аль-Филь#

1Предания расходятся здесь в определении рода этих птичьих стай, их облика и размеров, а также размеров этих камней, их рода и способа их действия. Некоторые из преданий также передают, что оспа и корь появились в этом году в Мекке.

2И те, кто склонен сужать область чудес и сокровенного, кто предпочитает видеть привычные вселенские законы совершающими своё дело, считают, что толкование события вспышкой эпидемии оспы и кори — ближе и вернее. А птицы, мол, могли быть мухами и комарами…

3Сказал имам-устаз Мухаммад Абду в своём толковании этой суры в тридцатом джузе:

4«На второй день распространилась в войске болезнь — оспа и корь.. Сказал Икрима: это первая оспа, явившаяся в землях арабов. И сказал Йа‘куб ибн Утба о случившемся: впервые были увидены корь и оспа в землях арабов в тот год. И содеяла эта язва с их телами то, что редко случается подобное ей: плоть их опадала и осыпалась, и ужаснулся Абраха и закричал, и обратились они в бегство, и поразила язва Абраху, и не переставала плоть его опадать кусок за куском, пока не раскололась его грудь и не умер он в Сан‘а.

5Это то, о чём сходятся предания и во что допустимо веровать. И разъяснила нам эта благородная сура, что эта оспа или та корь произошли от камней сухих, обожжённых, павших на людей войска через великие полчища птиц, которых послал Аллах. И допустимо тебе полагать, что эти птицы — из рода комаров или мух, переносящих зародыши некоторых болезней, и что эти камни — из отравленной сухой глины, и когда они соприкасаются с телом, то проникают в его поры и вызывают в нём те язвы… И что слабые птицы — из величайшего воинства Аллаха в истреблении тех из людей, кого Он хочет истребить, и что это маленькое существо — ныне его называют „микробом“ — не выходит из их числа. И это полчища и стаи, которых не исчислит никто, кроме их Творца.. И не обусловлено проявление могущества Аллаха Всевышнего в сокрушении тиранов тем, чтобы птицы были величиной с горные вершины, или чтобы были они из рода птицы Анка, или чтобы были у них особые краски, или чтобы были известны меры камней и способ их действия. Ибо у Аллаха — воинства из всего сущего.

6И во всём сущем — знамение Его, указывающее, что Он — Единственный.

7И нет во вселенной силы, которая не была бы покорна Его силе. И этого тирана, который вознамерился разрушить Дом, — Аллах наслал на него птиц, которые доставили ему вещество оспы или кори, и погубили его и его народ прежде, чем вошёл он в Мекку. И это — милость, которой Аллах почтил обитателей Своего храма, храня его, пока не пошлёт из него того, кто укрепит Его религию, — да благословит его Аллах и да приветствует. И хотя это была милость Аллаха, постигшая врагов Его — людей слона, вознамерившихся посягнуть на Дом без вины содеянной и без греха содеянного… А всё прочее — то, что не приемлется иначе как через толкование, если достоверна его передача… — малое существо, не показывающееся взору и не постигаемое зрением, куда повёл его предопределение: нет сомнения у разумного, что это — большее и дивнейшее из знамений!».

8[стр. 397]

9Тридцатый джуз

10Мы же не считаем, что эта картина, предположенная имамом-устазом, — оспа или корь от заражённой глины, — или та, что принесли некоторые предания: будто сами камни пробивали головы и тела, пронзали их насквозь и раздирали тела, оставляя их словно крошку сухого листа, то есть „сухой стебель“.. — мы не считаем, что эта картина или та больше указывает на могущество Аллаха и Его промысел. И для нас равно: привычная для людей закономерность, известная и открытая их знанию, — та, что сработала и погубила людей, которых Аллах вознамерился погубить, или же мощь Аллаша совершила своё дело вне привычного для людей и вне известного их знанию — и так осуществилось то предопределение.

11Ибо закономерность Аллаха — не только то, что люди изведали и познали. Люди знают из закономерности Аллаха лишь малую долю, которую Аллах открывает им в меру того, что они способны вынести, в меру того, к чему готовы их опыт и их постижение в долгие времена. И эти чудеса, как их называют, — из закономерности Аллаха, но они чудеса лишь по сравнению с тем, что люди изведали и познали!

