его мусульманском потомстве:

«Такова была община, что минула: ей — то, что она стяжала, вам — то, что вы стяжали. И вас не спросят о том, что они делали» («Аль-Бакара: 141»).

97В ней — окончательное решение дела, предел спора, последнее слово во всей этой долгой, запутанной череде притязаний.

98Первый джуз завершился; за ним следует второй, начинающийся словами Всевышнего: «Скажут безрассудные из людей: „Что повернуло их от той киблы, с которой они были?“»…

99Отсюда — с этого джуза — в суре «аль-Бакара» ударение ставится на подготовке мусульманской общины к несению величайшей миссии: миссии вероучения и миссии хилафы на земле именем этого вероучения. И мы то и дело встречаемся здесь с полемикой против врагов этой общины, восстающих против неё, — во главе их сыны Исраиля, — с разоблачением их козней, хитросплетений и войны, которую они ведут против вероучения в сердцах и против мусульманской общины в её существовании. Здесь же — практические наставления общине, чтобы она отражала многоликую войну, которую развязывают против неё недруги, и береглась ловушек пути, в которые прежде попадали сыны Исраиля.

100Здесь мусульманской умме сообщаются качества уммы, наследующей землю, — качества самостоятельной личности, её независимости со своей собственной киблой и собственными шариатами, противопоставленными шариатам прежних небесных религий и господствующими над ними; определяются общие основания установлений бытия и жизни, истина связи уммы с её Господом и её служение в бытии — в чувстве и поступке, в отдаче и жертвенности; готовится почва для абсолютного послушания Божественному руководству, воплощённому в наставлениях Благородного Корана и практических указаниях Посланника Аллаха ﷺ.

101Потому и рассказ о перемене киблы приходит здесь так, чтобы стало ясно: угодно, чтобы эта умма была уммой срединной, чтобы её люди были свидетелями над людьми, а Посланник — свидетелем над ними; чтобы перемена киблы стала испытанием, приучающим умму к терпению в тяготах возложенной на её плечи миссии — того долга, который она понесёт ради всего человечества; и чтобы она взвесила то, чего это потребует от жизней и имуществ, и принимала меру Аллаха, возвращая к Нему все дела при всяком обороте событий.

102Далее следует разъяснение некоторых опор иманного мировоззрения: благочестие — это богобоязненность и праведное деяние, а не повороты лиц к востоку и западу.. Это — ответ на путаницу, сокрытие и перекраивание истин, которыми заняты иудеи в своём стремлении навязать тебе собственные домыслы о делах религии.. Большинство хадисов этого раздела связано с переменой киблы и её историей со всеми её обстоятельствами и сказаниями.

103Затем контекст переходит к утверждению практических порядков и обрядов поклонения — двух стихий, на которых стоит жизнь этой уммы, — и к устроению её общества, чтобы оно могло нести долг, взваленный на его плечи. Мы находим здесь закон возмездия и постановления о завещании, предписание поста, положения о сражении в запретные месяцы и в Заповедном Доме, предписание хаджа, запрет опьяняющего и азартной игры, устав семьи.. Всё это стянуто ремнём вероучения и связи с Аллахом. А в конце этого джуза, по случаю разговора о джихаде душой и имуществом, — история из жизни сынов Исраиля после Мусы, когда они сказали своему пророку: «Назначь нам властителя, чтобы мы сражались на пути Аллаха».. — история Талута и Джалута, указание на то, как создаётся община, какова её действительность, её качества, знаки вождя в этом предании.

104Обозревая этот джуз рядом с первым джузом суры, мы постигаем природу битвы, которую вёл Коран, и цель, которую он ставил, создавая мусульманскую умму. Это исполинская битва — с многобожием и заблуждениями, с ложью, с человеческой слабостью, с лазейками искушения и тропами соблазна в самой душе — до тех пор, пока в ней не укрепится правильный образ мира, на котором сможет встать умма, наследующая землю и принимающая на себя мудрое руководство всем человечеством.

105Кораническое же чудо являет себя в том, что эти наставления и эти основы, принесённые Кораном, чтобы создать первую мусульманскую общину, остаются всё теми же наставлениями и основами, без которых не возникнет мусульманская община ни в какое время и ни в каком месте; и битва, которую Коран вёл против её врагов, — та же самая битва, которую придётся вести во всякое время и в любом месте. Больше того: традиционные враги этой уммы, против которых выступал Коран, разоблачая их козни, хитрости и ухищрения, — те же самые, и средства их — те же самые: меняются лишь формы с переменой обстоятельств, но неизменны их суть и природа. И мусульманская умма в своей борьбе и обороне нуждается в наставлениях этого Корана так же, как нуждалась в них первая мусульманская община; для построения правильного мировоззрения и осознания своей позиции среди миров и людей ей нужны те же тексты и те же наставления — и в них она находит ясные вехи своего пути, как не находит их ни в одном другом источнике знания и руководства. И Коран пребудет живой книгой этой уммы в её жизни, её подлинным вождём на её практическом пути, её всеобъемлющим и полным уставом, из которого она черпает образ жизни, устройство общества, нормы отношений между народами и правила нравственного, деятельного поведения.

106Вот в чём чудо.

«Скажут безрассудные из людей: „Что повернуло их от той киблы, к которой они обращались?“ Скажи: „Восток и запад принадлежат Аллаху. Он ведёт прямым путём того, кого пожелает“» («Аль-Бакара: 142»).

«Мы сделали вас общиной справедливой, чтобы вы были свидетелями над людьми, а Посланник был свидетелем над вами. Мы назначили киблу, к которой ты был обращён прежде, лишь для того, чтобы отличить тех, кто последует за Посланником, от тех, кто повернётся вспять, — и тяжело это было для всех, кроме тех, кого Аллах повёл прямым путём. Но Аллах не даст пропасть вашей вере: ведь Аллах к людям сострадателен, милосерден» («Аль-Бакара: 143»).

«Мы видим, как твоё лицо обращается к небу, и обратим тебя к кибле, которая тебя обрадует. Обрати же лицо к Заповедной мечети. И где бы вы ни были, обращайте ваши лица к ней…» («Аль-Бакара: 144»).

«…И даже если ты приведёшь тем, кому даровано Писание, всякое знамение, они не пойдут за твоей киблой, как и ты не пойдёшь за их киблой, и одни из них не пойдут за киблой других. А если ты, после того как к тебе явилось знание, станешь потакать их желаниям, то будешь из числа беззаконников» («Аль-Бакара: 145»).

«Тем, кому Мы даровали Писание, известен этот Посланник, как известны им их собственные сыновья…» («Аль-Бакара: 146»).

«…Истина — от твоего Господа, посему не будь в числе сомневающихся» («Аль-Бакара: 147»).

107«…а часть их утаивает истину, зная её».

«...от Господа твоего. Не будь же одним из сомневающихся!» (аль-Бакара: 147)

«У каждого есть направление, куда он поворачивается. Соревнуйтесь же в добрых делах. Где бы вы ни были, Аллах соберёт всех вас вместе. Воистину, Аллах властен над каждой вещью». (аль-Бакара: 148)

«Откуда бы ты ни вышел, поверни своё лицо в сторону Заповедной мечети. Ведь это — истина от твоего Господа, и Аллах не пребывает в неведении о том, что вы совершаете». (аль-Бакара: 149)

«Откуда бы ты ни вышел, поверни своё лицо в сторону Заповедной мечети, и где бы вы ни были, поворачивайте ваши лица в её сторону, чтобы у людей не было пред вами довода, — кроме тех из них, которые несправедливы. Не бойтесь же их, а бойтесь Меня, чтобы Я довёл до конца Мою милость вам, — быть может, вы пойдёте прямым путём». (аль-Бакара: 150)

«Подобно тому как Мы отправили к вам посланника из вашей среды, который читает вам Наши аяты, очищает вас, обучает вас Писанию и мудрости, а также тому, чего вы прежде не знали». (аль-Бакара: 151)

«Вспомните обо Мне, и Я вспомню о вас. Благодарите Меня и не будьте неблагодарны». (аль-Бакара: 152)

108Здесь урок почти целиком сосредоточен на событии перенесения киблы, на обстоятельствах его узаконения, на интригах, которые пытались плести иудеи в мусульманских рядах в связи с ним, на толках, которые они вокруг него распускали, и на следах, которые эти толки оставили в душах некоторых мусульман и в рядах ислама в целом.

109У нас нет вполне достоверного рассказа об этом событии, как нет и коранического текста, подробно повествующего о его истории. Аяты о нём здесь касаются перенесения киблы с Байт аль-Макдиса на Каабу. Произошло же это в Медине спустя шестнадцать или семнадцать месяцев после хиджры.

110Совокупность преданий, связанных с этим событием, позволяет — в общих чертах — заключить, что мусульмане в Мекке обращались к Каабе с того времени, как молитва была предписана, — но на это нет коранического текста, — а что после переселения они обращались к Байт аль-Макдису по велению Посланника Аллаха ﷺ, хотя это было велением некораническим. Когда же пришло последнее кораническое повеление: «Обрати же своё лицо в сторону Заповедной мечети. И где бы вы ни были, поворачивайте ваши лица в её сторону» (аль-Бакара: 144) .. — оно отменило прежнее.

111Как бы то ни было, обращение к Байт аль-Макдису — кибле людей Писания, иудеев и христиан, — дало иудеям повод превозноситься и уклоняться от вступления в ислам: в Медине они распустили язык, утверждая, что обращение Мухаммада и тех, кто с ним, в молитве к их кибле — доказательство того, что их религия и есть истинная религия, а их кибла и есть кибла; что они — первооснова, а посему Мухаммаду и тем, кто с ним, надлежит вернуться к их религии, а не призывать их вступать в ислам!

