аль-Анфаль (часть 5)#

>

1Прирост веры, доходящий до твёрдого спокойствия.. И как ритмы Корана, падающие на сердце верующего, умножают его веру, так и само это верующее сердце — то, что улавливает ритмы, чтобы вера росла.. Потому в Коране вновь и вновь подтверждается эта истина — в таких, например, словах Всевышнего: «Поистине, в этом — знамения для верующих».. «Поистине, в этом — знамения для людей, которые уверовали».. Из того же ряда — слова одного из сподвижников (да будет доволен ими Аллах): «Нам давалась вера прежде, чем нам дан был Коран».

2С такой верой жили они — и Коран нёс им своё особое вкушение, помогала которому та атмосфера, что они вдыхали; они жили Кораном делом и реальностью, а не одним лишь смакованием и постижением!.. В преданиях о ниспослании аята приводятся слова Са'да ибн Малика: он просил Посланника Аллаха ﷺ отдать ему меч — ещё до того, как ниспослан был Коран, возвращавший право на анфаль Посланнику Аллаха ﷺ, чтобы тот распоряжался им, как пожелает. Пророк сказал ему: «Этот меч — не твой и не мой: положи его». Когда же Са'да окликнули позади него — после того, как он положил меч и отошёл, — он подумал, что Аллах, свят Он, ниспослал о нём что-то, и спросил: «Неужели Аллах ниспослал о нём что-то?» Посланник Аллаха ﷺ ответил: «Ты спрашивал у меня этот меч, а он не был моим; теперь он дарован мне — и он твой». Так они жили со своим Господом и с этим Кораном, ниспосылавшимся им, — а это нечто грандиозное, удивительная пора в истории человечества. Оттого и вкушали они Коран таким вкусом; к тому же их действие в реальной жизни под прямым водительством коранических установлений делало взаимодействие с этим вкусом двойным.. И если первое никогда не повторится в судьбе человечества, то второе повторяется всякий раз, когда на земле встаёт община верующих, пытающаяся деятельностью утвердить эту религию в реальной жизни людей — как утверждала её первая мусульманская община.. И эта община верующих, движимая Кораном ради воссоздания религии в реальной жизни людей, и есть та, что вкушает этот вкус по праву: она ведь изначально верующая. Религия для неё — движение ради утверждения этой религии, которая должна вновь простереться по всей земле; а вера для неё — не мечтание и не самообман сердца, но правда сердца и искренность дела!

3(1) Здесь затрагивается вопрос «вера растёт и убывает» — один из вопросов сект и калама, всплывший в эпоху интеллектуального комфорта, свободного от серьёзных практических забот.. Мы не будем входить в него сейчас!!!

«И на Господе своём они уповают» (аль-Анфаль: 2).

4На Него Одного — таково значение самой конструкции фразы: они не приобщают Ему никого, у кого искали бы помощи и на кого уповали.. Или, как разъяснил имам Ибн Касир в своём тафсире: «То есть ни на кого, кроме Него, не надеются и ни к кому, кроме Него, не обращаются; не прибегают под защиту ничью, кроме Его защиты; не просят о нуждах ни у кого, кроме Него; не стремятся ни к чему, кроме Него; и знают, что то, чего Он пожелал, — свершилось, а чего не пожелал — не свершилось никогда»; знают также, что властью Своей руки Он вершит владычество, нет у Него сотоварища и нет отменяющего Его решения, и скор Он в расчёте. Об этом сказал Са'ид ибн Джубайр: «Упование на Аллаха — совокупность всей веры».

5Это и есть чистота убеждения в единственности Аллаха и чистота поклонения Ему одному, без соучастников: невозможно, чтобы соединились в одном сердце таухид Аллаха и упование на кого-то наряду с Ним, свят Он. Кто обнаруживает в своём сердце опору на другого или на средство, тому надлежит прежде всего поискать в своём сердце веру в Аллаха!

6Но упование на одного Аллаха не запрещает пользоваться средствами. Верующий прибегает к средствам в порядке веры в Аллаха и послушания Ему — ведь Он Сам повелел пользоваться ими, — однако не признаёт за средствами способности творить результат и полагаться на них не станет. Ибо Тот, кто творит результат, — как творит и сами средства, — есть предопределение Аллаха. В сознании верующего между причиной и следствием нет связи: принять причину — значит поклоняться через послушание; осуществиться же следствию — значило бы исполниться предопределению Аллаха, независимому от причины и неподвластному никому, кроме Аллаха.. Так чувство верующего освобождается от поклонения средствам и привязанности к ним и вместе с тем употребляет их в меру своих сил, чтобы стяжать награду за послушание Аллаху в этом употреблении.

7Долго цеплялась современная «научная» цивилизация за то, что называла «детерминизмом законов природы», — именно потому, что это «предопределение Аллаха» и «сокровенное Аллаха», — пока наконец не остановилась, посреди собственных методов и опытов, перед сокровенным Аллаха и Его предопределением, беспомощная в своём стремлении к безошибочному предвидению! И пришла она к теории «вероятностей» в мире материи: всё, что было необходимо, стало вероятным. «Сокровенное» осталось тайной за печатью; предопределение Аллаха осталось единственной достоверной истиной; и слово Всевышнего «Не знаешь ты: может быть, Аллах воздвигнет после этого новое веление» (ат-Талак: 1) осталось тем «единственным законом необходимости», который правдиво вещает о свободном полёте Божественного воления за законами вселенной, коими Аллах правит этим миром Своим действенным, ничем не скованным могуществом!

8Английский учёный сэр Джеймс Джинс, профессор физики и математики, говорит:

9«Старая наука с полной уверенностью утверждала, что природа не может идти иной дорогой, кроме одной-единственной — той, что была начертана ей от начала времён: за состоянием (а) непременно следует состояние (б).. Современная же наука способна сказать лишь то, что за состоянием (а) может последовать состояние (б), или (в), или (г), либо какое-то другое состояние, которое даже не поддаётся перечислению. Правда, она может сказать, что состояние (в) более вероятно, чем (г).. более того, она в силах определить степень вероятности каждого состояния.. Но предсказать с уверенностью, какое состояние за каким последует, она не может: она всегда говорит лишь о вероятностях — и ничего не может утверждать о сокровенном царстве предопределений: вот здесь — истинная суть этих предопределений».(1)

10Аллах — тот, кто творит всё, что творится, и Он Один — достоверная истина; явленные же средства не порождают результатов иначе как предположительно, гадательно!..

11И вот — тот огромный сдвиг, который исламское вероучение производит в человеческом сердце — и в человеческом разуме, — выводя их на ступени освобождения: освобождение от служения средствам и законам «природы» и «логики»; освобождение чувства; освобождение социальное; освобождение экономическое; освобождение мысли... Все они — лишь разные лики рабства у «природы» и её закономерностей, рабства воле «природы»!

12Всякое «долженствование», кроме воли Аллаха и Его предопределения, есть устав рабства у того, кто — не Аллах и не Его предопределение.. Отсюда — это настойчивое подчёркивание упования на Аллаха при любых обстоятельствах, будь то помощь или её отсутствие.. Отсюда — вероучительная целостность ислама, целостная во всех своих частях; а она, в свою очередь, целиком согласована с той картиной реальной жизни, которую эта религия хочет видеть у людей.

13(1) Более подробно см. толкование слов Всевышнего «У Него — ключи от сокровенного, и не знает их никто, кроме Него» (аль-Анам: 59) в седьмом томе «Под сенью Корана», с. 1112–1113.

«Которые выстаивают молитву» (аль-Анфаль: 3).

14Здесь мы видим у веры внешнюю, деятельную картину — после того как в предыдущих чертах видели сокровенные движения сердца. Ведь вера — это чувства сердца и правдивость дела, а дело — зримое свидетельство веры, которое непременно должно явиться взорам, чтобы засвидетельствовать реальное существование этой веры.

15Выстаивание молитвы — не голое её отправление! Это отправление в подлинной её истине: полное, достойное положения раба, стоящего перед Господом рабов, — свят Он, — а не простое чтение, стояние, поясной и земной поклон при сердце, погружённом в невнимание! Именно в этой своей полноте молитва воистину свидетельствует о вере.

«И расходуют из того, чем Мы их наделили» (аль-Анфаль: 3).

16«Из того, чем Мы их наделили»: то есть лишь часть из того, чем их наделил Наделяющий. У коранического образа всегда свой оттенок и свой акцент: эти люди не считали имущество своей собственностью — это лишь то, чем Аллах наделил их из числа даров Его, неисчислимых множеством. Когда они расходуют, они расходуют лишь часть и сберегают остальное — тогда как изначально всё есть один лишь удел Аллаха!

17Таковы черты, которыми Аллах очертил в этом пассаже веру. Они объемлют убеждение в единственности Аллаха; душевный отклик на поминание о Нём; трепет сердца от Его знамений; упование на Него одного; выстаивание молитвы ради Него; расходование из части того, чем Он их наделил.

18(2) См. книгу «Особенности исламского мировоззрения и его основы» (Дар аш-Шурук).

19Коран не ставит себе задачей перечислить все условия веры разом и не даёт их исчерпывающего разбора. Путь господня воспитания посредством Корана состоит в том, что упоминание этих условий и наставлений соразмеряется с многообразием реальных жизненных ситуаций. Ведь это путь живой, практический, деятельный — а не теоретический, познавательный, чья забота — построить доктрину и выставить её на суд умов!

20По той же логике звучит и заключительное дополнение:

«Они и есть верующие истинно: им — степени у их Господа, и прощение, и щедрый удел» (аль-Анфаль: 4).

21Если истинный верующий обретает эти черты в себе самом и в своём деле — он обретает самый признак веры; и одновременно эти черты обращены к той ситуации, с которой ниспосылались аяты.. Оттого они адресованы тем, кто жаждет свидетельства и испытания: обретающим эти черты — «степени у Господа их».. Адресованы они и дурному поступку, случившемуся с 'Убадой ибн ас-Самитом, — как поведал сам 'Убада ибн ас-Самит: обретающим эти черты — у Господа их «прощение».. Адресованы они и раздору из-за анфаля: обретающим эти черты — у Господа их «щедрый удел».. Вместе они собирают все чувства и позиции, из них вытекающие, и в то же время закрепляют истину объективную: вот черты «верующих», — и кто лишён их в совокупности, тот не нашёл истинной сути веры.