12И потому мы не останавливаемся перед чудом в колебании и не толкуем его, когда достоверна передача или когда в текстах и обстоятельствах события есть то, что указывает: оно совершилось как чудо, а не по привычному людям и изведанному. И в то же время мы не считаем, что течение дела по привычной закономерности — менее значительно и менее показательно, чем течение его по закономерности, чудной для привычного. Ибо привычная закономерность в своей сути — чудо по сравнению с возможностями людей.. Восход солнца и его закат — чудо, хоть и привычно оно каждый день. И рождение каждого ребёнка — чудо, хоть и случается оно каждое мгновение, — а иначе пусть попытается кто пожелает! И то, что некая птица — какая бы то ни было — несёт измельчённые камни, заражённые зародышами оспы и кори, и обрушивает их на эту землю в этот час, и производит эту язву в войске в тот миг, в который оно готовилось штурмовать Дом.. — течение предопределения Аллаха таким образом есть чудо, более того — несколько чудес, с полнотой указывающих на Могущество и на Точное Предопределение. И это не менее показательно и не менее величественно, чем если бы Аллах послал особенных птиц, несущих особенные камни, производящие особенное действие над телами в назначенный миг.. Это — из тех, и это чудо, и то чудо — наравне.

13Что же касается этого события в частности, то мы склонны считать, что дело шло по пути чуда, не изведанного, и что Аллах послал птиц стадами, каких не изведали, — хотя нет нужды принимать предания, описывающие размеры птиц и их облик волнующим описанием, к которому мы находим подобное в других местах, указывающее, что к ним добавлен элемент преувеличения, — несущих камни, каких не изведали, производящие над телами действие, какого не изведали.

14Мы склонны к этому мнению не потому, что оно величественнее по указанию и больше по истине, но потому, что атмосфера суры и обстоятельства события делают это мнение ближайшим.. Ибо Аллах Преславный хотел сохранить Дом — Он хотел сохранить его, чтобы он был пристанищем для людей и безопасностью, и чтобы он был точкой сбора новой веры, уходящей из него свободной, вольной, на земле свободной и вольной, где никто не господствует над ней извне и не правит ею власть сокрушающая, осаждающая призыв в его колыбели. И Он хотел сделать это событие назиданием явным, открытым для всех взоров во всех поколениях — так что Он напомнил им о нём курейшитам после посланничества в этой суре — и привести его как пример попечения Аллаха о Своих святынях и ревности о них.. С этой атмосферой всех этих обстоятельств более всего согласуется то, чтобы событие пришло не привычным и не изведанным — во всех своих составных частях и во всех своих элементах. И нет нужды пытаться отдавать предпочтение картине привычного в событии, которое само по себе и по своим обстоятельствам — единственное в своём роде.

15Тем более что привычное — оспа или корь — не согласуется с тем, что передано о следах события на телах войска и его предводителя: ведь оспа или корь не опадает с тела член за членом, кусок за куском, и не раскалывает грудь над сердцем.. А эта картина — та, на которую указывает коранический текст: «и сделал их подобными изъеденным листьям» (аль-Филь: 5) — указанием прямым и близким.

16И предание Икримы и то, что рассказал Йа‘куб ибн Утба, — не является текстом о том, что войско было поражено оспой. Оно не говорит ничего сверх того, что оспа явилась на полуострове в этот год впервые. И нет в их словах никакого указания на Абраху и его войско в частности — что они были поражены этой болезнью.. К тому же поражение войска таким образом и не поражение близких к нему в то время арабов — представляется чудом, если птицы устремлялись на одно лишь войско с тем, что несли. А раз дело — чудо, к чему старание вмещать его в определённую картину лишь потому, что эта картина привычна для человеческих постижений?! И течение дела вне привычного — более подобает всему этому событию?!