112В то же время это повеление было тяжело для мусульман из арабов, которые в джахилии привыкли почитать святость Заповедного Дома и считать его своим храмом и своей киблой. А ещё горче делало дело то, что они слышали от иудеев: те кичились этим обстоятельством и обращали его против них в довод!

113Посланник, мир ему, поворачивал лицо к небу, устремляясь всем сердцем к Господу своему, не произнося ничего языком: в благоговейной учтивости перед Аллахом, в ожидании, что Он направит его к тому, что будет Ему угодно.

114И вот Коран низошёл с ответом на то, что таилось в груди Посланника ﷺ: «Мы видим, как обращается твоё лицо к небу. Обратим же тебя к кибле, которая тебе по душе. Обрати же лицо своё в сторону Заповедной мечети. И где бы вы ни были, поворачивайте ваши лица в её сторону» (аль-Бакара: 144). Предания рассказывают: это случилось на шестнадцатом или семнадцатом месяце хиджры, и когда мусульмане услышали о перенесении киблы, некоторые из них стояли посреди молитвы — и повернули лица свои в сторону Заповедной мечети прямо во время молитвы, а затем завершили её уже в сторону новой киблы.

115И едва Пророк ﷺ и мусульманская община отвратились от прежней киблы своей, а иудеи сделали это положение поводом для превозношения и посева сомнения среди мусульман о ценности их религии — по рядам мусульман и их сердцам побежали те толки, неся ростки тревоги за верование их и за самое основание их вероубеждения.. Они говорили им: если обращение прежде — к Байт аль-Макдису — было правильно, то нынешнее обращение к Заповедной мечети ложно, и вся ваша молитва в её сторону тщетна.. Да и в любом случае: разве могут такие отмена и изменение повелений исходить от Аллаха? Это лишь доказательство того, что Мухаммад не получает откровения от Аллаха!

116Перед нами раскрывается размах того, что произвела эта кампания в душах некоторых мусульман и в самом исламском строе: пересмотр всего ниспосланного в Коране по этой теме — начиная со слов Всевышнего «Какой бы аят Мы ни отменяли или ни заставляли позабыть» — на это ушло два полных урока в первой части, — и пересмотр этого урока именно здесь, а также подтверждения, разъяснения и предостережения, которые мы увидим подробно, когда будем обозревать коранический текст далее.

117А теперь скажем слово о мудрости перенесения киблы и об избранности мусульман собственной киблой, к которой они обращаются. Это было великое событие в истории мусульманской общины, и оно оставило огромный след в её жизни.

118Перенесение киблы сначала — с Каабы на аль-Масджид аль-Аксу — было обусловлено воспитательной мудростью, на которую указывает аят этого урока: «Мы установили киблу, которая была у тебя прежде, только чтобы узнать, кто следует за посланником, а кто повернётся вспять» (аль-Бакара: 143) .. Ведь арабы в своей джахилии почитали Заповедный Дом и считали его знамением родовой славы своего народа.. Но ислам хотел очистить сердца для Аллаха, сорвав с них любую историческую, расовую или земельную привязку вообще.. И Он отнял у них обращение к Заповедному Дому, избрав для направления другую сторону — аль-Масджид аль-Аксу, — чтобы очистить души от осадков джахилии и всего, с чем была сращена их джахилия, и чтобы следование за Посланником явилось чистым следованием, свободным от малейшего постороннего оттенка: следованием послушанию уверенному, согласному, покорному; [чтобы отличить] тех, кто не повернётся вспять из гордости джахилиевской спесью, цепляющейся за род, народ, землю и историю, или таясь этой спесью в глубинах души и сокровенных тайниках совести — в большей или меньшей мере..

119Когда же мусульмане покорились и обратились к той кибле, на которую направил их Посланник ﷺ, и в то же время иудеи начали делать из этого положения довод для себя, — ниспослалось кораническое повеление обратиться к Заповедной мечети. Но Оно связало сердца мусульман с иной истиной, касающейся её, — истиной ислама: истиной того, что этот Дом построили Ибрахим и Исмаил, чтобы он был чистым для одного Аллаха, и чтобы он стал наследием мусульманской общины, выросшей во исполнение молитвы Ибрахима Господу своему о том, чтобы Он воздвиг в их потомстве посланника из них с исламом — тем самым, что был и на нём самом, и на его сыновьях и внуках.. Как прошло в уроке о «Вот Мы испытали Ибрахима его Господь словами, которые Он полностью исполнил» (аль-Бакара: 124) в предыдущей части.

120Рассказ о Заповедной мечети — о её возведении и её устроении, об окружавших их обстоятельствах, о споре с людьми Писания и многобожниками вокруг Ибрахима, его сыновей, его религии, его киблы, его завета и его завещания — этот рассказ, прозвучавший ранее в данной суре, — лучшая подготовка к рассказу о перенесении киблы мусульман с аль-Масджид аль-Аксы на Заповедную мечеть после этого периода. Ибо перенесение киблы мусульман к Заповедной мечети, выступающее в этом контексте, есть закономерный логический итог наследования мусульманами религии Ибрахима и его завета с Господом. Это завершение чувственное, согласующееся с завершением духовным, которое порождает такая история.

121Аллах взял с Ибрахима обещание, что он будет среди мусульман, и Ибрахим завещал этот ислам сыновьям своим после него, как завещал его Йакуб — а это Израиль, — и знал Ибрахим, что наследие завета Аллаха и Его милости не достанется беззаконникам.

122Аллах поручил Ибрахиму и Исмаилу возвести основы Дома Заповедного.. и это — наследие их двоих: наследует его тот, кто признаёт завет Аллаха с ними.. А мусульманская община — наследница завета Аллаха с Ибрахимом и Исмаилом и милости Аллаха им обоим; естественно поэтому и логично, что она наследует Дом Аллаха в Мекке и делает его своей киблой.

123Если мусульмане в течение некоторого срока обращались к аль-Масджид аль-Аксе, к которому обращаются иудеи и христиане, то это обращение было продиктовано особой мудростью — той самой, на которую указывает контекст и которую мы разъяснили выше. Теперь же, когда Аллах пожелал вручить наследие мусульманской общине, а люди Писания отказались вернуться к религии отца своего Ибрахима — к исламу — и разделить это наследие, теперь приходит перенесение киблы в свой час: перенесение её к первому Дому Аллаха, который построил Ибрахим, — чтобы за мусульманами закрепились все отличительные признаки наследования: и чувственные, и духовные — наследие религии, и наследие киблы, и наследие милости от Аллаха — всё вместе.

124Избранность и отличие необходимы мусульманской общине: избранность и отличие в мировоззрении и веровании, и избранность и отличие в кибле и поклонении. Во всём этом обязательно отличие и избранность. В том, что касается мировоззрения и убеждений, дело бывает ясно само собой, но может не иметь такой степени ясности там, где речь идёт о кибле и обрядах поклонения.. Здесь уместно сказать о ценности форм поклонения.

125Тот, кто смотрит на эти формы как на оторванные от их жизненных обстоятельств, а равным образом от природы человеческой души и её откликов, пожалуй, усмотрит в усердии о самих этих формах нечто от узкого фанатизма или нечто от искусственной сложности... Но взгляд шире этого взгляда и понимание глубже — понимание природы фитры — раскрывают иную истину, стоящую выше всякого соображения.

126В человеческой душе заложена врождённая склонность, проистекающая из самого устройства человека — тела явного и духа сокровенного, — придавать видимые формы для выражения скрытых чувств. Сокровенные чувства эти не успокаиваются и не обретают покоя, пока мы не даём им формы видимой, доступной восприятию чувств, — и тогда их выражение совершается: свершается оно в чувственном так же, как свершилось в душе. И тогда душа утихает и отдыхает, полностью разряжая эмоциональный заряд, ощутит согласованность между внешним и внутренним, и находит утоление своему влечению то к сокровенному и тайному, то к явному и видимым формам — каждому в своё время.

127На этом природном основании ислам и воздвиг все свои обряды поклонения. Они не исполняются одним лишь намерением и одним лишь духовным устремлением — но этому устремлению даётся форма видимая: стояние, обращение к кибле, возвеличивание, чтение, поясной и земной поклоны в молитве; ихрам из определённого места и в определённое облачение, обход, бегение, мольба, тальбия, заклание и бритьё в хадже; намерение и воздержание от еды, питья и супружеской близости в посте.. Так в каждом акте поклонения есть движение, и в каждом движении — поклонение, чтобы согласовать явное души с её скрытым, упорядочить её силы и чтобы ислам отвечал фитре сразу во всей целокупности, способом, согласным с его собственным мировоззрением.

128Но шайтан распорядился так, что врождённая тяга придавать видимые формы сокровенным силам увела сбившихся с пути прямого к извращению поклонения: они стали поклоняться солнцу и луне, животным и растениям и всему чему угодно.. когда им стало недоставать найти упорядоченное средство для выражения внешнего...

129…скрытых сил. И вот пришёл ислам и откликнулся на зовы этой фитры теми освящёнными формами, что венчают собой обряды поклонения, начисто очистив Божественное Существо от всякого чувственного образа и всякой привязанности к какой-либо стороне. Человек обращается к кибле именно в тот миг, когда обращается к Аллаху всей цельностью своего существа — сердцем, чувствами и телом. Так достигаются единство и согласованность всех сил человека в устремлении к Аллаху, Который ни к какому месту не привязан, — хотя бы человек и избирал себе киблу среди мест!

130Но и не было нужды в том, чтобы выделять особое место, к которому мусульманин устремляется молитвой и поклонением, наделяя его особенностями, — дабы сам он отличился, обособился… сделался единственным в своём роде.