«Они и есть верующие истинно» (аль-Анфаль: 4).

22Первая мусульманская община знала: у веры есть истина, которую человек обязан отыскать в самом себе, и что вера — не пустые слова. Передаётся от аль-Хариса ибн Малика аль-Ансари, что Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «Взгляни, что ты говоришь: у всякой вещи есть своя истина. Какова же истина твоей веры?» Он отвечал: «Я отрешился от мирского и провожу ночи в бодрствовании.. будто я вижу престол Господа моего явленным, будто я вижу обитателей Рая — те прогуливаются там, будто я вижу обитателей Огня — те грызутся там». Он сказал: «О Харис, познал — так держись же!» — трижды.

23Этот сподвижник — удостоившийся одобрения Посланника Аллаха ﷺ за состояние своей души — описал свои чувства и то дело, то движение, что стоят за чувствами этими. Ведь тот, кто видит престол Господа своего явленным, кто видит обитателей Рая, прогуливающихся там, и обитателей Огня, грызущихся там, не останавливается на одном лишь созерцании! Нет — он живёт, трудится и движется под сенью этих мощных чувств, что властвуют над ним.

24К истине веры надлежит относиться с должной серьёзностью — чтобы она не вырождалась в слово, произносимое языком, за которым стоит реальность, явно свидетельствующая вопреки сказанному! Абстрактность понятия не означает превращения его в пустую грезу! Ощущать серьёзность верующей истины — ещё обязательнее, а чистоту её представления соблюдать — ещё строже, особенно в сердцах общины верующих, которая стремится заново воздвигнуть эту религию в мире реальном…

25Далее ход суры переходит к рассказу о битве, которой были оставлены те анфали, из-за которых они спорили.. как передаёт 'Убада ибн ас-Самит (да будет доволен им Аллах).. и разбирает её обстоятельства, показывая, что сами они были в ней лишь завесой для предопределения Аллаха; и что к…

26…что происходило в ней из событий, и всего, что выросло из её последствий. Ведь эти анфаль, из-за которых они препирались, были такими по предопределению Аллаха, по Его желанию, Его устроению, с Его помощью и подкреплением. А то, чего они хотели для самих себя от этого похода, было делом малым и ограниченным, несоизмеримым с тем, что пожелал им Аллах. И вот — великое различение в небесах и на земле, которым был занят Всевышний наряду с тем, чем были заняты люди на земле и чем занималась человеческая история вообще. Пусть же вспомнят они, что часть их встретила битву неохотно, а эти анфаль, вокруг которых шли препирательства, — ничто в сравнении с тем, чего хочет Аллах, славен Он, и что Он вершит Своим решением, — ведь Он ведает исход всякого дела.

«Как твой Господь вывел тебя из твоего дома с истиной, а части верующих этого не хотелось. Они препирались с тобой относительно истины после того, как она стала ясна, — будто их гнали на смерть, а они смотрели. И вот Аллах обещал вам одну из двух групп, что она будет вашей, а вам хотелось, чтобы вашей оказалась безоружная. Аллах же желал утвердить истину Своими словами и пресечь неверных, чтобы истина подтвердилась, а ложь была опровергнута, даже если бы это было ненавистно грешникам» (аль-Анфаль: 5–8).

«Вот вы взывали о помощи к вашему Господу, и Он ответил вам: „Я подкреплю вас тысячью ангелов, следующих друг за другом“. И сделал это Аллах лишь благой вестью, чтобы успокоились ваши сердца, — ведь помощь только от Аллаха: воистину, Аллах — Могущественный, Мудрый. Вот Он покрывал вас дремотой в знак безопасности от Него и ниспосылал на вас с неба воду, чтобы очистить вас ею, удалить от вас наваждение сатаны, укрепить ваши сердца и утвердить ваши стопы. И вот твой Господь внушил ангелам: „Я — с вами. Укрепите тех, кто уверовал. Я низвергну в сердца тех, кто не уверовал, ужас. Бейте же поверх шеи и бейте по всем пальцам их!“ Это — за то, что они воспротивились Аллаху и Его Посланнику. А кто воспротивился Аллаху и Его Посланнику, — поистине, у Аллаха наказание тяжко. Таково оно: вкусите же его!» (аль-Анфаль: 9–14).

27Аллах возвратил все анфаль обратно к Аллаху и Посланнику, чтобы Посланник ﷺ разделил их между людьми поровну — за вычетом пятой части, статьи расходов которой последуют дальше. Это — чтобы очистить души верующей общины от всех мирских примесей, которые могут обнаруживаться перед Посланником Аллаха, как ведомо о них Аллаху, чтобы не осталось в душах ничего, что связано с этим, и чтобы ушло то, что копошилось в душах той группы, которая завладела трофеями, а затем была сравнена с остальными в разделе — как уже говорилось.

28Затем Аллах представил эту притчу — из того, чего они сами хотели для себя, и из того, чего пожелал для них Аллах и посредством их, — чтобы убедились они: благо есть то, что избрал Аллах, — в анфаль и помимо анфаль, — а людям известно лишь то, что перед их глазами; сокровенное же от них сокрыто. Показал им Аллах эту притчу из их собственного положения, бывшего у них перед глазами, — из самой этой битвы, плоды которой мгновением раньше они делили между собой. Чего они хотели там для себя? И чего пожелал для них Аллах? Чего хотели они — и чего хотел Аллах? Ведь это — далёкий скачок в самой реальности события и далёкий скачок оттого, что рисовало сердце и воображение!

«Как твой Господь вывел тебя из твоего дома с истиной, а части верующих этого не хотелось: они препирались с тобой относительно истины после того, как она стала ясна, — будто их ведут на смерть, а они смотрят. И вот Аллах обещал вам одну из двух групп, что она будет вашей, а вам хотелось, чтобы вашей оказалась безоружная. Аллах же желал утвердить истину Своими словами, пресечь неверных, чтобы истина подтвердилась и была опровергнута ложь, даже если бы это было ненавистно грешникам» (аль-Анфаль: 5–8).

29Возвращение анфаль Аллаху и Посланнику и раздел их между людьми поровну, равно как и нелюбовь части верующих к этому уравниванию — прежде чем возненавидела часть их то, что некоторые юноши удостоились большей доли добычи, — всё это того же порядка, что и выведение тебя Аллахом из твоего дома с истиной на битву с вооружённым, грозным отрядом, при нелюбви части верующих к самому бою, — и вот перед ними тот исход, который породил эти анфаль.

30При обозрении превосходных сторон этого похода нам уже рассказывалось, как Абу Бакр и ‘Умар, да будет доволен ими обоими Аллах, засвидетельствовали перед Посланником Аллаха ﷺ, что люди будут с ним в деле боя, после того как караван ускользнул и обнаружилось, что курайшиты выступили во всей своей мощи и силе. Аль-Микдад ибн ‘Амр поднялся и сказал: «О Посланник Аллаха, ступай вперёд с повелением Аллаха — мы с тобой! Клянёмся Аллахом, не скажем мы тебе того, что сказали сыны Исраиля своему пророку: „Ступай ты и твой Господь и сражайтесь, а мы здесь посидим“, — нет: „Ступай ты и твой Господь и сражайтесь, мы сражаемся вместе с вами“…» — и так далее. И это была речь мухаджиров. Когда же Посланник Аллаха ﷺ повторил своё обращение перед людьми, ансары поняли, что сказанное относится именно к ним, и тогда встал Са‘д ибн Му‘аз и произнёс речь пространную, решительную и успокоивающую. Однако то, что сказали Абу Бакр и ‘Умар, и то, что сказал аль-Микдад, и то, что сказал Са‘д ибн Му‘аз, да будет доволен ими Аллах, выражало собой слова всех, кто вышел из Медины вместе с Посланником Аллаха ﷺ. Ибо часть их вовсе не желала боя, едва выступив в путь: они не готовились к сражению — они вышли лишь преследовать беззащитную группу, охранявшую караван. Когда же узнали, что курайшиты приближаются со своими боевыми полками, они стали страшиться встречи с ними страшнейшим страхом. Вот эта-то нелюбовь и подразумевается.

31Именно эта нелюбовь обрисована словом Корана, изобразившим её своим непревзойдённым способом:

«…как твой Господь вывел тебя из твоего дома с истиной, а части верующих этого не хотелось: они препирались с тобой относительно истины после того, как она стала ясна, — будто их гонят на смерть, а они смотрят!» (аль-Анфаль: 5–6).

32Аль-хафиз Абу Бакр ибн Мардавайх приводит в своём тафсире, со своим иснадом, слова Абу Айюба аль-Ансари: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Не устремиться ли нам за этим караваном? Может быть, Аллах даст нам овладеть им?» Мы ответили: «Да». Он выступил, и мы выступили, пока не встретили [войско], и он спросил: «Неужели вы домогаетесь боя с этими людьми? Их уже известили о вашем выходе!» Мы ответили: «Нет, клянёмся Аллахом, нет у нас силы сражаться с врагом, но мы хотели каравана!» Тогда аль-Микдад ибн ‘Амр сказал: «Раз так, то не скажем мы тебе, о Посланник Аллаха, того, что сказали народ Мусы своему пророку: „Ступай ты и твой Господь и сражайтесь, а мы здесь посидим“… Нам же, собранию ансаров, хотелось сказать то же, что сказал аль-Микдад ибн ‘Амр, — и это было бы милее наших сердец, нежели владение великим богатством». И тогда Аллах ниспослал Своему Посланнику ﷺ: «Как твой Господь вывел тебя из твоего дома с истиной, а части верующих этого не хотелось» (аль-Анфаль: 5). Таковы были те, кто препирался в тот день об истине и не желал сражения, — и дал им характеристику благородный Коран: «будто их гонят на смерть, и они смотрят» (аль-Анфаль: 6). И узнали они, что Аллах обещал им одну из двух групп и что не оставляет Он им выбора после того, как одна из двух групп сделалась неизбежной, — а это был караван, — и что им предстоит встретиться с другой группой, мера которой предопределена, и какова бы мера ни выпала им, такой ей и быть: караван это или войско, слабое, не имеющее мощи, или сильное, обладающее мощью и неприступностью.