17Мы понимаем и ценим побуждения рационалистической школы, во главе которой стоял в ту пору имам-устаз — да смилуется над ним Аллах.. Понимаем и ценим её побуждения к сужению области чудес и сокровенного в толковании Благородного Корана и событий истории, к попытке возводить их к привычным открытиям вселенских законов. Ибо эта школа стояла перед суеверной волной, распространённой и владевшей общим сознанием в тот период, как стояла она и перед потоком мифов и небылиц, которыми были наполнены книги толкований и преданий — в то самое время, когда очарованность современной наукой достигла своей вершины, а волна сомнения в положениях религии — своего пика. И встала эта школа, пытаясь вернуть религии её достоинство на том основании, что всё, с чем она пришла, согласно с разумом. И потому она усердствовала в очищении её от суеверий и мифов, как пыталась она воспитать религиозное сознание, разумеющее вселенские законы, постигающее их постоянство и непрерывность и возводящее к ним человеческие движения, как возводит оно к ним движения вселенские в светилах и телах, — а это в своей сути — кораническое сознание. Ибо Коран возвращает людей к вселенским законам Аллаха как к устойчивому, непрерывному, упорядоченному правилу для разрозненных движений и рассеянных явлений.

18Но противостояние давлению суеверия с одной стороны и давлению очарованности наукой с другой оставило следы в этой школе: излишество в осторожности и склонность делать привычное во вселенских законах всеобщим правилом закономерности Аллаха. И распространилось в толковании устаза шейха Мухаммада Абду — как распространилось в толкованиях его учеников, устаза шейха Рашида Риды и устаза шейха Абд аль-Кадира аль-Магриби, — да смилуется над ними всеми Аллах, — распространилось в этом толковании явное стремление возвращать многое из чудес к привычному в закономерности Аллаха, а не к чудному в ней, и толковать часть их так, чтобы это соответствовало тому, что они называют „разумом“! — при великой осторожности и осмотрительности в принятии передач.

19И при нашем понимании и признании тех обстоятельств среды, что толкали к такому направлению, мы отмечаем в нём элемент преувеличения и пренебрежение другой стороной полного коранического воззрения: безграничностью воли Аллаха и Его мощи за законами, которые Он избрал, — привычными для людей или непривычными. Эта безграничность не делает человеческий разум последним судьёй и не делает постижимое для этого разума мерилом всякого дела, так чтобы непременно толковать то, что с ним не согласно, — как повторяется это слово в толкованиях знаменосцев этой школы.

20Это — помимо того, что привычное в закономерности Аллаха не есть вся закономерность Аллаха: это лишь малая доля, не объясняющая всего, что совершается из этих законов во вселенной. И что это — как и то — довод величия Могущества и точности Предопределения..

21И всё это — при осторожности от суеверия и потока мифов, в полной умеренности, не находясь под влиянием внушений особой среды и не противостоя расхожей умственной моде той или иной эпохи!!!

22[стр. 3978]

23Тридцатый джуз

24Есть здесь надёжное правило в отношении к кораническим текстам, и, пожалуй, это место — чтобы установить его.. Нам не дозволено встречать коранические тексты с готовыми разумными положениями — ни общими положениями, ни положениями в предмете, который эти тексты рассматривают. Нет, следует встречать эти тексты, чтобы принимать от них наши положения. Ибо от них принимаем мы наши вероубеждения, и из них строим мы правила нашей логики и все наши воззрения. И если оно установило нам какое-либо дело, то оно — установлено так, как оно его установило! Ибо то, что мы называем „разумом“ и чему хотим мы подчинять положения Корана, —

25…из космических, исторических, человеческих и сокровенных событий — это лишь порождение нашего ограниченного человеческого бытия и наших ограниченных человеческих опытов.

26…самих по себе, но в конечном счёте оно ограничено пределами нашего человеческого существования. А это существование не есть Абсолют, каков Он у Аллаха.

27Нельзя сказать, что смысл этого текста противоречит разуму и потому его непременно нужно толковать иносказательно — как это часто повторяется в построениях приверженцев этой школы. Но это не значит и капитуляции перед предрассудком. Это значит лишь то, что разум не является судьёй в установлениях Корана. Когда же смысловые оттенки выражений прямы и ясны, именно они определяют, как воспринимать их нашим умам и как вырабатывать нашим воззрениям и нашей логике правила обращения с их смыслами — и с космическими истинами сокровенного.

28И мы возвращаемся от этого отступления к суре «аль-Филь» и к указанию её истории.