131Отсюда же — запрет уподобляться тем, кто вне мусульман, в их особенностях, ведь особенности эти — внешнее выражение внутренних чувств, точно так же, как запрет следовать их пути в чувстве и поведении. Это не было фанатизмом и не цеплянием за голые внешние формы. Это был более глубокий взор — на то, что скрыто за формами; взгляд на побуждения, таящиеся за внешним обликом. А побуждения эти — именно то, что отделяет народ от народа, склад мышления от склада мышления, мировоззрение от мировоззрения, лозунг от лозунга, нрав от нрава, один путь достижения цели во всей жизни — от другого.

132Передают со слов Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, иудеи и христиане не красят своих одежд».

133И он, да пребудут над ним благословения Аллаха и приветствие, сказал: «Не превозносите меня, как превозносили христиане сына Марьям: я ведь только раб. Говорите же: раб Аллаха и Его Посланник».

134(1) Привёл Малик, два шейха и Абу Дауд. (2) Передали Абу Дауд и Ибн Маджах. (3) Привёл аль-Бухари.

135Запрещено уподобление во внешности или одежде. Запрещено уподобление в движении или поступке. Запрещено уподобление в слове или манере. Ибо за всем этим стоит то сокровенное чувство, которое отличает одно мировоззрение от другого, один жизненный путь от другого, одну общину от другой.

136Далее — Он запретил этой общине воспринимать что-либо помимо Аллаха и Его собственного пути, ради осуществления которого она пришла на землю; запретил ей растворяться, терять свой внутренний облик перед любым другим народом земли. Ибо растворение внутренней сущности перед тем или иным обществом — это и есть начало пути следования за этим обществом и подражания ему. А мусульманская община встала, чтобы занять место во главе человечества; потому и подобает ей черпать свои традиции — как она черпает мировоззрение и путь — от одного лишь Аллаха. Мусульмане — превознесённые; они — срединная община, «лучшая из общин, выведенная к людям». Из каких же врат, спрашивается, им черпать своё мировоззрение и свой путь? Из какого источника — свои традиции и свои порядки? Если не от Аллаха, то от низших — тех, ради возвышения которых они и пришли!

137Ислам гарантировал человечеству высочайший горизонт мысли и совершеннейший жизненный путь. Он призывает всё человечество вернуться к нему. И не фанатизмом было требование ислама, чтобы человечество объединилось на его основании — а не на каком-либо ином, на его пути — а не на каком-либо другом, под его знаменем — а не под каким-нибудь другим. Ведь Тот, Кто призывает к единству в Аллахе, к единству на высочайшем из мировоззрений, к единству в наилучшем из устройств, и отказывается купить это единство ценой отхода от пути Аллаха и низвержения в пучины джахилии.. — разве он фанатик? Или фанатик — но ради добра, истины и благого устройства!

138А мусульманской общине, когда она обращается к особой, отличительной кибле, надлежит постичь смысл этого устремления. Кибла — вовсе не просто место и не географическая сторона света.. Она выделяет личность, выделяет цели, выделяет попечения, выделяет само бытие.

139Община только тогда община, когда она выделена особой личностью, не смешивающейся с личностями джахилии, что владеют умами всех людей, — и со всеми знамёнами джахилии, которые воздвигают все народы. Общине необходимо выделиться особой личностью, не схожей с господствующими личностями джахилии; выделиться целями и попечениями, созвучными той личности и тому мировоззрению; выделиться особым знаменем, несущим имя одного лишь Аллаха, — чтобы знали: это срединная община, которую Аллах вывел к людям, дабы несла она доверенное ей вероучение и его наследие..

140Воистину, эта вера — целый жизненный путь. Именно этот путь выделяет общину-преемницу, наследницу завета веры, свидетельствующую перед людьми и обязанную привести всё человечество к Аллаху.. И осуществление этого пути в жизни мусульманской общины — вот что дало ей то отличие: в личности и бытии, в целях и попечениях, в знамени и знаке. Вот что дало ей место предводительства, для которого она сотворена и ради которого выведена к людям. Без этого пути она затеряна в омутах, с расплывчатыми чертами, с неведомым обликом — какие бы наряды, призывы и знамёна она ни принимала!

141Отвлечёмся же — в связи с переменой киблы — от этого отступления и обратимся непосредственно к кораническим текстам подробно:

142﴿Скоро спросят безрассудные из людей: «Что отвратило их от киблы, которой они держались прежде?» Скажи: «Восток и запад принадлежат Аллаху. Он ведёт прямым путём того, кого пожелает». Так Мы сделали вас срединной общиной, чтобы вы были свидетелями для людей и чтобы Посланник был свидетелем для вас. Мы назначили киблу, к которой ты обращался прежде, только чтобы отличить тех, кто последует за Посланником, от тех, кто повернётся вспять. И хотя это и тяжело, но только не для тех, кого Аллах повёл прямым путём. Не суждено Аллаху дать пропасть вашей вере. Воистину, Аллах — Сострадательный, Милосердный к людям﴾ (аль-Бакара: 142–143).

143Из коранического контекста и из событий, предшествовавших этому в Медине, ясно, что под безрассудными подразумеваются те, кто поднял шумиху вокруг перемены киблы, о которой мы говорили выше. Это они пустили в ход вопрос: «Что отвратило их от киблы, которой они держались?» — а это был Дом Святыни.

144Передаёт аль-Бара ибн Азиб, да будет доволен им Аллах: «Когда Посланник Аллаха ﷺ прибыл в Медину, он остановился у своих родичей — или сказал: у своих родных — из числа ансаров и молился в сторону Дома Святыни шестнадцать месяцев, и ему хотелось, чтобы его киблой стала Кааба. Первой молитвой, которую он совершил, обратившись к Каабе, была послеполуденная; вместе с ним молилась группа людей. Один из них отправился к людям мечети, которые стояли в поясном поклоне, и сказал: "Клянусь Аллахом, я молился только что с Посланником Аллаха ﷺ лицом к Каабе", — и они повернулись к Каабе прямо в том положении, в котором находились. Иудеям прежде нравилось, что он молится в сторону Дома Святыни, но когда он обратился лицом к Каабе, они стали отрицать это. Тогда и было ниспослано: "Мы видим, как обращается твоё лицо к небу..." И сказали безрассудные — а это были иудеи: "Что отвратило их от киблы, которой они держались?"»

145И мы заметим, что высота коранического тона в ответе на этот вопрос и на ту смуту выдаёт, сколь грандиозный след оставила та кампания в душах некоторых мусульман и в самих мусульманских рядах в ту пору.

146Явствует уже из самой формы издёвки здесь: ﴿Скажут безрассудные из людей: «Что отвратило их от их киблы, которой они держались?»﴾ — что это было предупреждением об объявлении перемены киблы, последовавшем далее в этом повествовании, либо упреждением тех толков и вопросов, которые, как было ведомо Аллаху, произнесут безрассудные, — или же ответом на них после того, как они прозвучали, как мы видели в предыдущем контексте. Эта форма избрана, чтобы дать понять: сказанное ими было предопределено, замысел его известен, а ответ заготовлен. А это способ возражения глубочайшего воздействия.

147И сверх того — исцеление последствий этого вопроса и ответ на него через наставление Посланнику ﷺ того, с чем он выходит против них и чем утверждает истину в полной её мере, поправ заодно общее представление о вещах: ﴿Скажи: «Восток и запад принадлежат Аллаху. Он ведёт прямым путём того, кого пожелает»﴾ (аль-Бакара: 142).

148Восток — Аллаху, и запад — Аллаху. Всякое направление есть направление к Нему — какое бы то ни было. Направления и места сами по себе ничем не превосходят друг друга. Предпочесть одно и выделить его может лишь выбор Аллаха и Его указание.. Аллах ведёт прямым путём того, кого пожелает. И если Он избирает для Своих рабов направление, избирает им киблу, — она и есть избранница, и ею человек идёт к прямой дороге.

149Тем самым утверждается истина отношения к местам и направлениям, истина сердца, которым люди принимают устремления, и истина правильного направления — обращения к Аллаху во всяком состоянии.

150Затем Коран сообщает этой общине о её великой истине в этом мироздании, о её огромной миссии на этой земле, о её великом месте среди этого человечества, о её основополагающей роли в жизни людей — что требует иметь ей собственную киблу и собственную личность и не слушать никого, кроме Господа, Который избрал её для этого великого дела: ﴿Так Мы сделали вас срединной общиной, чтобы вы были свидетелями для людей и чтобы Посланник был свидетелем для вас﴾ (аль-Бакара: 143).

151Она — срединная община, свидетельствующая обо всех людях: она утверждает среди них справедливость и беспристрастность, устанавливает для них весы и ценности, высказывает своё суждение — и суждение её становится определяющим; она взвешивает их ценности, их мировоззрения, их традиции, их лозунги и разбирает их дела, говоря: вот это — истина, а вот это — ложь. Не потому, что она перенимает у людей их представления, их ценности и их мерила, — нет: она свидетельствует о людях и вершит среди них справедливый суд.. И, свидетельствуя так о людях, сама она черпает это из Откровения, за которое свидетельствуют Господь и Его Посланник.

152Так определяется истина этой общины и её миссия.. — чтобы она знала себя, ощутила своё величие, оценила свою роль по достоинству и приготовилась к ней с твёрдой уверенностью.

153(1) Привёл Малик, два шейха и ат-Тирмизи.

154«Средина» в языке — то, посреди чего проходит серединность: будь то посредничество в значении превосходства и первенства, будь то середина в значении умеренности и меры, будь то середина в её физическом смысле.