33И в этом положении обнажается человеческая душа перед надвигающейся опасностью, и являет себя эффект реального противостояния (1) — невзирая на сторону реальности. Не упускать же нам из виду силу человеческой души и её колебания перед лицом обязанности, и не забывать — ни о нас самих, ни о других, — как она дрожит при встрече с опасностью, несмотря на спокойствие сердца, даруемое убеждением. Достаточно того, что эта дрожь затем проходит, и человек идёт дальше по пути, реально встречает опасность и берёт верх над первой дрожью!.. Примером этому были именно люди Бадра, о которых Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Откуда тебе знать: может быть, Аллах взглянул на людей Бадра взглядом и сказал: „Делайте что хотите — Я простил вас“». (1) См. с. 7 и далее этой части. (1) Приведено обоими шейхами (аль-Бухари и Муслимом).

34А верующая община ещё желала бы, чтобы безоружной оказалась та из двух групп, встречу с которой Аллах предписал им: «И вот Аллах обещал вам одну из двух групп, что она будет вашей, а вам хотелось, чтобы вашей оказалась безоружная» (аль-Анфаль: 7). Желали они именно этого. А то, чего пожелал Аллах для них и через них, было делом иного рода: «Аллах же желал утвердить истину Своими словами» и пресечь неверных, «чтобы истина подтвердилась и была опровергнута ложь, даже если бы это было ненавистно грешникам» (аль-Анфаль: 7–8).

35Аллах пожелал — Ему принадлежат милость и благодеяние — чтобы это была великая битва, а не добыча; чтобы произошло столкновение между истиной и ложью, чтобы истина восторжествовала и закрепилась, а ложь была опровергнута и развеяна. Пожелал Он пресечь неверных: чтобы одни из них были убиты, а другие взяты в плен, чтобы померкла их гордыня и была сломлена их мощь, чтобы высоко взметнулось знамя ислама и вместе с ним вознёслось слово Аллаха, чтобы укрепил Аллах верующую общину, живущую по методу Аллаха и выходящую с ним, дабы она провозглашала божественность одного лишь Аллаха на земле и сокрушала тиранию тиранов. И пожелал Он, чтобы это воцарение было заслуженным, а не даром, — превыше Аллах давать даром, — но ценою усилия и усердия на Его пути, ценою тягот этого усердия и их претерпевания в мире реального, на поле битвы.

36Да, Аллах пожелал, чтобы верующая община стала уммой, чтобы стала государством, чтобы обрела силу и власть. Пожелал ей измерить свою подлинную силу силой своих врагов — и перевесить хоть частью своей силы силу её врагов! И узнать, что победа — не в численности и не в снаряжении, не в богатстве, конях и припасах, но — в мере связи сердец с могуществом Аллаха, перед которым не устоит мощь рабов. И чтобы всё это стало опытом реальным, а не просто мысленным представлением и сердечным допущением. Чтобы верующая община взяла из этого опыта реальности запас на весь путь впереди, и чтобы каждая верующая община была твёрдо убеждена: во всякое время и в любом месте она способна одолеть своих супостатов и врагов, сколь бы малочисленной она ни была и сколь бы многочисленным ни был её враг, сколь бы скудны ни были её снаряжение и утварь войны и сколь бы подготовленным и вооружённым ни был её враг. И не запечатлелась бы эта истина в сердцах так, как запечатлелась, если бы между силой помощи и силой тирании не пролегла решающая грань.

37И пусть смотрящий сегодня — да и всякий, кто придёт после, — увидит эту безмерную даль между тем, чего верующая община хотела тогда для себя, и тем, что пожелал ей Аллах; между тем, что она считала своим благом, и тем благом, которое уготовил ей Аллах. Смотрит он — и видит безмерную даль — и познаёт, как заблуждаются люди, когда мнят, будто в состоянии предусмотреть то, чего Аллах хочет для них, тогда как это может подвергнуть их некоей опасности или навлечь некую боль, — а за всем этим стоит благо, которое не приходило им на ум и не рисовалось даже воображению!

38Что же общего между тем, чего верующая община хотела для себя, и тем, что пожелал ей Аллах? Она прошла бы, будь это безоружные, — как история о добыче: история о людях, что набросились на караван и захватили его. Но Бадр вошёл в историю во всей её полноте как история убеждения, история решающей победы и различения между истиной и ложью; история торжества истины над её врагами, закованными в оружие и снабжёнными всеми припасами, — тогда как истина была горсткой по счёту, скудной припасами и средствами передвижения; история победы сердец, когда они соединяются с Аллахом и освобождаются от своей внутренней немощи; более того — история победы горсти сердец, среди которых были и те, кто не желал боя! И всё же община осталась стоять твёрдо, превозмогая реальность, в которую её втянули; вступила в битву, когда чаша весов, как казалось, склонялась на сторону лжи, — и перевернула унижение вспять: и вот — истина перевешивающая, побеждающая.

39Поистине, поход на Бадр — каков бы он ни был — должен был пройти назиданием через человеческую историю. Поистине, он утверждает устав победы и достоинства и раскрывает причины победы и причины стойкости — причины подлинные, а не внешние, материальные. Поистине, это раскрытая книга, которую читают поколения во всякое время и в любом месте, — книга, чей смысл не меняется и чья природа постоянна. Это — знамение из знамений Аллаха в небесах и на земле. И тот, кому суждено бороться сегодня за возрождение исламского становления на земле — после того как джахилия возобладала над нею, — достоин подолгу останавливаться перед «Бадром», перед его решительным значением, которое он утверждает, и перед безбрежными далями, которые он раскрывает между тем, чего хотят для себя люди, и тем, чего хочет для них Аллах:

40«И вот Аллах обещал вам одну из двух групп, что она…

41[…кусок исходника обрывается на полуслове; продолжение — в следующем куске]

«...и то, что неверных ожидает наказание Огня» (аль-Анфаль: 14).

42Это — битва, которой управляют повеление Аллаха, Его воля, Его попечение и предопределение; это — войско Аллаха, идущее под Его водительством.. Она проступает во всех своих движениях и поворотах сквозь кораническую речь — живая, движущаяся картина той сцены, которая неотвратимо разворачивается и теперь!

43Что же до истории с воззванием о помощи, то имам Ахмад приводит ее со своим иснадом от Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах). Он сказал: Когда настал день Бадра, Пророк ﷺ оглядел своих сподвижников — их было чуть больше трехсот, — потом взглянул на многобожников, и оказалось, что их тысяча с лишним(1). Тогда Пророк ﷺ обратился лицом к кибле, накинув на плечи ридау и препоясавшись изаром, и произнес: „О Аллах! Исполни мне то, что Ты мне обещал. О Аллах! Если погибнет этот отряд людей ислама, Тебе уже никогда не будут поклоняться на земле“. Передают: он не переставал взывать к своему Господу, пока рида не сползла с его плеч. Подошел Абу Бакр, поднял ридау, снова набросил ему на плечи и затянул сзади, а затем сказал: «Хватит тебе, о Пророк Аллаха, докучать мольбами своему Господу — Он непременно исполнит то, что обещал тебе». И Аллах Всемогущий ниспослал: «Вот вы воззвали о помощи вашего Господа, и Он ответил вам: Я поддержу вас тысячью ангелов, следующих друг за другом» (аль-Анфаль: 9).

44(1) В других преданиях их число определяется между девятьюстами и тысячью.

45Об ангелах в день Бадра приводится множество подробных преданий: об их числе, о способе их участия в битве, о том, что они говорили верующим, придавая им твердость, и что говорили многобожникам, оставляя их без опоры... Но мы — в согласии с методом книги „Под сенью Корана“ — ограничимся вот таким доступным объемом. Коранические тексты содержат здесь все необходимое: «Вот вы воззвали о помощи вашего Господа, и Он ответил вам: Я поддержу вас тысячью ангелов, следующих друг за другом».. — таково их число. «Вот Господь твой внушил ангелам: Я — вместе с вами. Укрепите тех, которые уверовали! Я ниспошлю в сердца тех, которые не уверовали, ужас. Рубите им головы и отсекайте у них все пальцы».. — таково их дело.. Никакие дальнейшие подробности не нужны — здесь всего достаточно. Нам довольно знать, что Аллах не оставил мусульманскую общину в тот день одинокой, хотя она была горсткой, а враги — толпой; и что в дело этой общины и дело этой религии реально вмешалось высшее воинство — так, как описывает это Аллах, свят Он, в Своих словах.

46Аль-Бухари приводит в главе „Сошествие ангелов в день Бадра“: Рассказал нам Исхак ибн Ибрахим: рассказал нам Джарир — от Яхйи ибн Саида — от Муаза ибн Рифаата ибн Рафи аз-Зухри — от его отца, который был из людей Бадра. Он сказал: Пришел Джибриль к Пророку ﷺ и спросил: «Как вы оцениваете людей Бадра среди вас?» Он ответил: «Среди лучших мусульман» — или слова, близкие к этому. Спросивший сказал: «Таковы же и ангелы, участвовавшие в Бадре».. (приводится одним лишь аль-Бухари).

«Вот вы воззвали о помощи вашего Господа, и Он ответил вам: Я поддержу вас тысячью ангелов, следующих друг за другом. Аллах сделал это только как добрую весть и чтобы успокоились этим ваши сердца, — помощь же бывает только от Аллаха. Воистину, Аллах — Могущественный, Мудрый» (аль-Анфаль: 9–10).

47Господь ответил им, когда они воззвали, и возвестил, что поддержал их тысячью ангелов, следующих друг за другом.. Но при всем величии этого события и всего, что оно свидетельствует о цене этой общины и этой религии на весах Аллаха, Аллах, свят Он, не позволяет мусульманам вообразить, будто какая-то причина сама, собою, творит результат: все дело целиком возвращается к Нему — хвала Ему — во исправление вероучения ислама и его картины мира. Этот ответ, эта помощь, это известие о них — все было не чем иным, как доброй вестью, чтобы успокоились сердца. Победа же не была и не бывает ничьей, кроме как от Аллаха.. Вот истина вероучения, которую утверждает здесь коранический контекст, — чтобы сердце мусульманина вообще не привязывалось ни к одной из причин..