«Разве ты не видел, что сделал твой Господь с владельцами слона?» (аль-Филь: 1) .. Это — вопрос, выражающий изумление перед событием и привлекающий внимание к его великому знамению. Событие это было известно арабам и знаменито среди них — настолько, что они сделали его началом летосчисления. Они говорили: «такое-то событие произошло в Год Слона», «такое-то — за два года до Года Слона», «такое-то — через десять лет после Года Слона» .. И известно, что рождение Посланника Аллаха ﷺ пришлось на самый Год Слона. Смотри, сколь точны эти Божественные совпадения!

29И вот, сура была ниспослана не для того, чтобы сообщить историю, о которой они и так знали, — она была напоминанием о деле, им известном. Но цель её — то, что стоит за этим напоминанием.

30Затем история завершается после этого вступления — опять в форме утвердительного вопроса:

«Разве Он не сделал их козни заблудшими?» (аль-Филь: 2) .. То есть: разве Он не сбил их хитрость, так что она не достигла своей цели и своего предела — подобно сбившемуся с дороги, который не приходит к искомому? .. И, быть может, этим самым Аллах напоминал курейшитам о Своей милости к ним — о защите этого Дома и его охранении в то самое время, когда они сами оказались бессильны противостоять могучим владельцам слона. Быть может, этим напоминанием они устыдятся своего неверия в Аллаха, Чья рука прежде поддержала их в их слабости и бессилии, — и умерят свою самонадеянность, полагаясь на свою силу в противостоянии Мухаммаду ﷺ и той горстке верующих, что с ним. Ведь Аллах сокрушил сильных, когда те дерзнули посягнуть на Его Дом и его святыню, — так, быть может, Он сокрушит сильных, которые встают против Его Посланника и его призыва.

31Что же до того, как Он сделал их кознь заблудшей, — Он разъяснил это в великолепной описательной картине: «Он наслал на них птицы стаями. Они бросали в них каменья из обожжённой глины и превратили их в пережёванную солому» (аль-Филь: 3–5). «Абабиль» — это стаи, группы. «Сиджжиль» — слово персидское, составленное из двух слов, означающих «камень» и «глина», то есть камни, смешанные с глиной. «Асф» — высохшие листья деревьев, а описание их как «пережёванных» (ма'куль) означает: истолчённые, размолотые — когда насекомые поедают их и разрывают, или когда животное съедает их, разжёвывая и перемалывая. Это — чувственный образ телесного раздробления под действием тех камней, которыми забросали их птичьи стаи. И нет нужды толковать это как изображение гибели их от оспы или кори.

32А что до указаний этого события и назиданий, извлекаемых из напоминания о нём, — их много ..

33Первое, что оно внушает: Аллах — Пречист Он — не пожелал вверить защиту Своего Дома многобожникам, даже если они и гордились этим Домом, и охраняли его, и кичились им. Когда же Он пожелал оградить его и хранить его, и явить Свою защиту его и Свою ревность о нём, — Он оставил многобожников скованными перед лицом агрессора. И вмешалась Могущество, явное и открытое, чтобы отвести от Дома Аллаха святого посягательство — так, чтобы у многобожников не оказалось руки над Его Домом и первенства в его защите, при их джахилийской опеке. И, вероятно, это указание сильно подкрепляет то мнение, что дело уничтожения агрессоров шло путём чудесного порядка — а не привычного, обычного хода вещей: это ближе и вероятнее.

34И по требованию этого открытого вмешательства Божественной Могущества для защиты Запретного Дома курейшитам и арабам надлежало поспешить войти в религию Аллаха, когда Посланник ﷺ принёс её им, — и чтобы их гордость Домом, служением ему и той идолопоклоннической оболочкой, что они возвели вокруг него, не стала препятствием к Исламу! Это напоминание о событии в таком духе — часть похода против них, изумление их упорствующей позицией!

35Так же событие это внушает, что Аллах не предопределил людям Писания — Абрахе и его войску — разрушить Запретный Дом или овладеть священной землёй — даже при том, что многобожие оскверняло его и многобожники были его служителями. Чтобы оставался этот Дома вольным от власти властителей, хранимым от козней коварных. И чтобы сохранилась за этой землёй её свобода — дабы взойти на ней новой вере свободной и ничем не связанной: не довлела бы над ней власть, не притеснял бы притеснитель, и не господствовала бы над этой религией, которая пришла господствовать над религиями и над рабами, и вести человечество, а не быть ведомой. И это было из предопределения Аллаха Своему Дому и Своей религии прежде, чем кто-либо ведал, что пророк этой религии родился в том самом году!