155Срединная община.. в мировоззрении и убеждении.. Она не впадает в крайность духовного отрешения от мира и не впадает в крайность окаменения в материальном. Она следует фитре, отвечающей духу, облечённому в тело, и телу, облечённому духом, и отдаёт этому существу двойственной природы его право на совершенство с обеих сторон. Она трудится над возвышением жизни и её подъёмом — и в то же время печётся о сохранении жизни и её продолжении; она раскрепощает всякое движение в мире устремлений и мире влечений — ни с недостатком, ни с избытком: в мере, стройности и равновесии.

156Срединная община.. в мысли и чувстве.. Она не застывает на том, что уже знает, не закрывает двери опыта и познания.. Но и не бежит за каждым кличем и не обезьянничает, подражая смеющимся обезьянам. Она держится своих основ — представлений, путей и начал, — а затем всматривается во всякий плод мысли и опыта; вечный девиз её: «Истина — потерянная находка верующего: где найдёт её, там и возьмёт».

157Срединная община.. в устройстве и согласовании.. Она не отдаёт жизнь целиком во власть чувств и совести, но и не отдаёт её целиком во власть закона и принуждения. Она возвышает людские души наставлением и воспитанием — и обеспечивает порядок общества законом и дисциплиной, сочетая одно с другим: не оставляет людей на милость султанского бича, но и не бросает их на милость голоса внутренней совести, а соединяет то и другое.

158Срединная община.. в связях и отношениях.. Она не упраздняет личность человека и её основания и не растворяет личную индивидуальность в личности общины или государства; но и не выпускает человека одинокой, трепещущей пылинкой, у которой нет заботы, кроме собственного «я». Нет: она освобождает из побуждений и сил то, что порождает движение и созидание, и раскрепощает из влечений и особенностей то, что утверждает личность человека и его целостность. Затем она налагает из ограничений столько, чтобы пресечь крайности, и из побуждающих средств столько, чтобы разжечь в человеке желание служить общине; закрепляет из обязательств и обязанностей то, что делает человека слугой общины, а общину — покровительницей человека, — в соразмерности и гармонии.

159Срединная община.. в месте.. — на просторе земли, в средоточии её краёв. И доныне эта община, чья земля объята исламом, остаётся общиной, лежащей посреди земных пространств между востоком и западом, югом и севером; и в этом своём положении она свидетельствует для всех людей и о всех людях, отдаёт то, чем владеет, всем обитателям земли, и через неё переходят из края в край законы природы и знания духа и мысли, и она распоряжается этим движением — материальным и духовным — на…

160Она стоит посередине, отряхивая с человечества иллюзии и суеверия, налипшие на него в пору его младенчества, и ограждая его от смут — и рассудочного своеволия, и страстей; сочетая наше духовное наследие эпох посланничеств с его интеллектуальной цельностью, непрерывно пребывающей в росте, и ведя его по прямому пути между тем и этим.

161И что мешает этой общине сегодня занять то место, которое даровал ей Аллах, кроме того, что она оставила путь Аллаха, избранный для неё, и взяла себе иные пути — не те, которые избрал для неё Аллах, — и окрасилась в разные краски, и ни одна из них не есть окраска Аллаха! А ведь Аллах хочет, чтобы она окрасилась одной лишь Его окраской.

162А та община, чьё предназначение и чья роль именно таковы, призвана нести бремя ответственности и приносить жертвы: у первенства — свои тяготы, у верховенства — свои издержки. И неизбежно ей прежде подвергнуться искушению и испытанию, чтобы подтвердились её чистота перед Аллахом, её свобода и готовность к абсолютному повиновению верному предводительству.

163Отсюда нам открывается мудрость выбора той киблы, на которой они стояли прежде, — в связи с обращением их от неё теперь: «Мы сделали киблой ту, к которой ты был обращён раньше, лишь для того, чтобы отличить тех, кто следует за Посланником, от тех, кто повернётся вспять» (аль-Бакара: 143).

164..наследницу веры, преемницу на земле под знаменем этой веры. Он хочет, чтобы она была преданно чиста перед Ним; чтобы очистилась от всех осадков джахилии и её пут; чтобы освободилась от всех её старых черт и всех её скрытых влечений; чтобы сняла с себя всякое одеяние, носимое в джахилии, и всякий принятый ею лозунг; чтобы единым в её душе был один лишь лозунг ислама, к которому не прилеплялся бы никакой другой лозунг; и чтобы единственным источником, из которого она черпает, был один источник, не знающий соучастников.

165Дело в том, что обращение к Заповедной мечети могло быть осквернено в душах арабов посторонней идеею, чуждой идее веры: вера их праотца Ибрахима была запятнана примесями многобожия и родового фанатизма, ибо Дом в ту пору почитался домом одних лишь арабов. Аллах же хочет, чтобы он был священным Домом Аллаха, к которому не прибавляется никакого другого знака, кроме Его знака, и который не носит никакого иного отпечатка, кроме Его отпечатка.

166И поскольку обращение к Заповедной мечети было осквернено этим посторонним оттенком, Аллах отклонил мусульман от неё на время и обратил их к Байт аль-Макдису — во-первых, чтобы очистить их чувства от той старой скверны, а затем, чтобы испытать их покорность и преданность Посланнику ﷺ: «Поистине, мы следовали за ним, ибо он — Посланник Аллаха», а те, кто следовал за ним лишь потому, что тот удержал Заповедный Дом киблой, — их души воспламенились этим удержанием под воздействием чувства родства, племени и старых святынь.

167Это — указание тонкое, исполненное точности. Религия ислама не терпит сотоварища в сердце и не приемлет иного знака, кроме своего единственного и явного. Она не допускает никакого осадка джахилии ни в какой форме — большой или малой.

168И вот Аллах знает, что сбросить чувственные наслоения, очиститься от всякого чужого признака и всякого чужого символа — дело трудное и усилие тяжкое, разве что воздействие [веры] овладеет сердцем всецело, разве что Сам Аллах поможет этому сердцу в его старании, уврачует его и поведёт к цели:

«…и это — великая тяжесть, кроме как для тех, кого направил прямым путём Аллах» (аль-Бакара: 143).

169Когда же это так, то нет ни тягости, ни труда в том, чтобы душа сбросила с себя эти символы, отряхнула эти осадки, очистилась для Аллаха, чтобы слышать Его и повиноваться: куда направит её Аллах — туда она обращается, куда поведёт её Посланник Аллаха ﷺ — туда она следует.

170Затем Он вселяет уверенность в мусульман касательно их веры и их молитвы: Он не отвергает рабов и не губит их поклонения, обращённого к Нему, и не отягощает их обязанностью сверх их сил — напротив, Он помогает ей и укрепляет её:

«Не в обычае Аллаха давать пропасть вашей вере. Поистине, Аллах к людям — Сострадательный, Милосердный» (аль-Бакара: 143).

171Он знает их ограниченные силы и не возлагает на них сверх их возможностей. Он — Ведущий верующих, Он дарует им помощь от Себя, чтобы прошли они испытание, когда намерение их окажется искренним, а решимость твёрдой. И если испытание есть явление Его мудрости, то преодоление испытания — щедрость Его милости: «Поистине, Аллах к людям — Сострадательный, Милосердный».

172И тогда в сердца мусульман изливается безмятежность, уходит от них тревога, и переполняют их довольство, доверие и убеждённость:

173После этого возвещается ответ Аллаха на молбу Его Посланника ﷺ о кибле; объявляется эта кибла — вместе с предостережением мусульман от искушения иудеев и раскрытием истинных побуждений, таящихся за их нападками и кознями, — образом, показывающим, сколь велик труд, вкладываемый в становление мусульманской общины и её ограждение от смятения и смуты:

«Мы видим, как обращается твоё лицо к небу, и Мы обратим тебя к кибле, которой ты останешься доволен. Обрати же своё лицо в сторону Заповедной мечети. И где бы вы ни были, обращайте ваши лица в её сторону. Те, кому даровано Писание, знают, что такова истина от их Господа, и Аллах не бывает невнимателен к тому, что они совершают. Если бы ты привёл тем, кому даровано Писание, любое знамение, они всё равно не последовали бы твоей кибле, да и ты не будешь следовать их кибле, и одни из них не последуют кибле других. Если же ты, после того как к тебе явилось знание, станешь потворствовать их желаниям, то окажешься среди беззаконников. Те, кому Мы даровали Писание, знают его, как знают своих сыновей; но часть их утаивает истину, зная её. Истина — от твоего Господа: не будь же в числе сомневающихся. У каждого есть сторона, куда он обращается: состязайтесь же в добрых делах. Где бы вы ни были, Аллах приведёт вас всех вместе, — воистину, Аллах над всем властен. И откуда бы ты ни вышел, обращай своё лицо в сторону Заповедной мечети: ведь это — истина от твоего Господа, и Аллах не бывает невнимателен к тому, что вы совершаете. И откуда бы ты ни вышел, обращай своё лицо в сторону Заповедной мечети, и где бы вы ни были, обращайте ваши лица в её сторону, чтобы у людей не было против вас довода — кроме тех из них, что творят несправедливость. Не бойтесь их, а бойтесь Меня, чтобы Я довёл до конца Мою милость вам, — может быть, вы пойдёте прямым путём» (аль-Бакара: 144–150).

174В начале этих аятов мы находим живописное изображение состояния Пророка ﷺ:

«Мы видим, как обращается твоё лицо к небу» (аль-Бакара: 144).

175И это указывает на ту сильную жажду, чтобы Господь направил его к кибле, отличной от той, на которой он стоял, — после того как умножилось приставание иудеев, их препирательства, и нашли они в подчинении мусульманской общины их кибле пути к обману, введению в заблуждение, смятению и плутовству. И Посланник ﷺ обращал лицо своё к небу, не произнося мольбы вслух — из благоговения перед Господом своим и из стеснения предлагать Ему…

«Мы обратим тебя к кибле, которой ты останешься доволен» (аль-Бакара: 144).