48Правильнее всего было бы, чтобы они выложили все, что имеют, ничего не придерживая про запас; чтобы одолели первую растерянность, овладевшую некоторыми из них при встрече с реальной опасностью; и чтобы шли вперед, исполняя повеление Аллаха, уверенные в победе Аллаха.. Такая решимость означала бы, что свершилось: их роль — и роль всякой силы, что ими вертит и ими управляет, — подошла к концу.. Все же прочее было доброй вестью, дарующей покой, и укреплением сердец перед лицом подлинной опасности.. Верующей общине надлежит ощущать, что воинство Аллаха с нею, — тогда успокаиваются ее сердца и она стоит твердо в битве. А затем приходит победа от одного лишь Аллаха — там, где исходом не владеет никто, кроме Него. Он — Могущественный, Всемогущий, Одолевающий в Своем деле. И Он — Мудрый, Который определяет всякому делу его место.

«Вот Он наслал на вас дремоту в качестве безопасности и ниспослал с неба воду, чтобы очистить вас ею, удалить от вас скверну сатаны, укрепить ваши сердца и утвердить стопы ваши» (аль-Анфаль: 11).

49История дремоты, охватившей мусульман перед битвой, — история удивительного душевного состояния, которое не бывает иначе как по повелению Аллаха, Его предопределению и устроению.. Мусульмане испугались, ощутив свою малочисленность перед лицом опасности, которой не ждали и к которой не готовились.. И вдруг их объемлет дремота; пробудившись же, они оказываются окутаны безмятежностью, и спокойствие переполняет их сердца (так было и в день Ухуда: страх повторялся, дремота повторялась, безмятежность повторялась)..

50Мне самому довелось однажды, читая эти аяты, переживать мгновения гнетущей тесноты и тревожного опасения в час заката.. А потом мной овладел сон, длившийся каких-нибудь несколько минут, — и я проснулся уже другим: покойный душой, погруженный в глубокую, исполненную доверия безмятежность, разлившуюся во всем моем существе, а не в одном лишь рассудке; я ощущал ее живой — самым чувством, а не просто как мысленное представление, — словно видел воинство Аллаха, летящее вперед, как доблестные скакуны.. И сердце успокаивалось..

51Слова «покрыл вас», слово «дремота» и слово «безопасность» — все они сливаются в том, чтобы набросить нежную, полупрозрачную тень; они рисуют общий абрис сцены, передают состояние верующих в тот день и являют цену этого решающего мгновения, отделяющего положение мусульман от положения многобожников.

52А история воды — «ниспослал с неба воду, чтобы очистить вас ею.. укрепить ваши сердца и утвердить стопы ваши» — произошла незадолго до битвы.

53Али ибн Тальха передает от Ибн Аббаса: Пророк ﷺ встал станом, когда выступил на Бадр, а многобожники находились между ним и водой. И раздался упрек: «Вы утверждаете, что вы — приближенные Аллаха Всевышнего и что среди вас Его Посланник, однако многобожники опередили вас у воды, а вы совершаете молитву со стенаниями?» И Аллах пролил на них сильный дождь: мусульмане напились и очистились; Аллах удалил от них скверну сатаны; песок окреп, когда его коснулась дождевая влага, и по нему свободно двинулись люди и верховые животные. Они двинулись на врага, а Аллах поддержал Своего Пророка ﷺ тысячью ангелов: Джибриль — с пятьюстами с одной стороны, Микаиль — с пятьюстами с другой.

54И все это случилось прежде, чем Посланник Аллаха ﷺ претворил то, с чем посоветовал ему Хуббаб ибн аль-Мундир: спуститься к воде Бадра и завалить резервуары позади нее.

55Известно же, что Посланник Аллаха ﷺ, прибыв к Бадру, остановился у самой ближней из тамошних вод — у первой, какую нашел. К нему подошел Хуббаб ибн аль-Мундир и спросил: «О Посланник Аллаха! Это место, на котором ты остановился: это место, которое назначил тебе Аллах, так что нам нельзя его миновать, — или ты остановился здесь ради войны и уловки?» Тот ответил: «Нет, я остановился здесь ради войны и уловки». Хуббаб сказал: «О Посланник Аллаха, это не то место. Так поведем же людей, пока не остановимся у ближайшей к неприятелю воды, завалим резервуары позади нее и наполним водоемы — тогда вода будет у нас, а у них ее не будет». Посланник Аллаха ﷺ так и поступил.

56Помощь в таком виде — помощь двойная: материальная и духовная. Вода в пустыне — само вещество жизни, не говоря уже о том, что она становится орудием победы; армия же, лишившаяся воды, по сути уже проиграла сражение.. А затем — то душевное состояние, которым сопровождалась эта остановка и которое разжигали шайтанские нашепты: тягостное чувство невозможности совершить молитву как должно из-за отсутствия воды (разрешения на таяммум им еще не было дано — оно явилось позднее, а именно в походе на бану-ль-Мусталик, в пятом году). И вот тут начинают метаться души и множатся наваждения; сатана входит через дверь самой веры, чтобы усугубить терзания душ и трепет сердец. Душа, вступающая в битву с такой тягостью и такой тревогой, вступает в нее расшатанной, побежденной изнутри.. И тут приходит помощь, тут является подкрепление.

«Он ниспослал с неба воду, чтобы очистить вас ею, удалить от вас скверну сатаны, укрепить ваши сердца и утвердить стопы ваши» (аль-Анфаль: 11).

57Духовная помощь приходит вместе с материальной: сердца успокаиваются с появлением воды; души обретают покой в очищении; ноги утверждаются благодаря твердости почвы и плотности песков.

58А поверх всего — то, чем Аллах внушил ангелам укреплять уверовавших; и то, что Он обещал, — низвергнуть ужас в сердца неверных; и то, что Он ангелам повелел, — действительное соучастие в битве:

«Вот Господь твой внушил ангелам: Я — вместе с вами. Укрепите тех, которые уверовали! Я ниспошлю в сердца тех, которые не уверовали, ужас. Рубите им головы и отсекайте у них все пальцы» (аль-Анфаль: 12).

59Это — дело исполинского масштаба.. Само соприсутствие Аллаха, свят Он, с ангелами в битве; соучастие ангелов в ней наряду с мусульманской общиной.. Как участвовали ангелы? Сколько врагов они поразили? Как поражали?.. Поистине, великая, потрясающая истина, стоящая за этой остановкой, — именно та самая истина.. Ибо движение общины…

60...праведной по земле с этой религией — дело огромное и великое.. Дело, достойное того, чтобы Аллах и Его ангелы были в битве, и чтобы ангелы участвовали в ней вместе с праведной общиной!

61Мы верим в существование творений из созданий Аллаха, которых зовут ангелами, однако постичь их природу мы не в силах иначе, как через то, что о них поведал нам их Творец. Потому недоступно нам знание о том, как именно они участвовали в победе мусульман в день Бадра, — известна нам лишь та мера, какую устанавливает коранический текст.. Он внушил им: «Я — с вами», и повелел им укрепить уверовавших — и они сделали это, ибо ангелы вершат то, что им велено; но как именно они сделали это, мы не знаем. Им было повелено бить по шеям многобожников и бить по всякому пальцу из пальцев их рук.

62(1) Приводится у Ибн Касира в тафсире.

63И совершили они всё это так — способом, которого мы не ведаем; и это лишь ответвление от ограниченности нашего познания природы ангелов: мы знаем о них только то, чему научил нас Аллах.. Обещал Всевышний Аллах низвести ужас в сердца неверных — и обещание исполнилось; но мы и тут не ведаем, как оно исполнилось: известно нам лишь то, о чём Он возвестил, — что Он разделяет человека и его сердце и что Он ближе к человеку, чем яремная вена..

64Детализированное исследование того, как именно совершались все эти действия, не относится к сути, составляющей дух этого вероучения и дух реального движения, строящегося на этом вероучении.. Такие изыскания стали достоянием споров между исламскими школами и предметом калама лишь в поздние эпохи — когда люди исчерпали созидательные заботы этой религии и отвлечённый разум подчинил себе души и умы.. Стояние же перед тем смыслом, который указывает на сопутствие Всевышнего Аллаха ангелам в битве и на участие ангелов в ней вместе с праведной общиной, полезнее и плодотворнее.

65И в завершение этого обзора, вслед за грандиозной картиной, в которой явлена эта великая истина, следует ясное разъяснение того, что стоит за всей битвой, за её ходом и управлением ею, — правило и устав для течения всех этих дел:

«Это потому, что они воспротивились Аллаху и Его Посланнику. А кто противится Аллаху и Его Посланнику, тому — мучительное наказание» (аль-Анфаль: 13).

66То, что Аллах даровал победу праведной общине, низвёл ужас на её врагов и поставил ангелов рядом с праведной общиной, — не случайный промах судьбы и не мимолётное стечение обстоятельств.. Всё это потому, что те воспротивились Аллаху и Его Посланнику: выстроили ряд вне ряда Аллаха и Его Посланника и заняли позицию раскола и противостояния — преграждают путь Аллаху и загораживают дорогу аллахову методу для жизни.

«А кто противится Аллаху и Его Посланнику, тому — мучительное наказание» (аль-Анфаль: 13).

67Его суровое наказание настигает тех, кто противится Ему и противится Его Посланнику. Он властен покарать их, а они слишком немощны, чтобы устоять перед Его решением и Его установлением. Не случайность это и не стечение обстоятельств: правило и установление таковы, что когда праведная община выходит на землю, дабы утвердить божественность одного лишь Аллаха и установить один лишь метод Аллаха, а её враг занимает позицию противления Аллаху и Его Посланнику, — тогда твёрдость и победа принадлежат праведной общине, а ужас и трепет постигают тех, кто противится Аллаху и Его Посланнику, — до тех пор, пока праведная община тверда на пути, спокойна в своём Господе и вверяет себя Ему одному, прорубая этот путь.

68А в конце картины слово обращается к тем, кто воспротивился Аллаху и Его Посланнику.. То, что постигло вас в этом мире, — ужас и бегство, — ещё не конец пути. Ведь дело этой религии, движение её и стояние на её пути — не дело одной лишь этой земли и не дело одной лишь этой земной жизни.. Оно простирается за пределы этой земли и за пределы этой жизни.. Его горизонты уходят дальше этих близких дней:

«Так вкусите же это, и знайте, что неверным — наказание Огнём» (аль-Анфаль: 14).