36И мы сегодня обнадёживаемся внушением этого указания и обретаем спокойствие: как бы ни длилось господство крестоносного высокомерия и сионистского высокомерия над священными местами, и как бы ни готовила эта дерзкая, коварная алчность своё гнусное, подлое подготовление — они не преуспят, ибо Аллах хранит этот Дом для этой веры от козней коварных и хитростей хитрецов!

37И третье внушение — что у арабов не было роли на земле, более того — не было у них бытия, до Ислама. Йемен был под властью персов или эфиопов, и государства их, когда там иногда возникали, возникали под защитой персов. На севере аш-Шам был под властью римлян — либо напрямую, либо через арабское правительство под римским протекторатом. Не тронутым чужеземным господством оставалось лишь сердце Аравии. Но оно пребывало в состоянии бедуинства, в состоянии раздробленности, не делавшей его реальной силой на арене мировых держав. Могли длиться войны между племенами и сорок лет, но эти племена — и порознь, и вместе — не имели веса в глазах соседних сильных государств. И то, что произошло в Год Слона, было мерилом подлинной этой силы, когда она сталкивалась с чужеземным вторжением.

38А под знаменем Ислама — впервые в истории арабов — у них появилась высокая роль, которую они исполняли. И они стали международной силой, с которой считаются: сокрушительной силой, сметающей царства и разбивающей троны, принявшей leadership человечества — после того как устранила ложные, сбившиеся, негодные лидерства. Но то, что случилось с арабами впервые в их истории, — это то, что они забыли о своей арабскости! Забыли о племенной гордости и расовом фанатизме — и вспомнили, что они мусульмане, и только мусульмане. И подняли знамя Ислама — и только знамя Ислама. И понесли огромную, могучую веру, неся её человечеству как милость и добро к людям; они не несли ни национализма, ни расизма, ни племенного фанатизма. Они несли небесную идею, которой они учили людей, — а не земное учение, которому подчиняют людей своей власти. И вышли они из своей земли, ведя джихад на пути одного лишь Аллаха, — а не для того, чтобы основать арабскую империю, в тени которой они наслаждались бы и нежились, величались бы и кичились под её защитой, и выводили бы людей из-под власти римлян и персов под власть арабов и их собственную власть! Нет — они восстали, чтобы вывести людей из поклонения рабам ко всему, к поклонению одному Аллаху. Как сказал Раби' ибн Амир, посланник мусульман, на собрании Йездигерда: «Аллах послал нас, чтобы вывести людей из поклонения рабам к поклонению одному Аллаху, из тесноты этого мира — в простор мира будущего и из несправедливости религий — к справедливости Ислама!»

39Только тогда у арабов появилось бытие, и появилась у них сила, и появилось у них лидерство .. Но всё это было — для Аллаха и на пути Аллаха. И сила их оставалась с ними, и лидерство их оставалось, пока они держались прямого пути. А когда они уклонились от него и вспомнили свою расовость и свой фанатизм, и оставили знамя Аллаха, чтобы поднять знамя фанатизма, — земля отвергла их, и эпоха растоптала их: ибо Аллах оставил их, когда они оставили Его, и забыл их, как они забыли Его!

40И что такое арабы без Ислама? Какая идея преподнесли они человечеству — или какое место заняли бы они, если оставить эту идею? И что стоит община, не дающая человечеству идеи? Всякая община, что вела человечество в ту или иную эпоху истории, воплощала идею. А общины, не воплощавшие идеи — как татары, хлынувшие на Восток, как варвары, хлынувшие на Римскую империю на Западе, — не смогли жить долго: они растворились в тех народах, которые завоевали. Единственная идея, которую арабы преподнесли человечеству, была исламская вероучительная идея — именно она вознесла их на место лидерства; и если они оставят её, у них больше не будет функции на земле и не будет роли в истории .. И это арабам следует помнить крепко, если они хотят жизни, и хотят силы, и хотят лидерства .. И Аллах ведёт от заблуждения.

41(1) «аль-Бидая ва ан-Нихая» Ибн Касира

42[стр. 3979]