176Затем Он назначает ему эту киблу, которой, как ведомо Ему, преславному, он будет доволен:

«Обрати же своё лицо в сторону Заповедной мечети» (аль-Бакара: 144) —

177киблу для него и для его общины: для тех, кто с ним из неё, и для тех, кто после них, — доколе Аллах не наследует землю и тех, кто на ней:

«И где бы вы ни были, обращайте ваши лица в её сторону» (аль-Бакара: 144).

178С любой стороны, во всех уголках земли — одна кибла, к которой обращена единая община, каково бы ни было положение её жилищ относительно этой киблы, каковы бы ни были её народы, краски и языки. Одна кибла, к которой устремлена единая община на востоках и запада́х земли. И она ощущает себя единым телом, единым организмом, устремлённым к одной цели и стремящимся осуществить один путь — путь, истекающий из того, что все они поклоняются одному Богу, веруют в одного Посланника и обращаются к одной кибле.

179Так Аллах объединил эту общину — объединил в её ведении и её стойкости, в её религии и её кибле — вопреки различию родин, народов, красок и языков. И не положил Он единство её ни на одно из этих оснований, но утвердил его на её вероубеждении и её кибле — хотя бы разделилась она жилищами, народами, красками и языками. Это и есть то единство, которое подобает сынам человека: человек соединяется верою сердца и киблою поклонения, тогда как животное сходится с животным лишь на пастбище, у корма, у загона и стойла!

180Что же до людей Писания — каково их отношение к этой новой кибле?

«Те, кому даровано Писание, знают, что это — истина от их Господа» (аль-Бакара: 146).

181Они ведь знают, что Заповедная мечеть — первый Дом Аллаха, основание которого воздвиг Ибрахим, праотец этой общины, наследницы, праотец всех мусульман. И знают они, что повеление обращаться к нему — истина от Аллаха, в которой нет сомнения.

182Но при этом они поступят не так, как подсказывает это их знание. Не заботься же о них: Аллах — Попечитель, достаточный, чтобы отвратить их ковы и их козни:

«Аллах не бывает невнимателен к тому, что они совершают» (аль-Бакара: 146).

183Им не убедиться доводом, ибо то, чем они ущербны, — вовсе не довод, а искренность и очищенность от пристрастий, готовность принять истину, когда узнают её:

«Если бы ты привёл тем, кому даровано Писание, любое знамение, они всё равно не последовали бы твоей кибле» (аль-Бакара: 145).

184Ибо иудеи и христиане не желают исправности, и многим чистым сердцам претит помыслить, будто те, кто заслоняет иудеев и христиан от ислама, делают это под личиною благообразия. Но это — самообман: они не хотят ислама, потому что знают его! Знают его — и боятся его за свои выгоды и свою власть, и потому строят против него ту неослабную, целеустремлённую вражду, что не утихает, всеми путями и средствами: прямым путём и путями тайными, — выставляя из своей религии напоказ то, что могут, и совращая её приверженцев, сколько в их силах, под каким угодно покровом. И всегда они оказываются у слов Всевышнего Аллаха, сказанных Его благородному Пророку: «Если бы ты привёл тем, кому даровано Писание, любое знамение, они всё равно не последовали бы твоей кибле» (аль-Бакара: 145).

185Перед лицом же этого упорства людей Писания, отвергающих киблу ислама и путь, который она знаменует, утверждается истинное положение Пророка ﷺ и его естественная позиция:

«Но ты не станешь следовать их кибле» (аль-Бакара: 145).

186Не тебе вовсе следовать их кибле. Употребление здесь именного предложения выразительнее всего являет постоянное, неизменное положение Посланника ﷺ в этом деле. И в нём — мощный завет мусульманской общине, идущей следом: она не выберет иной киблы, не последует иным путём, кроме исконного пути, который знаменует эта избранная кибла. Такова её суть, доколе она мусульманская; если же она не делает этого — она уже ничем не принадлежит исламу, а есть одно лишь притязание.

187Затем — отступление, вскрывающее истинное взаимное положение людей Писания между собой: они не в согласии, ибо пристрастия разъяли их:

«И одни из них не станут следовать кибле других» (аль-Бакара: 145).

188И вражда иудеев к христианам, и вражда между различными иудейскими толками, и вражда между различными христианскими течениями — вражда лютая.

189И не подобало Пророку ﷺ — таково его положение, таково положение людей Писания, и истина в этом деле уже явлена ему, — следовать их пристрастиям после того, как пришло к нему знание:

«Если же ты, после того как к тебе явилось знание, станешь потворствовать их желаниям, то окажешься среди беззаконников» (аль-Бакара: 145).

190И вот мы остановимся на мгновение перед этим…

191Строгая решимость — вот что звучит в этом божественном обращении Аллаха Всевышнего к Его благородному Пророку ﷺ, последовавшем тотчас же за той задушевной беседой.

192Дело здесь касается прямоты на пути ведения Аллаха и покорности Ему, а также закона различения и очищения от всего, кроме повиновения одному лишь Аллаху. Потому и пришло это обращение с такой твёрдостью и категоричностью, с таким прямым предостережением.. «а не то окажешься одним из беззаконников» (аль-Бакара: 145). Колебание и расслабленность чужды духу того дела, которому Посланник отдал себя целиком, без остатка. Мусульманину подобает принимать только от Аллаха; ему не подобает оставлять достоверное, твёрдо установленное знание ради шатких превратностей. А всё, что не от Аллаха, — заблуждение, в котором нет и тени сомнения.

193Наряду с этим постоянным указанием мы различаем и другое: за этими словами стоял реальный случай среди некоторых мусульман, увязших в водовороте иудейских козней и волны усердного совращения, — случай, требовавший такой суровости предостережения и такой твёрдости выражения.

194После этой беглой остановки вернёмся к тексту — и увидим: он по-прежнему утверждает, что люди Писания обладали твёрдым знанием того, что истина в этом вопросе, как и во всяком другом, — это то, что принёс Коран и к чему призвал Посланник; однако они скрывают истину, которую знают, ради страсти, гнездящейся в них.

«Те, кому Мы даровали Писание, знают его, как знают своих собственных сыновей. Но некоторые из них утаивают истину, зная её» (аль-Бакара: 146). Знание человека о своих сыновьях — вершина знания, и в арабской речи такое сравнение служит образцом уверенности, не допускающей ни малейшего сомнения. А раз люди Писания убеждены в истине, которую принёс Пророк ﷺ, — в том числе в этом деле о кибле, — и раз часть их утаивает истину, которую знает с полной определённостью.. значит, путь верующих — не поддаваться тому, что говорят люди Писания, ибо это ложь из вымыслов и измышлений; тем более что эти люди твёрдо знают истину, но утаивают её в вопросах религии, которую приносит им их правдивый, верный Посланник.

195Здесь обращение направляется самой личности Пророка ﷺ после всего сказанного о людях Писания: «Истина — от твоего Господа, и ни в коем случае не будь в числе сомневающихся» (аль-Бакара: 147). «Если ты сомневаешься в том, что Мы ниспослали тебе, спроси тех, кто читал Писание до тебя» (Юнус: 94).. А он отвечает: «Я не сомневаюсь и не спрашиваю». Однако обращение к его собственной особе ﷺ несёт могучий намёк для стоящих за ним мусульман — и для тех, кто в ту пору поддавался вымыслам иудеев и их хитросплетениям, и для тех, кто придёт после них и станет поддаваться вымыслам иудеев и неиудеев в вопросах своей религии.

196Как же нам сегодня не вслушаться в это предостережение — нам, которые с непревзойдённой слепотой отправляются за советом к востоковедам из числа евреев, христиан и неверных коммунистов в вопросах нашей религии, перенимаем у них нашу историю, доверяем им судить о нашем наследии, внимаем сомнениям, которые они подмешивают в свои штудии о нашем Коране, хадисах нашего Пророка ﷺ и жизни наших первых поколений; отправляем к ним экспедиции из наших студентов, чтобы они учились у них наукам об Исламе, выпускались из их университетов, а затем возвращались к нам с чуждым складом ума и совести!

197Ведь этот Коран — наш Коран. Коран мусульманской общины. Вечная её книга, которой Господь говорит с ней о том, что ей ведомо, и о том, в чём она нуждается. Люди Писания остаются людьми Писания, неверные остаются неверными, а религия есть религия!

198Возвращаемся к тексту и видим: он отвращает мусульман от поиска опоры в людях Писания и погружения в их наставления, внушая им прямоту на их собственном пути и верность их собственному призванию. У каждой общины — своё направление; пусть же мусульмане устремляются наперегонки к добру, ничто да не отвлекает их от него, ведь исход всех — к Аллаху, Могущему собрать их и воздать каждому в конечном счёте:

«У каждого есть направление, куда он обращается. Так соперничайте же в добрых делах! Где бы вы ни были, Аллах соберёт вас всех. Воистину, Аллах властен над всякой вещью» (аль-Бакара: 148).

199Так Аллах отвращает мусульман от погружения в кривотолки людей Писания — их козни, смуты, толкования и россказни.. и обращает их к делу, к состязанию в добрых делах — с напоминанием, что их возвращение — к Аллаху и что Аллах властен над всем; ничто не оказывается Ему не по силам.. Это дело всерьёз, рядом с которым меркнут любые россказни и вымыслы.

200Затем повеление возвращается вновь, утверждая направление к новой избранной кибле, с новым сопровождением:

«И откуда бы ты ни вышел, обрати своё лицо в сторону Заповедной мечети. Ведь это — истина от твоего Господа. Аллах не бывает невнимателен к тому, что вы совершаете» (аль-Бакара: 149).