69Вот он, конечный предел! Вот наказание, с которым несравнима вся мера того, что вы испытали: ни ужаса, ни бегства, ни ударов по шеям, ни удара по всякому пальцу!

70И вот теперь.. Коран вновь развернул перед ними картины сражения и всего, что его окружало, показав им руку Аллаха в нём, Его распорядительство, Его помощь и подкрепление, — и они узнали из этого, что были сами лишь завесой предопределения Аллаха и Его мощи.. Аллах — Тот, Кто вывел Своего Посланника из дома его с истиной — не во имя высокомерия, не ради нападения и не из своеволия. Аллах — Тот, Кто определил одной из двух сторон стать той, что сразится с неверными, «чтобы истина восторжествовала и ложь была развеяна, хотя бы грешникам это было ненавистно».. Аллах — Тот, Кто подкрепил их тысячью ангелов, следовавших друг за другом. Аллах — Тот, Кто покрыл их дремотой как безопасностью от Себя и ниспослал на них с неба воду, чтобы очистить их ею, удалить от них скверну шайтана, вселить решимость в их сердца и утвердить стопы.. Аллах — Тот, Кто внушил ангелам: «Я — с вами», — дабы укрепили они уверовавших, и низвёл ужас в сердца неверных.. Аллах — Тот, Кто соединил ангелов в битве и повелел им бить по шеям и бить по всякому пальцу многобожников.. Аллах — Тот, Кто даровал им добычу и наделил их из Своей щедрости после того, как они выступили без имущества, без вьючных животных и без снаряжения.

71Теперь.. Коранический текст развернул всё это целиком, вернул его живым присутствием в сердца и ясным видением для глаз, — образ решительной победы, которая не опирается ни на человеческий расчёт, ни на силу числа, ни на силу снаряжения; она опирается лишь на распорядительство Аллаха и Его предопределение, на Его помощь и подкрепление — равно как и на упование на одного лишь Аллаха, на прибежище к Нему, на призыв о помощи к Нему и на хождение вместе с Его распорядительством и предопределением.

72Теперь.. эта картина присутствует в сердцах, стоя ясно перед глазами.. Теперь — в самый подходящий миг, чтобы сердца откликнулись на руководство.. И теперь приходит повеление уверовавшим — именно в этом их качестве: стоять твёрдо, когда они встречают неверных, и не поворачиваться к ним спинами — настолько, насколько это видно внешнему взору со стороны. Ведь Аллах — Тот, Кто распоряжается ходом битвы, как распоряжается всем делом вообще; Тот, Кто умерщвляет неверных руками верующих; Тот, Кто даёт брошенной стреле достичь цели; а верующие — лишь завеса могущества, которым Аллах желает назначить им награду за джихад и испытание в нём; Тот, Кто низводит ужас в сердца неверных, ослабляет их козни и заставляет вкусить наказание.

«О те, которые уверовали! Когда вы встретите неверных, наступающих строем, то не поворачивайтесь к ним спинами. А кто повернётся к ним спинами в такой день — если только это не манёвр ради боя или попытка примкнуть к отряду, — тот навлечёт на себя гнев Аллаха. Его пристанищем будет Геенна. Как же скверен этот исход! Вы не убивали их, но Аллах убил их. Ты не бросил, когда бросил, но Аллах бросил, чтобы подвергнуть верующих доброму испытанию от Него. Воистину, Аллах — Слышащий, Знающий. Таково было для вас это, ведь Аллах ослабляет козни неверных» (аль-Анфаль: 15–18).

73Кораническое выражение здесь отличается суровостью предостережения и тяжестью кары, угрозой гневом Аллаха и пристанищем в Огне:

«О те, которые уверовали! Когда вы встретите неверных, наступающих строем, то не поворачивайтесь к ним спинами. А кто повернётся к ним спинами в такой день — если только это не манёвр ради боя или попытка примкнуть к отряду, — тот навлечёт на себя гнев Аллаха. Его пристанищем будет Геенна. Как же скверен этот исход!» (аль-Анфаль: 15–16).

74«Когда вы встретите неверных, наступающих строем» — то есть идущих вперёд сомкнутым рядом, лицом к лицу с вами; «то не поворачивайтесь к ним спинами»: не разбегайтесь и не отступайте ради плана более умелого боя или же ради присоединения к другому отряду мусульман либо к опорным пунктам мусульман, чтобы возобновить бой. А кто подставил врагу спину в день наступления, тот навлёк на себя эту кару: гнев Аллаха и пристанище в Геенне.

75Встречаются мнения, считающие это правило особенным для участников Бадра либо для боя, при котором присутствует Посланник Аллаха ﷺ. Однако большинство учёных признаёт аят общим: поворот спиной в день наступления — великий грех из числа семи губительных, как приводят аль-Бухари и Муслим в своих достоверных сборниках со слов Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Избегайте семи губительных!» Спросили: «О Посланник Аллаха, а что это?» Он ответил: «Многобожие с Аллахом, колдовство, убийство души, которую запретил Аллах, кроме как по праву, пожирание ростовщичества, пожирание имущества сироты, поворот спиной в день наступления и клевета на целомудренных, беспечных, верующих женщин».

76Аль-Хассас приводит в «Правовых постановлениях Корана» подробное рассуждение, которое не худо здесь привести. Он говорит:

«Аллах Всевышний сказал: „...а кто из них повернётся в тот день спиной, — если не тот, кто разворачивается для боя или старается примкнуть к отряду“ (аль-Анфаль: 16). Передаёт Абу Надра от Абу Саида, что это ниспослано в день Бадра. И сказал Абу Надра: если бы они в тот день уклонились, то уклонились бы к многобожникам, а мусульманина, кроме них, в тот день не было.. Это слово Абу Надры несостоятельно: ведь в Медине было множество ансаров, и когда Пророк ﷺ приказал им выступить, они полагали, что предстоит бой, а почли его торговым обозом; и Посланник Аллаха ﷺ выступил с теми, кто был лёгок на подъём вместе с ним. Поэтому слова Абу Надры — будто не было там мусульман, кроме них, и будто, уклонись они, уклонились бы к многобожникам, — ошибочны по разъяснённым нами причинам..

77Говорилось также: не дозволялось им уклоняться в тот день, ибо они были с Посланником Аллаха ﷺ, а уклоняться от него им не дозволялось. Всевышний сказал: „Не подобает горожанам и окружающим их бедуинам оставаться позади Посланника Аллаха, и не подобает им ставить свои жизни выше его жизни“ (ат-Тавба: 120); значит, им не дозволялось предавать своего Пророка ﷺ, уходить от него и оставлять его на произвол судьбы — пусть даже Аллах взял на Себя заботу о его победе и защите его от людей, как сказал Всевышний: „Аллах защитит тебя от людей“ (аль-Маида: 67); и это было обязанностью для них. Говорю: будь то враг, превосходящий их числом, или нет; и, к тому же, Пророк ﷺ был сам тем самым отрядом мусульман в тот день: тому, кому ничто не препятствует сражаться, дозволено уклонение лишь при условии, что он примыкает к отряду, — а Пророк ﷺ был этим отрядом в тот день, и другого отряда не было. Сказал Ибн Умар: „Я был в войске; люди разом обратились в бегство, и мы вернулись в Медину. Мы сказали: мы — беглецы. Пророк ﷺ сказал: «Нет, вы — отряд»“. Если бы кто-нибудь был вдали от Пророка ﷺ и уклонился бы от неверных, ему дозволялось бы примкнуть к отряду Пророка ﷺ; но когда они сражались вместе с ним, другого отряда, к которому могли бы примкнуть, не было, и потому бегство им не дозволялось.

78Аль-Хасан о словах Всевышнего „а кто из них повернётся в тот день спиной“ сказал: строгость коснулась участников Бадра. И Всевышний сказал: „Тем из вас, кто повернул вспять в день, когда сошлись оба войска, дьявол дал сбиться за некоторые из их деяний“ (Аль Имран: 155) — потому что они бежали от Пророка ﷺ; так было и в день Хунайна, когда они бежали от Пророка ﷺ, и это уже прошло в словах Всевышних: „И в день Хунайна, когда вас восхитила ваша многочисленность, но она ничем вас не избавила, и земля сжалась для вас, несмотря на её ширь, и вы обратились вспять“ (ат-Тавба: 25).. Таков был их приговор, когда они были с Пророком ﷺ, — при малочисленности или многочисленности. И Всевышний сказал в другом аяте: „О Пророк! Воодушевляй верующих на сражение: если среди вас будут двадцать стоиков, они одолеют двести, а если среди вас будет сотня, они одолеют тысячу неверующих“ (аль-Анфаль: 65).

79Это — а лучше знает Аллах — касалось положения, когда Пророк ﷺ не был с ними: тогда двадцать должны были сражаться против двухсот, не обращаясь в бегство; а если число врага превышало это, им дозволялось примкнуть к отряду мусульман, дабы получить подкрепление и возобновить бой. Затем это было заменено словами Всевышнего: „Ныне Аллах облегчил вам, ибо Ему ведомо, что вы немощны: если среди вас будет сотня стойкая, она одолеет двести, а если среди вас будет тысяча, то с дозволения Аллаха она одолеет две тысячи“ (аль-Анфаль: 66). Передаётся от Ибн Аббаса, что он сказал: „Вам предписано было, чтобы не бежал никто из десяти; затем явилось: «Ныне Аллах облегчил вам...» и далее — и вам предписано стало, чтобы не бежали двое из двухсот“.

80«(«Потому он бежит») — то есть бегство перед лицом наступающего строя; на этот аят и опирается тот, кто выводит такое мнение. В самом же аяте — установление обязанности сражаться для одного человека против двоих из неверных; если же число неверных превышает двух, единоборцу в таком случае дозволено примкнуть к отряду мусульман, в котором есть подкрепление.

81Что же до того, кто желает обратиться в бегство, чтобы присоединиться к людям из числа мусульман, вместе с которыми нет подкрепления, — тот принадлежит к тем, кому грозит угроза, упомянутая в словах Всевышнего: «А кто повернётся к ним спинами в такой день, — если только это не манёвр ради боя или попытка примкнуть к отряду, — тот навлечёт на себя гнев Аллаха» (аль-Анфаль: 16). Потому Пророк ﷺ и сказал: «Я — отряд для каждого мусульманина». И рассказал Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах), что Абу Убайда ибн Масуд дрался в день Ухуда, пока не был убит, но не обратился в бегство: «Да помилует его Аллах! Склонись он ко мне, я стал бы ему отрядом». Когда же сподвижники Абу Убайды вернулись к нему, он сказал: «Я — отряд для вас», — и не стал порицать их.