201На этот раз повеление свободно от речи о людях Писания и их позиции; оно содержит поворот к Заповедной мечети и утверждение этой истины.. и предостережение, заключённое в словах: «Аллах не бывает невнимателен к тому, что вы совершаете».. Оно прозрачно говорит о том, что за ним стоял живой случай в сердцах некоторых мусульман, требовавший такого подтверждения и такого строгого предостережения.

202Третье подкрепление приходит уже с новой целью — опровержением довода людей Писания и довода прочих, кто ссылался на древность своего рода, исконность своей киблы и свой путь; или же из числа арабских многобожников, видевших в этом повороте средство отвратить арабов:

«И откуда бы ты ни вышел, обрати своё лицо в сторону Заповедной мечети, и где бы вы ни были, обращайте ваши лица в её сторону, чтобы у людей не было довода против вас, кроме тех из них, которые поступают несправедливо. Не бойтесь их, а бойтесь Меня, чтобы Я довёл до конца Свою милость вам. Быть может, вы пойдёте прямым путём» (аль-Бакара: 150).

203Это повеление Посланнику ﷺ обратить лицо к Заповедной мечети, откуда бы он ни вышел, и мусульманам — обращаться туда лицами, где бы они ни находились. И разъяснение цели этого поворота: «чтобы у людей не было довода против вас».

204Всё, что говорят после этого неправедные, которые не останавливаются перед доводом и логикой, ибо ведомы они лишь упрямством и строптивостью, — теряет силу: с такими нет возможности справиться словом, они так и останутся в своей строптивости. Для мусульман их речи — ничто: «не будет страха.. и скорби». Нет страха, и нет на вас никакой доли вины за ваше дело; не следует вам бояться их, чтобы не склониться...

205Бояться же надлежит одного: Мне принадлежат ваши дела и в этом мире, и в Последнем.. И рядом с умалением тех, кто поступал несправедливо, и с указанием, что страшен лишь гнев Аллаха, звучит напоминание о милости Аллаха и обещание её излияния на мусульманскую общину, когда она откликнется и выпрямится:

206«..чтобы Я довёл до конца Свою милость вам. Быть может, вы пойдёте прямым путём».

207Это трогающее напоминание и манящее обещание; прозрачный намёк на великую милость вслед за великой милостью..

208Милость, о которой здесь говорится, была перед ними, осязаема: они ощущали её в самих себе, ощущали в своих жизненных обстоятельствах, ощущали в своём сообществе, в своём положении на земле и месте своём в мироздании.

209Они сами жили во времена джахилии — в её тьме, её мерзости, её невежестве, — и сами же перешли к свету Корана, его чистоте и его знанию. Они ощущают в себе действие этой милости — свежее, явное, глубокое.

210Они сами жили в джахилии враждующими племенами с мелкими целями и тесными заботами — и сами же перешли к единству под знаменем вероучения и его силой, к высоким целям и великим попечениям, касающимся судьбы всего человечества, а не кровной мести одного племени! Они ощущают действие милости вокруг себя так же, как ощутили его в себе.

211Они сами жили в джахилии в обществе падшем и осквернённом, с путаными представлениями и потрясёнными ценностями — и сами же перешли в чистое, высокое общество Ислама, с ясными понятиями и верой, с прямыми ценностями и мерилами.

212И когда Аллах говорит им: «..чтобы Я довёл до конца Свою милость вам».. — в этих словах и трогающее напоминание, и манящее обещание, и прозрачный намёк на великую милость вслед за великой милостью.

213В повторении повеления о новой кибле мы находим каждый раз новый смысл.. В первый раз повеление обратиться к Заповедной мечети было ответом на желание Посланника ﷺ после того, как он обращал лицо своё к небу и безмолвно молил Господа.. Во второй раз — подтверждением, что это истина от его Господа, отвечающая и желанию, и молитве.. В третий раз — отсечением людских доводов и умалением тех, кто не останавливается перед истиной и доводом.

214Но за этим повторением мы различаем состояние, реально пережитое в исламском ряду, — состояние, требовавшее такого повторения и такого подтверждения.

215Оно восходит к Ибрахиму — воздвигшему Заповедную мечеть, киблу мусульман, — и связывает их с Самим Всевышним напрямую в завершении речи:

«Таким образом, Мы отправили к вам посланника из вашей среды. Он читает вам Наши аяты, очищает вас и обучает вас Писанию и мудрости, а также тому, чего вы не знали» (аль-Бакара: 151). «Вспомните обо Мне, и Я вспомню о вас. Благодарите Меня и не будьте неблагодарными» (аль-Бакара: 152)..

216Обращает на себя внимание то, что этот аят дословно повторяет молитву Ибрахима, прозвучавшую прежде в суре, — молитву о возведении основ Дома им самим и Исмаилом. Молитву его о том, чтобы Аллах послал среди потомков обитателей Дома посланника из их среды, который читал бы им Его аяты, обучал их Писанию и мудрости и очищал их.. Чтобы мусульмане помнили: послание этого Посланника среди них, их собственное бытие мусульманами — прямой и полный ответ на молитву отца их Ибрахима. И в этом — глубочайший намёк: дело их не новодел, оно древнее; кибла их не внезапная, это кибла отца их Ибрахима; милость Аллаха им изобильна — это милость Аллаха, которую обещал Его возлюбленный друг и о которой Он условился ещё с той далёкой поры.

217Милость направления вас к вашей кибле и выделения вас собственной вашей личностью — одно из непрестанных благодеяний вам, которым предшествовала милость послания.. Это почёт и превосходство: чтобы послание было среди вас и последний Посланник был избран из вас, — тогда как евреи некогда ставили это себе в заслугу перед вами!

218Другой намёк — ощущение величия излитой щедрости в том, что Аллах обращается к рабам Своим, читая им через Своего Посланника [Свое откровение]. Щедрость, от созерцания которой сердце содрогается, когда вникаешь в её суть. Кто эти люди? Что они такое? Чтобы с ними говорил Сам Аллах, Всевышний, Своими словами, чтобы к ним обращалась речь столь высокая?! Что они такое, если бы не щедрость Аллаха? Если бы не переполняющая благодать Аллаха? Если бы Он, Всевышний, с самого начала не вдохнул в них дар дыхания от Своего духа, чтобы было в них то, что заслуживает такой чести и принимает такую щедрость?

219«..очищает вас». Если бы не Аллах, никого из них не очистил бы никто; ничто не стало бы чище и не поднялось выше. Но Он послал Своего Посланника ﷺ очищать их. Очищать их души от скверны многобожия, грязи джахилии и мерзости представлений, что отягощают человеческий дух и хоронят его. Очищать их от скверны страстей и пороков, чтобы души их не загнивали в жизни. А те, кого Ислам не очищает, — их души во всех концах земли, встарь и поныне, гниют в смрадных болотах распада похотей и пороков, которые унижают человеческое в человеке и возносят над ним животное, ведомое фитрой, — а оно куда чище того, до чего опускается человек, лишённый помощи [свыше].

220И очищать их общество от ростовщичества, лихвы, обмана, грабежа и разбоя — грязи, оскверняющей души и чувства, пачкающей общество и жизнь. И очищать их жизнь от несправедливости и угнетения, распространяя чистое, ясное правосудие, которого человечество не вкушало так, как вкушало в тени Ислама, закона Ислама и пути Ислама.

221…лик джахилии во всех местах вокруг неё, в каждом обществе, которое не очищает Ислам духом своим и методом своим — чистым и очищающим.

«.. и обучает вас Писанию и мудрости ..» (аль-Бакара: 151)

222Здесь — всеохватность, которой не было подобной прежде: в чтении аятов — а это Писание; и в разъяснении изначальной основы его — а это мудрость. Мудрость же — это способность, рождающаяся из учения этой Книге; способность, благодаря которой вещи ставятся на свои истинные места и взвешиваются своими истинными весами, а конечные цели повелений и наставлений постигаются.. Так созрел этот спелый плод для тех, кого растил Посланник Аллаха ﷺ и очищал аятами Аллаха.

223И это стало истиной в реальности мусульманской общины: Ислам принял её из арабской среды, знавшей лишь немногое, разрозненное, годное для жизни племени в пустыне или в тех маленьких изолированных городках в её недрах. И сделал из неё общину, ведущую человечество руководством мудрым и зрелым, сведущим, зрячим, знающим.. И этот Коран — вместе с наставлениями Посланника, тоже почерпнутыми из Корана, — был материалом руководства и учения. А мечеть Посланника Аллаха ﷺ, в которой читался Коран и давались почерпнутые из него наставления, была великим университетом, выпускавшим поколение, которое вело человечество тем мудрым, зрелым руководством; руководством, равного которому человечество не знало ни прежде, ни после — за всю долгую свою историю!

224И этот путь, породивший то поколение и то руководство, готов порождать поколения и вождей на протяжении всего времени — если мусульманская община вернётся к этому источнику; если уверует так, как учит веровать этот Коран; если примет для жизни метод, а не слова, услаждающие язык и тешащие слух!

225(1) О свойствах этого зрелого руководства см. книгу Абу-ль-Хасана ан-Надави «Что потерял мир вследствие упадка мусульман», с. 82.

226Но это — щедрость Излюбленного, Щедрейшего! Аллах, да возвеличится величие Его, сделал Свое поминание рабов наградой за то, что они поминают Его в их маленьком мире. Когда раб поминает Господа своего, Аллах поминает его в этом необъятном мироздании.. А Он — Аллах.. Всевышний, Великий.. Какое благодеяние! Какой почёт! Какое изобилие щедрости и доброты!

«.. Поминайте же Меня — Я буду поминать вас ..» (аль-Бакара: 152)

227Это — милость, которую изливает один лишь Аллах, у Которого нет сторожа для сокровищниц Своих и счетовода для даров Своих. Милость, переливающаяся через край Его Сущности, Всевышней, без причины и без повода — просто таков Он, Пречистый, — щедро одаряющий.