82Это положение у нас — то есть у ханафитов — прочно установлено, пока число войска мусульман не достигнет двенадцати тысяч: лишь тогда мы не дозволяем им обращаться в бегство со своих мест иначе как с манёвром ради боя — то есть с перемещением с одного места на другое с военной хитростью против врага и тому подобным, без выхода из битвы, — или же с присоединением к отряду мусульман, чтобы сражаться вместе с ним. Когда же они достигают двенадцати тысяч, Мухаммад ибн аль-Хасан разъяснил, что бежать тогда от врага им нельзя, даже если он превзойдёт их числом; разногласий между нашими учёными (то есть ханафитами) по этому поводу не приводится. Обосновал он это хадисом аз-Зухри от Убайдуллы ибн Абдуллаха о том, что Ибн Аббас сказал: Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Лучшие из сподвижников — четверо, лучшие из отрядов — четыреста, лучшие из войск — четыре тысячи; и никогда не будет одолено из-за малочисленности войско из двенадцати тысяч». Есть и другой вариант: «Не бывает побеждён народ, достигающий двенадцати тысяч, когда едины их слова». ат-Тахави сообщает, что Малика спросили: широка ли для нас лазейка уклониться от сражения с тем, кто вышел из судов Аллаха и судит не по ним? Малик ответил: «Если с тобою двенадцать тысяч, подобных тебе, — уклонение тебе не дозволено; если же нет — ты имеешь широту в уклонении». Спросил же его Абдуллах ибн Умар ибн Абд аль-Азиз ибн Абдуллах ибн Умар. Это мнение согласуется с тем, что привёл Мухаммад ибн аль-Хасан. А то, что передано от Пророка ﷺ о двенадцати тысячах, — основа всей этой темы: как бы ни множилось число многобожников, бежать от них недозволенно, даже если они многократно превосходят [мусульман], ибо Пророк ﷺ сказал: «когда едины их слова», — и этим Он возложил на них обязанность единства слов.

83Так же приводит Ибн аль-Араби в «Правовых постановлениях Корана», вслед за разбором разногласий о пределах этого правила:

84Люди разошлись: ограничено ли бегство в день наступления одним лишь днём Бадра или оно общее для всех дней наступлений до Дня воскресения?

85Передают от Абу Саида аль-Худри, что это было в день Бадра: не было у них отряда, кроме Посланника Аллаха ﷺ. Такого мнения придерживались Нафи, аль-Хасан, Катада, Язид ибн Хабиб и ад-Даххак.

86А от Ибн Аббаса и прочих учёных передаётся, что аят остаётся в силе до Дня воскресения; уклонился от этого лишь тот, кто ограничил правило именно тем днём — Бадром, — словами „в такой день“, и некоторые подумали, будто это указание на день Бадра. Но это не так: это указание на день наступления.

87Доводом тому служит то, что аят ниспослан после сражения, когда битва уже завершилась и день миновал. А от Пророка ﷺ достоверно установлено — как мы приводили выше в достоверном хадисе, — что среди великих грехов есть и бегство в день наступления. Это прямой текст по данному вопросу, снимающий разногласие и разъясняющий правило; мы же указали на ту тонкость, которая породила сомнение у того, кто счёл аят ограниченным днём Бадра..

88Мы же следуем тому мнению, которое привёл Ибн аль-Араби, — мнению «Ибн Аббаса и прочих учёных»: поворот спиной в день наступления в безусловном значении достоин этого сурового приговора — по причине грандиозности его подвижнических последствий с одной стороны, и по причине скверности того основания, которое он закладывает под самое вероубеждение, с другой.

89Сердце верующего должно быть столь твёрдо на земле, чтобы не поколебала его никакая сила, — сердце, соединённое с могуществом Аллаха, Который властвует над всем сущим, Который превыше рабов Своих.. А если допустимо, чтобы такое сердце — когда оно лицом к лицу с опасностью — ощутило дрожь, то эта дрожь не может дорасти до бегства. Час смерти — в руке Аллаха, и потому недопустимо оборачиваться вспять из страха за жизнь. Нет здесь никакого бремени сверх сил: ведь верующий встречает своего врага как человек человека, и с этой стороны они стоят на одной земле.. Затем — власть принадлежит великой силе, которой нет преград. Затем — к Аллаху он вернётся, жив ли, или к Аллаху — если записана ему мученическая смерть. В любом случае он сильнее противника, с которым сходится, — противника, который враждует с Аллахом и Его Посланником.. Отсюда и это решающее правило:

«А кто повернётся к ним спинами в такой день, — если только это не манёвр ради боя или попытка примкнуть к отряду, — тот навлечёт на себя гнев Аллаха. Его пристанищем будет Геенна. Как же скверен этот исход!» (аль-Анфаль: 16).

90Тут непременно следует остановиться у самого выражения — и удивительных намёков, в нём заключённых: «не поворачивайтесь к ним спинами».. «а кто повернётся к ним спинами в такой день».. Это изображение поражения в его чувственной форме — с осуждением и клеймением позором, с намёком на то, что спины отданы врагам!.. Затем: «тот навлечёт на себя гнев Аллаха».. И вот беглец обращён вспять, а рядом с ним «гнев Аллаха», который ведёт его к пристанищу: «Его пристанищем будет Геенна. Как же скверен этот исход!»

91Так тень выражения сливается с его смыслом в начертании общей картины и пробуждает в душе чувство отвращения и неприязни к повороту спиной в день наступления и к самому бегству.

92Затем контекст движется дальше после этого предостережения от поворота спиной в день наступления — чтобы открыть им руку Аллаха, которая вершит битву за их спинами: умерщвляет их врагов, поражает их метаниями — метит им и попадает.. А они получают награду испытания, потому что Аллах хочет оказать им милость благим испытанием, дабы воздать им потом из Своей щедрости, — ведь Он Сам и даровал им его:

«Вы не убивали их, но Аллах убил их. Ты не бросил, когда бросил, но Аллах бросил, чтобы подвергнуть верующих доброму испытанию от Него. Воистину, Аллах — Слышащий, Знающий» (аль-Анфаль: 17).

93Предания от саляфов объясняют «метание» здесь как бросок гальки, которую Посланник Аллаха ﷺ горстью швырнул в лица неверных, произнося: «Искажились лица! Искажились лица!» — и она поразила лица многобожников, которым в ведении Аллаха было записано убийство.

94Но смысл аята шире: он являет распоряжение Аллаха обо всём происходящем за внешним движением Посланника Аллаха ﷺ и сподвижной общины, бывшей с ним. Потому за ним следуют слова Всевышнего:

«чтобы подвергнуть верующих доброму испытанию от Него» (аль-Анфаль: 17).

95То есть одарить их от Себя возможностью пройти благое испытание, приносящее награду, — после того как Им же записана им через него победа.. И это — щедрость двойная: в начале и в конце.

«Воистину, Аллах — Слышащий, Знающий» (аль-Анфаль: 17).

96Он слышит ваш призыв о помощи и знает ваше состояние; Он делает вас завесой Своего могущества, как только узнает вашу чистоту для Него, и дарует вам победу и награду — как даровал вам то и другое в Бадре..

«Таково было для вас это, ведь Аллах ослабляет козни неверных» (аль-Анфаль: 18).

97А вот ещё одна милость — после первой! Распоряжение не исчерпывается тем, что Аллах умертвил ваших врагов вашими же руками и поразил их метанием вашего Посланника, назначив вам за это благую награду испытания, — к этому добавляется ещё и ослабление козней неверных, расстройство их замыслов и их расчётов.. И тогда не остаётся места страху, не остаётся места поражению, не остаётся места тому, чтобы верующие обратились спинами при встрече с неверными.

98Сюда же нанизываются все обстоятельства битвы: раз Аллах — Тот, Кто умертвил многобожников, Тот, Кто поразил их метанием, Тот, Кто подверг верующих в ней благому испытанию, Тот, Кто ослабил козни неверных, — то о чём же тогда спор и раздор? Вся битва свершилась по распоряжению Аллаха и Его предопределению, а от них требовалось лишь быть завесой этому распоряжению и предопределению?!

99И когда контекст доходит до утверждения, что Аллах ослабляет козни неверных, слово обращается к самим неверным — к тем, кто накануне битвы испрашивал победы и молил Аллаха обратить круг судьбы против самой несчастной из двух сторон, двинуть навстречу первым из двух станов и отсечь их от милосердия, — какова была молитва Абу Джахля; а «испрашивание победы» — это прошение у Аллаха победы и разделения. И круг судьбы повернулся против многобожников!..

100Слово обращается к ним — насмехаясь над тем их испрашиванием и утверждая, что происшедшее в Бадре — лишь проявление закона, что действует всегда, а не случайная вспышка; что их полчища и их множество ничего не изменят: закон этот гласит, что Аллах — с верующими:

«Если вы просите решения, решение пришло к вам. Если вы удержитесь, это будет лучше для вас. Если же вы вернётесь, то Мы вернёмся, и ваше множество ничем вам не поможет, даже если его будет много. Ведь Аллах — вместе с верующими» (аль-Анфаль: 19).

101«Если вы просите решения» — то есть просите у Аллаха, чтобы Он рассудил между вами и мусульманами и показал, которая из двух сторон хуже и которая лишена милосердия.. Ответ Аллаха последовал, и круг судьбы обратился против вас — во свидетельство вашего же прошения! Круг действительно повернулся против худшей из двух сторон и той, что лишена милосердия. И вам известно — если вы хотели знать, — которая из двух сторон была худшей и лишённой милосердия!

102В свете этой истины, в тени этого наставления их увещевают покончить с тем, в чём они пребывают, — с неверием, с войной против мусульман, с враждой к Аллаху и Его Посланнику:

«Если вы удержитесь, это будет лучше для вас» (аль-Анфаль: 19).

103За увещеванием — устрашение:

104«Если же вы вернётесь, то Мы вернёмся».

105А исход известен: его не изменит множество, его не переменит численность:

106«и ваше множество ничем вам не поможет, даже если его будет много».

107Какая польза от численного превосходства, если Аллах — на стороне верующих?

«Ведь Аллах — вместе с верующими» (аль-Анфаль: 19):

108При таких условиях битва никогда не будет равной: верующие — а с ними Аллах — встанут в один строй; неверные же, за которыми только люди из числа людей, подобные им, — в другой. Исход такой битвы предрешён!

109Многобожники арабов хорошо знали эту истину. Знание их об Аллахе Всевышнем не было ни скудным, ни поверхностным, ни смутным — как могли бы представить люди сегодня, находясь под влиянием некоторых исторических обобщений. И многобожие арабов не состояло ни в отрицании Аллаха Всевышнего, ни в незнании этой истины.. Оно выражалось, более всего, в том, что они не посвящали Ему служение, принимая жизненный уклад и законы свои от кого-то другого, — а это никак не вязалось с их признанием божественности Аллаха и знанием о Нём.

110В обзорах событий этого сражения по книгам сиры проходило и такое: Хуффаф ибн Айма ибн Рахза аль-Гифари — отец его, Айма ибн Рахза аль-Гифари, отправил к курайшитам, когда те проходили мимо него, сына своего с дарами, которые он преподнёс им, и сказал им: если пожелаете, чтобы мы поддержали вас оружием и людьми, — мы сделаем это. Они же отправили к нему с его сыном ответ: «Родственные узы тобою исполнены — сделал ты всё, что лежало на тебе. Клянусь жизнью нашей, дело устоит: если мы сражаемся с людьми, то с нами те, кто справится с ними; если же мы в самом деле сражаемся с Аллахом — как утверждает Мухаммад, — то никому не совладать с Аллахом».

111Проходило и слово аль-Ахнаса ибн Шурика к Бану Зухра — а он многобожник, как и они: «О Бану Зухра! Аллах спас для вас ваше имущество и избавил вас от Утбы ибн Рабиа..» — и так далее.

112Дошло и то невежество, в котором он пребывал, — так видел главу общины один из тех, кто приходил посланцем к Посланнику Аллаха ﷺ, — что выразилось и в словах: «Аллах, рассуди нас по праву родственных уз и даруй нам то, чего мы не знаем», — а назавтра его настигло возмездие.

113Проходило и его слово Хакиму ибн Хизаму, когда пришли к нему два посланца от Утбы ибн Рабиа, призывая отказаться от битвы: «Никогда! Клянусь Аллахом, мы не вернёмся, пока Аллах не рассудит между нами и между Мухаммадом!»

114Таково было их ведение о Нём, и присутствовало оно в них при всякой подходящей ситуации. Не в том было их дело, будто они не знают Аллаха, либо не знают, что никому не совладать с Ним, либо не знают, что Он — Тот, Кто судит и разделяет истину меж двух сошедшихся воинств там, где никто не отвратит Его суда.. Их истинное многобожие состояло прежде всего в восприятии ими жизненного уклада своего…

115*[исходник обрывается на середине фразы]*

116«…и законов не от Аллаха», — которых они знают и признают именно в этом качестве, — точно так же многобожники были уверены, что следуют прямым путём религии своего отца Ибрахима! Даже Абу Джахль — а он ведь был подлинным Абу Джахлем! — просил у своего Господа победы в час тягот и произносил в своей мольбе, по преданию: «О Аллах, поддержи сегодня ту из двух сторон, которая крепче блюдёт связь родства»..

117Что же до тех идолов, в поклонении которым они были заняты, то это никогда не проистекало из веры в их божественность, подобную божественности Аллаха. Великий Коран прямо раскрыл истинный характер их представлений о них и причину, по которой они обращали к ним обряды, словами Всевышнего: «А те, которые взяли себе покровителей помимо Него, говорят: „Мы поклоняемся им только для того, чтобы они приблизили нас к Аллаху“» («аз-Зумар»: 3).. Таков был предел их представлений о них.. лишь заступники пред Аллахом.. И подлинное их многобожие не состояло в этой стороне; и ислам того, кто из них принимал ислам, не выражался просто в отказе искать заступничества у этих идолов. Иначе ханифы, отстранившиеся от поклонения этим идолам и обращавшие обряды к одному лишь Аллаху, считались бы мусульманами! Ислам воплощается в убеждении и обрядах и в единственном праве Аллаха на власть (хакимийя). Те же, кто не выделяет Аллаха, Пречист Он, одним лишь правом власти, — в любую эпоху и в любом месте — многобожники. Не выводит их из этого многобожия ни то, что убеждение «нет божества, кроме Аллаха» остаётся у них чисто умозрительным убеждением, ни то, что они обращают обряды к одному лишь Аллаху. До этого рубежа они подобны ханифам, которых никто не причисляет к мусульманам. Люди признаются мусульманами лишь тогда, когда завершаются все звенья цепи, то есть когда к убеждению и обрядам присоединяется выделение Аллаха, Пречист Он, единственным правом власти и отвержение признания законности какого бы то ни было суждения, или закона, или порядка, или ценности, либо следования тому, чего не установил Посланник Аллаха ﷺ, — как этот смысл известен равно в исламском вероубеждении и в исламской действительности!

118И затем — чтобы эти, свидетельствующие «нет божества, кроме Аллаха» в таком смысле и с таким значением, объединялись в движенное сообщество под мусульманским предводительством и отслаивались от родоплеменного сборища и его джахилийского руководства!

119Вот что должны уяснить себе те, кто хочет быть «мусульманами»; пусть их не обманывает насчёт истины их положения уловка, будто они мусульмане по убеждению и по поклонению. Одно это ещё не делает людей «мусульманами», пока не удостоверится, что они выделяют Аллаха, Пречист Он, единственным правом власти, отвергают власть рабов и сбрасывают свою верность джахилийскому сообществу и его джахилийскому руководству.

120Множество искренних добрых людей вводит в заблуждение эта хитрость.. Они желают для себя Ислама, но оказываются отвлечёнными от него обманом. Тем более подобает им удостоверить подлинный и единственный образ Ислама и знать, что многобожники из арабов, носившие имя «многобожников», ничем от них не отличались! Ведь они знали Аллаха в Его истинности, как мы выяснили, и приставляли Ему заступников из своих идолов; а основное их многобожие воплощалось не в вероубеждении, но во власти!

121Исламскому движению, которое борется за возрождение этой религии на земле в реальной жизни, надлежит удостовериться в этой истине ясно и глубоко; не должно быть в ней никаких колебаний; и надлежит разъяснить её людям открыто, ясно и решительно.. ибо это точка старта и отправления.. Если движение отклонится от неё с самого начала хотя бы минимальным отклонением, оно собьётся со всего пути и выстроится на ином основании — сколько бы ни было у него потом искренности, терпения и решимости сложить голову на этом пути!

122Затем контекст вновь обращается с воззванием к тем, кто уверовал — в непрерывной череде откровенных воззваний — вслед за упоминанием о них и о том, что Аллах с ними.. Он вновь обращается к ним, воззывая их к повиновению Аллаху и Его Посланнику, и предостерегает их от отворачивания от Него и уподобления тем, кто слышит аяты Аллаха, читаемые им, так, словно не слышит их.. тем глухим и немым, у которых есть уши, воспринимающие звуки, и языки, произносящие слова.. тем, кто худшие из живых существ, ступающих по этой земле, ибо они не идут прямым путём благодаря тому, что услышали:

«О те, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху и Его Посланнику и не отворачивайтесь от него, когда вы слушаете. Не будьте подобны тем, которые сказали: „Мы услышали“, тогда как не слушали. Воистину, худшие из живых существ перед Аллахом — глухие и немые, которые не разумеют. Если бы Аллах знал, что в них есть добро, Он непременно дал бы им услышать. Но даже если бы Он дал им услышать, они бы непременно отвернулись и уклонились» («аль-Анфаль»: 20–23).

123Это воззвание здесь — к уверовавшим, чтобы они повиновались Аллаху и Посланнику и не отворачивались от Него, слыша Его аяты.. И приходит оно лишь после всех его откровенных предпосылок.. после обзора событий битвы, после зримой десницы Аллаха в ней, Его распоряжения и предопределения, Его помощи и подкрепления; после подтверждения, что Аллах — с верующими и что Аллах расстраивает козни неверных. Что же остаётся после всего этого, кроме слуха и повиновения Аллаху и Посланнику? А отворачивание от Посланника и его повелений после всего этого выглядит поистине странным и гнусным — нет человека с сердцем размышляющим и разумом вдумчивым, кто поставил бы себя выше этого. Отсюда и упоминание живых существ в подобающем им месте! Слово «давабб» охватывает людей — ведь и они ступают по земле, — но чаще оно употребляется о домашних животных, и одно лишь его произнесение бросает эту тень, придавая «глухим и немым, лишённым разума» облик животного в чувстве и воображении! И они действительно таковы.. даже более того: они худшие из живых существ! Ведь у животных есть уши, но слышат они лишь смутные звуки; есть язык, но не произносят они членораздельных слов. Однако животные идут прямым путём своей фитрой в том, что касается насущных дел их жизни. Эти же живые существа предоставлены собственному разумению, из которого не извлекают пользы. Так они — решительно худшие из живых существ:

124«Воистину, худшие из живых существ перед Аллахом — глухие и немые, которые не разумеют»..

125«Если бы Аллах знал, что в них есть добро, Он непременно дал бы им услышать»..

126То есть дал бы услышать сердцам их и раскрыл их — уши же их этого не слышат. Но Он, Пречист Он, не узрел в них никакого добра и никакой тяги к прямому пути:

127ибо они погубили свои природные задатки восприятия и отклика, и Аллах не открыл им того, что они затворили в своих сердцах, и того, чем погубили свою фитру. И если бы Аллах дал им постичь разумом истину того, к чему их призывают, они не раскрыли бы Ему свои сердца, не откликнулись бы и не поняли.. «Но даже если бы Он дал им услышать, они бы непременно отвернулись и уклонились».

128Ибо разум может постичь — но заглохшее сердце не откликается. Даже если бы Аллах дал им услышать слухом понимания, они отвернулись бы от отклика. А отклик — это и есть подлинный слух. Сколь многих людей их разумы понимают, но сердца их заглохли и не откликаются!