228В достоверном хадисе сказано, что Аллах Всевышний говорит: «Кто помянет Меня при себе, того Я помяну при Себе; кто помянет Меня в собрании, того Я помяну в собрании лучшем».

229И в другом достоверном хадисе Посланник Аллаха ﷺ передал, что Аллах, Велик Он и славен, сказал: «О сын Адама! Если ты помянул Меня про себя — Я помяну о тебе про Себя; если помянул Меня в собрании — Я помяну о тебе в собрании ангелов», — или сказал: «в собрании лучшем». «Ты приблизишься ко Мне на пядь — Я приближусь к тебе на локоть; приблизишься на локоть — Я приближусь на сажень; придёшь ко Мне пешком — Я поспешу к тебе бегом».

230Это — та милость, которую не опишет никакое слово, и истинную благодарность за неё может выразить лишь поклон сердца.

231Поминание Аллаха — не произнесённое языком слово; нет, это отклик сердца — со словами или без них, ощущение Аллаха и Его присутствия, преображение под властью этого ощущения.. вплоть до сладости встречи с Ним.

«.. Благодарите же Меня и не будьте неблагодарны ..» (аль-Бакара: 152)

232Благодарность Аллаху имеет ступени: начало её — признать Его милость и стыдиться ослушаться Его; конец же её — отрешиться ради благодарности Ему и сделать искреннее устремление к этой благодарности каждым движением тела, каждым словом языка, каждым ударом сердца, каждой мыслью души.

233А запрет неблагодарности здесь указывает на тот предел, до которого доходит недостаточность в поминании и благодарности, и предостерегает от той далёкой точки, где совершается отворот от поклонения Аллаху, от отличия принадлежностью к Нему и от избранности этой принадлежности.

234Ясно это и как поле предостережения от козней врага и его тайных происков; ведь прежде уже говорилось, что конечная цель всех усилий — отвратить верующих в неверие и отнять у них эту милость, которой облагодетельствовал их Аллах.. милость веры — величайшее из благ, которыми Аллах одаряет отдельного человека или сообщество людей. Благодаря ей они обрели роль в истории, и имя их соединилось с вестью, которую они несут человечеству. Без неё они были бы заблудшими; без неё остались бы заблудшими; без неё навсегда — заблудшие. Да и какая роль возможна для них на земле, если у людей нет идеи, которая ведёт жизнь и развивает её? А идея Ислама — целостная программа жизни, а не слово, брошенное языком, без запаса практического дела, подтверждающего это великое доброе слово.

235Помнить эту истину — обязанность мусульманской общины, чтобы Аллах поминал её и она не забывала. Кто забыл Аллаха — тот погряз и потерян: нет ему памяти на земле, нет памяти ему в сонме высшем. Кто помянул Аллаха — того помянул Он, возвысив его бытие и его память в этом великом мироздании. И мусульмане помянули Аллаха — и Он помянул их, и возвысил их память, и дал им власть вести; иначе были бы они потерянными — презренными, ничтожными, униженными.. Средство же всё ещё в силе, и Аллах зовёт их в Своём благородном Коране: «.. Поминайте же Меня — Я буду поминать вас, благодарите Меня и не будьте неблагодарны ..» (аль-Бакара: 152)

«.. О те, которые уверовали! Ищите помощи в терпении и молитве: ведь Аллах — с терпеливыми ..» (аль-Бакара: 153)

«.. Не говорите о тех, кто погиб на пути Аллаха: „мертвы“. Нет, живы они, но вы не ощущаете этого ..» (аль-Бакара: 154)

«.. Мы непременно испытаем вас малым страхом, голодом и убытками в имуществе, жизнях и плодах. Обрадуй же терпеливых ..» (аль-Бакара: 155)

«.. которые, когда их коснётся беда, говорят: „Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся“ ..» (аль-Бакара: 156)

«.. Они удостоены благословений своего Господа и Его милости. Они идут прямым путём ..» (аль-Бакара: 157)

236После установления киблы и обособления мусульманской общины её особым характером — характером, отвечающим истине её особого мировоззрения, — первым наставлением этой общине с её особым характером и особым бытием, этой средней общине, свидетельствующей о людях, стало искание помощи в терпении и молитве для несения тягот этой великой миссии, готовность принести жертвы, которых требует эта миссия: гибель мучеников, убывание имущества, душ и плодов, страх и голод, претерпевание ужасов джихада ради утверждения метода Аллаха в душах и утверждения его на земле среди людей. Связывание сердец этой общины с Аллахом, отрешение её ради Него и обращение всех дел к Нему.. — всё это в обмен на довольство Аллаха, милость Его и водительство Его; а это само по себе — великое воздаяние сердцу верующего, который осознаёт цену такого воздаяния.

«.. О те, которые уверовали! Ищите помощи в терпении и молитве: ведь Аллах — с терпеливыми ..» (аль-Бакара: 153)

237Поминание терпения повторяется в Коране многократно; потому что Аллах, пречист Он, знает, как огромно усилие, которого требует прямота в религии среди столкновений и препятствий, — усилие, требующее, чтобы душа оставалась с напряжёнными нервами, мобилизованными силами, настороже у всех входов и выходов. И необходимо терпение во всём этом.. необходимо терпение в покорности предписанному и терпение, удерживающее от греховного; терпение в борьбе с тяготами ради Аллаха; терпение под кознями врага во всех его видах; терпение при медлительности победы; терпение вдали от…

238…на разрастание лжи; терпение при малочисленности помощников; терпение на долгой, усеянной препятствиями дороге; терпение при блужданиях и заблуждении сердец, при грузе упрямства и колкости отвергающих…

239А когда время тянется долго и усилие становится тяжким, терпение может ослабнуть — и даже иссякнуть, если бы рядом не было того, кто его подкрепляет.

240Он примыкает молитву к терпению, ибо она — поддержка, которая не оскудевает, и припас, который не истощается: источник, обновляющий силы, и провизия, питающая сердце, — и тогда канат терпения натягивается и не обрывается. А вслед за терпением идут довольство, приветливость и безмятежность…

241Ибо смертному человеку, слабому и ограниченному пределами своих сил, необходимо соединиться с великой Силой и черпать из неё поддержку, превосходящую его скудные пределы: когда ему противостоят скрытые и явные силы зла; когда гнетёт его усилие держаться прямо на пути — между отвержением страстей и посулами алчущих; когда тяжела ему борьба с тиранией и порчей, а она беспощадна; когда медлит его шаг от долготы пути и жизнь клонится к закату; когда зло ликует и ширится, а добро чахнет, и нет сияния на горизонте, и нет проводника на дороге…

242Вот здесь раскрывается ценность молитвы… Она — живое соединение смертного человека с Вечной Силой. Она — избранная пора встречи одинокой капли с источником, который никогда не иссякает. Она — ключ от сокровищницы, которая обогащает, ограждает и переполняется сама, чтобы дать. Она — вылет за границы малой земной действительности в простор великой вселенской действительности. Она — дыхание души, нежность и прохладная сень на этом пути; она — ласковое прикосновение к усталому, удручённому сердцу… Потому и говорил Посланник Аллаха ﷺ, когда его одолевала тяжесть: «Дай нам отдохнуть ею, о Билял»… — и умножал молитву всякий раз, когда его тревожило какое-либо дело, чтобы умножить встречи с Аллахом.

243Воистину, этот исламский путь — путь поклонения. А поклонение хранит здесь собственные тайны. И среди них то, что оно — припас для дороги и опора духа; то, что оно — просветление сердца; то, что, каким бы ни было веление, поклонение остаётся ключом к сердцу, которым это веление вкушается — со сладостью, радостью и лёгкостью… Когда Аллах, чист Он и превознесён, избрал Мухаммада ﷺ для великой, трудной и тяжёлой миссии, Он сказал ему:

«О завернувшийся! Молись ночью почти всю ночь — половину её или убавь немного, — или же прибавь, и читай Коран размеренным чтением. Воистину, Мы возложим на тебя тяжёлое слово» (аль-Музаммиль: 1–5).

244И стало подготовкой к тяжёлому слову, трудному велению и великой миссии ночное стояние в молитве и размеренное чтение Корана… А поклонение — это то, что раскрывает сердце, укрепляет связь, облегчает дело, сияет светом и изливается даром.

245Потому и направляет Аллах мусульман здесь — стоящих у порога великих испытаний — к терпению и молитве.

246А затем следует завершающее слово после этого наставления: «Поистине, Аллах — с терпеливыми!» (аль-Бакара: 153).

247С ними: Он приходит им на помощь, утверждает их, укрепляет их, дарует им близость и утешение; не предаёт их одних посреди тех, кто перерезает дорогу, и не оставляет их в стеснении, когда тянется время пути… И Он возглашает в начале аята этим возлюбленным призывом: «О те, которые уверовали!» — и завершает призыв тем дивным ободрением: «Поистине, Аллах — с терпеливыми!» (аль-Бакара: 153).

248Хадисов о терпении множество; приведём некоторые из них — они созвучны кораническому контексту, где община готовится понести свою ношу и исполнить своё предназначение:

249От Хаббаба ибн аль-Арата (да будет доволен им Аллах) передаётся: «Мы пожаловались Посланнику Аллаха ﷺ — он лежал, подложив под голову плащ, в тени Каабы. Мы сказали: “Неужели ты не попросишь для нас помощи? Неужели не станешь молиться за нас?” Он ответил: “Среди живших до вас бывали такие: человека хватали, рыли для него в земле яму, опускали его туда, потом приносили пилу, возлагали на его голову и распиливали его надвое, расчёсывали его железным гребнем так, что тот проходил мясо и кости, — но ничто это не отвращало его от его религии. Клянусь Аллахом, Аллах непременно довершит это дело, так что всадник проедет от Саны до Хадрамаута и не будет бояться никого, кроме Аллаха, — да волка — ради своего скота”».

250И от ибн Масуда (да будет доволен им Аллах) передаётся: «Как будто я сейчас вижу Посланника Аллаха ﷺ, повествующего о пророке, которого его народ бил, пока кровь не пропитала его, а тот говорил: “Господи, прости мой народ, ведь они не знают!”»

251Передаётся также, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Мусульманин, который бывает среди людей и терпит их обиды, лучше того, кто не бывает среди людей и не терпит их обид».

252И вот теперь, когда верующая община обращена лицом к нелёгкому джихаду — ради утверждения пути Аллаха на земле, ради исполнения уготованной ей в предопределении Аллаха доли, ради того, чтобы принять знамя и нести его по трудной долгой дороге, — Коран приступает к её духовному вооружению, давая ей здравую мерку, с которой она способна верно оценить эту долгую битву:

«Не говорите о тех, кто убит на пути Аллаха: “Мёртвые”. Нет, они живы, но вы не ощущаете этого» (аль-Бакара: 154).

253Есть там убитые — мученики битвы истины. Мученики, сколь бы дорогими и любимыми ни были они, расставаясь с жизнью… Ведь те, кто выходит на путь Аллаха, кто отдает свою жизнь в битве истины, — обычно это благороднейшие сердцем, драгоценнейшие жизни, чистейшие души. А эти, кто убит на пути Аллаха, — не мёртвые. Они живы. Недопустимо говорить о них: «мёртвые». Недопустимо считать их мёртвыми в ощущении и чувстве и недопустимо называть мёртвыми устами и языком. Они живы свидетельством Аллаха, чист Он и превознесён, — стало быть, они непременно живы.

254Они убиты лишь по внешности события — разрубом, который видит глаз. Но истинность смерти и истинность жизни не устанавливает этот поверхностный, наружный взгляд… Первейший признак жизни — действие, рост и распространение; первейший признак смерти — пассивность, затухание и прерывание. А у этих, убитых на пути Аллаха, их действенность в поддержке той истины, за которую они пролили кровь, — действенность плодоносная: истина, ради которой они убиты, поит себя их кровью и простирается шире, а оставшиеся позади них под воздействием их мученичества утверждаются и идут вперёд. Так они остаются живым, деятельным, напирающим, влиятельным элементом в формировании жизни и направлении её хода — а это и есть первейший признак жизни. Стало быть, они живы — в этом реальном смысле — посреди мира людей.

255Более того — они живы у своего Господа: либо в том значении, что названо, либо в другом, сокровенной сути которого мы не знаем, — ведь об этом поведал нам Аллах Всевышний: «живы, но вы не ощущаете этого»… Ибо сокровенная суть этой жизни — выше нашего человеческого восприятия, стеснённого пределами. Но они — живы. И потому их не омывают, как омывают умершего, и не заворачивают в саван одежды, в которых они приняли мученичество: ведь омовение — очищение…

256Живые — и потому гибель их не становится мукой для родных, любимых и друзей. Живые — они продолжают соучаствовать в жизни родных, любимых и друзей. Живые — и потому разлука с ними не тяжела сердцам тех, кто остался позади, не подавляет их и не делает непосильно великой цену этого выкупа.

257(1) Приводят аль-Бухари, Абу Дауд и ан-Насаи. (2) Приводят аль-Бухари и Муслим. (3) Приводит ат-Тирмизи.

258И они — помимо того, что живы, — почтены у Аллаха и вознаграждены наградой благороднейшей и щедрейшей:

259«…“Что нам просить, когда Господь наш уже даровал нам то, чего не даровал никому из творений!”… Когда же они узнали, что не будут выпущены [оттуда], они воскликнули: “Мы хотим, чтобы нас вернули в мирскую обитель, чтобы мы сражались на Твоём пути, пока не будем убиты ради Тебя снова”, — видя воздаяние за мученичество. Тогда Господь, Велик Он и Славен, скажет: “Я предначертал, что им туда не вернуться”».

260И передаёт Анас (да будет доволен им Аллах): Посланник Ал…

261…Посланник Аллаха ﷺ: «Не пожелает вернуться в мир этот никто из вошедших в Рай, даже владей он всем, что на земле, — кроме мученика: он мечтает вернуться в дунья, чтобы быть убитым ещё десять раз» — из-за величия того почёта, что дарует ему Господь. (Передали Малик и оба шейха.)

262Затем разъясняется, что джихад — на пути одного лишь Аллаха: без соучастия ни в знамени, ни в цели, ни в конечном устремлении — только Аллах. На пути этой истины, которую Он ниспослал; на пути этого пути, который Он проложил; на пути этой религии, которую Он избрал. Не под каким-либо иным знаменем и без соучастия какой-либо другой цели или клича. И Коран закрепляет это твёрдо, и хадис закрепляет это твёрдо — так, что в душе не остаётся ни крупицы сомнения, ни мимолётного порыва, обращённого к кому-то помимо Аллаха..

263Передают со слов Абу Мусы аль-Ашари, да будет доволен им Аллах: Посланника Аллаха ﷺ спросили о человеке, который сражается с доблестью, сражается из воинственного пыла, сражается напоказ: что из этого — на пути Аллаха? Он ответил: «На пути Аллаха сражается тот, кто сражается, чтобы слово Аллаха стало превыше всего». (Передали Малик и оба шейха.)

264И от него же, Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, передаётся: некий человек сказал: «О Посланник Аллаха! Человек желает джихада на пути Аллаха, но ищет при этом мирской выгоды?» Он ответил: «Не будет ему вознаграждения». Он трижды повторил свой вопрос — и каждый раз слышал: «Не будет ему вознаграждения». (Передал Абу Дауд.)

265И от него же, да будет доволен им Аллах: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто выступает в поход на пути Аллаха ради мирского, а не ради джихада на пути Аллаха и не ради того, чтобы выложиться до конца, — тому даю я поручительство: либо введу его в Рай, либо возвращу его в то жилище, из которого он вышел, — и получит он лишь ту награду или добычу, какую успел стяжать».. И далее: «…я посадил бы их верхом, но нет у них средств следовать за мной, и тяжело им оставаться позади меня. Клянусь Тем, в Чьей длани душа Мухаммада, — хотел бы я выступить в поход на пути Аллаха и пасть, потом вновь выступить и пасть, и вновь выступить и пасть». (Передали Малик и оба шейха.)

266Вот они — мученики. Вот те, в ком сбылось обещание и кто подтвердил истинность Его Посланника..

267И не нравилось Посланнику Аллаха ﷺ, чтобы юноша-перс похвалялся на поприще джихада своим персидским происхождением и гордился родом своим. Передают от Абд ар-Рахмана ибн Абу Укбы, от его отца (тот был вольноотпущенником из персов): «Я участвовал вместе с Пророком ﷺ в походе на Хайбар. Поразив ударами человека из многобожников, я вскричал: "Получай! Я — юноша персидский!" И сказал Пророк ﷺ: "Почему же не сказать: я — юноша ансарский? Ведь сын дочери народа — из этого народа, и мауля народа — из этого народа"». (Передал Абу Дауд.)

268Стало быть, не нравилось ему ﷺ, чтобы хвалились достоинством иным, нежели достоинство победы Пророка ﷺ, чтобы сражались под знаменем иным, нежели знамя победы этой религии.. Вот что такое джихад. В нём одном — и мученичество, и жизнь мучеников..

269Далее контекст возвращается к мобилизации исламского строя перед лицом событий и к выпрямлению видения реальности этих событий:

«Мы непременно подвергнем вас испытанию чем-то из страха и голода, потерями имущества, жизней и плодов. Обрадуй же терпеливых, которые, когда их постигает беда, говорят: "Поистине, мы принадлежим Аллаху, и к Нему мы возвращаемся!"» (аль-Бакара: 155–156)..

270Нужно воспитание душ через испытание, нужна проверка решимости встать в битву за истину — угрозами и невзгодами, голодом, утратой имущества, жизней и плодов.. Нужно это испытание, чтобы верующие понесли тяготы вероучения, чтобы ценилось оно их душами ровно настолько, насколько понесены ради него тяготы. Дешёвое вероучение, приверженцы которого не несут его тягот, дорого не стоит ни в их собственных глазах, ни в глазах других. Чем больше страданий переносится ради него, чем больше отдано ради него — тем выше оно поднимается в душах и тем дороже становится для остальных. Так и другие не познают его цены, пока не увидят его приверженцев.. И тогда хулители вероучения обращаются к нему, ищут его, ценят его по достоинству, рвутся к нему.. И тогда приходят помощь Аллаха и победа, и люди входят в религию Аллаха толпами..

271Нужно испытание и для того, чтобы закалилась стойкость приверженцев вероучения, чтобы окрепли они. Невзгоды поднимают со дна скрытые силы и запасённую энергию, раскрывают в сердце русла и протоки, которых сам верующий не знал в себе, пока не обрушились удары судьбы. Ценности, мерила и представления становятся верными, точными, прочными только в атмосфере испытания — той, что снимает пелену с очей и ржавчину с сердец.

272А главное во всём этом — или краеугольное основание всего этого: прибежище у одного Аллаха, когда сотрясаются все опоры и рассыпаются, развеиваясь, призраки. Если сердце обратится к одному Аллаху, оно познает, что нет ничего, кроме Него, что нет силы иначе как силою Его, — и тогда рушатся ложные кумиры, открывается внутреннее зрение, распутываются узлы.. Нет ничего, кроме Него; нет силы, кроме как от Него; нет воли, кроме Его воли; нет прибежища, кроме как у Него.. И тогда душа встречается с единой Истиной, на которой строится правильное видение.