129Ещё раз повторяется воззвание к уверовавшим.. воззвание к ним, чтобы они откликались Аллаху и Посланнику, — с побуждением к отклику и предостережением от отворачивания:

«О те, которые уверовали! Отвечайте Аллаху и Посланнику, когда он призывает вас к тому, что дарует вам жизнь. Знайте, что Аллах стоит между человеком и его сердцем, и что к Нему вы будете собраны. Помните, что вы были малочисленны и слабы на земле, опасаясь, что люди похитят вас, но Он дал вам убежище, поддержал вас Своей победой и наделил вас благами, чтобы вы были благодарными» («аль-Анфаль»: 24, 26).

130Посланник Аллаха ﷺ зовёт их к тому, что оживляет их.. зовёт к жизни во всех видах жизни и во всех смыслах жизни.

131Он зовёт их освободиться от покорности и унижения перед зримыми причинами, от рабства кому-либо помимо Аллаха и от унизительности рабского положения. И зовёт их к шариату от Аллаха, который своим появлением провозглашает свободу человека и его достоинство, ибо исходит от одного лишь Аллаха, и перед которым всё человечество встаёт единым равным строем: ни отдельная личность среди народа, ни сословие в общине, ни пол среди полов, ни народ среди народов не выступает арбитром, — но все они вместе устремляются вперёд свободными и равными под сенью шариата, чей Владелец — Аллах, Господь рабов.

132Он зовёт их к методу жизни, методу мысли, методу видения мира, освобождающему их от всех оков, кроме рамок правильной фитры — той природы, которую установил Творец человека, Знающий своё творение; рамок, хранящих созидательную энергию от распыления, не подавляющих её, не разбивающих и не удерживающих от позитивной созидательной деятельности.

133Он призывает их к силе, достоинству и возвышению — посредством их вероучения и их метода, доверия к их религии и убеждённости в ней, — к выходу на всю землю, чтобы освободить человека и всё его достояние, вывести из рабства рабам в рабство одному лишь Аллаху и утвердить высшее человеческое достоинство, которое даровал ему Аллах, а тираны отняли у него!

134Он призывает их к джихаду на пути Аллаха ради утверждения божественности Аллаха, Пречист Он, на земле и в жизни людей, сокрушения мнимой божественности рабов и преследования этих агрессоров против божественности Аллаха, Пречист Он, Его власти и Его верховенства, — пока они не вернутся к власти одного лишь Аллаха, и тогда вся религия целиком будет принадлежать Аллаху. И даже когда в этом джихаде их постигала смерть, устремление их — шахада — само было жизнью. Таково в общих чертах то, к чему зовёт их Посланник Аллаха ﷺ, — зов к жизни во всех смыслах жизни.

135Эта религия — целостный метод жизни, а не просто вероучение, хранимое втайне; метод реальный, в рамках которого жизнь растёт и восходит. Потому и зов этот — зов к жизни во всех её видах и формах, во всех её сферах и значениях. Кораническое выражение сводит всё это воедино в немногих исполненных смысла словах:

«О те, которые уверовали! Отвечайте Аллаху и Посланнику, когда он призывает вас к тому, что дарует вам жизнь» («аль-Анфаль»: 24).. Откликнитесь же Ему добровольно, по собственному выбору, — хотя Аллах, Пречист Он, властен принудить вас к прямому пути, если пожелает:

«И знайте, что Аллах стоит между человеком и его сердцем» («аль-Анфаль»: 24)..

136О, какой грозный, наводящий ужас образ всесокрушающей и вместе с тем неуловимо-тонкой мощи! «Аллах стоит между человеком и его сердцем» — разделяет его с его сердцем, завладевает этим сердцем, задерживает его, распоряжается им как желает и оборачивает его, как хочет, — а владелец его не властен над ним ни в чём, хоть оно и меж его рёбер!

137Поистине грозный образ, который рисует себе сердце в кораническом тексте, — но человеческое слово бессильно передать его звучание в этом сердце и описать это звучание в нервах и ощущении!

138Это образ, требующий постоянного бодрствования, постоянной осмотрительности, постоянной настороженности.. Бодрствования — над биениями и трепетами сердца, над его порывами; осмотрительности — перед каждым наваждением в нём, перед каждой наклонностью, из опасения, как бы она не стала соскальзыванием; настороженности — к ловушкам, соблазнам и наваждениям; и постоянного прибегания к Аллаху, Пречист Он, — из боязни, что это сердце перевернётся в одной из минут небрежения, или невнимания, или внезапного толчка.

139Посланник Аллаха ﷺ, сам непогрешимый, часто повторял мольбу к своему Господу: «О Аллах, о Переворачивающий сердца, утверди моё сердце в Твоей религии».. Что же говорить о людях — не посланниках и не непогрешимых?!

140Это образ, который вправду потрясает сердце; верующий ощущает его дрожью во всём своём существе, когда хоть мгновение остаётся наедине с ним, всматриваясь в своё сердце между рёбрами — и в когти хватки Властителя, — не имея над ним никакой власти, хоть носит его меж рёбрами легко!

141Образ, который Он являет тем, кто уверовал, и им же ведёт прямым путём:

142«О те, которые уверовали! Отвечайте Аллаху и Посланнику, когда он призывает вас к тому, что дарует вам жизнь»..

143— чтобы сказать им: Аллах властен принудить вас к прямому пути, если бы хотел, — властен принудить вас и к отклику на этот призыв, которым Он вас зовёт. Но Он, Пречист Он, чтит вас: Он зовёт вас, чтобы вы откликнулись добровольно и стяжали награду, по собственной воле возвысили свою человечность и поднялись до уровня доверия (аманы), которое Он вручил этому созданию, именуемому человеком.. доверия избранного прямого пути.. доверия осознанного наместничества.. доверия воли, действующей сознательно и со знанием.

«И что к Нему вы будете собраны» («аль-Анфаль»: 24).. Сердца ваши — перед Ним, и вы затем будете собраны к Нему. Нет вам от Него избавления — ни в здешнем мире, ни в мире последнем. И при этом Он зовёт вас откликнуться откликом свободного, ожидающего награды, а не откликом покорённого силой раба.

144Затем Он предостерегает их…

145…от уклонения от джихада, от отклика на призыв жизни и от нерадивости в изменении зла, в каком бы обличье оно ни являлось:

«И бойтесь смуты, которая поразит не только тех из вас, кто поступал несправедливо. И знайте, что Аллах суров в наказании» («аль-Анфаль»: 25)..

146Смута — это испытание, это напасть.. А община, которая не дозволяет какой-либо своей части притеснять других в любом из обличий этого угнетения — а ведь самое гнусное из угнетений есть отвержение закона Аллаха и Его уклада жизни, — которая не встаёт преградой на пути притеснителей и не преграждает дорогу сеющим порчу.. такая община заслуживает того, чтобы её постигла вина притеснителей-сеятелей порчи.. Ислам же — метод живого взаимного поручительства, который не дозволяет праздным сидеть сложа руки перед лицом угнетения, порчи и козней, — тем более оставаться молчаливыми зрителями того, как религию Аллаха оставляют без следования, как божественность Аллаха сокрушают и на её место возводят божественность рабов! А после этого они ещё надеются, что Аллах выведет их из смуты, — потому что они, дескать, сами по себе праведны и чисты!

147Пусть даже сопротивление угнетению обходится людям расходами душ и имущества — Коран вновь напоминает общине верующих, к которой этот Коран обращался в первый раз, о её былой слабости и малочисленности, о вреде, который ей наносился, и о страхе, который её окутывал.. и о том, как укрыл её этим Своим вероуставом Аллах, как возвысил её и дал ей благой удел.. Так пусть же никто из них не сидит сложа руки перед жизнью, к которой призвал её Посланник Аллаха ﷺ, ни перед тяготами этой жизни, которой Аллах её возвысил, одарил её и оградил:

«Вспомните, как вы были малочисленны и слабы на земле, опасаясь, что люди похитят вас, но Он дал вам убежище, поддержал вас Своей победой и наделил вас благами, чтобы вы были благодарными» («аль-Анфаль»: 26)..

148Вспоминайте это, чтобы утвердилась ваша уверенность: Посланник зовёт вас не по мерке вашего числа и видимой силы.. Вспоминайте же его для того, чтобы не сидеть сложа руки перед борьбой с угнетением во всех его видах и формах.. Вспомните дни слабости и страха — до того, как направил вас Аллах на бой с многобожниками, до того, как призвал вас Посланник выступить против сильной группировки, а вы неохотно тянулись.. Затем взгляните, какими вы стали после этого любезного призыва: обратились вы могущественными, которым даётся победа, которые получают награду и наделяются уделом. Аллах дарует вам из благ, чтобы приготовить вас к благодарности Ему, — и награду вы получаете за самую вашу благодарность, по Его милости!

149Кораническое выражение рисует живую картину — картину малочисленности, слабости, тревоги и страха:

«...опасаясь, что люди похитят вас» («аль-Анфаль»: 26)..

150Это картина затаённых засад и трепета, настороженного ожидания и паники — так что глазу почти видятся испуганные лица, метущиеся движения, блуждающие взгляды.. протягиваются руки, готовые схватить, — а малая горстка верующих стоит в ожидании и тревоге.

151От этой картины ужаса — к безопасности, силе, победе, благому уделу и щедрому достатку под покровительством Аллаха, Который укрыл их при Себе:

«но Он дал вам убежище».. «поддержал вас Своей победой».. «наделил вас благами» («аль-Анфаль»: 26)..

152Здесь и раскрывается обращённость Аллаха к ним — чтобы благодарили они и получали награду:

«чтобы вы были благодарными» («аль-Анфаль»: 26)..

153Кто же тот, кто взирает на эту дальнюю горстку слабых — и не откликается на голос безопасной, сильной, богатой жизни.. на голос верного, великодушного Посланника?! И кто тот, кто не благодарит Аллаха за то, что Он дал ему убежище, даровал победу и милость Свою, — при этой картине и этом напоминании, представших пред ним, каждое со своим ритмом и своим внушением?

154Надо сказать, эти люди жили обеими этими картинами наяву.. они вспоминали то, что знали о своём состоянии в прошлом и настоящем.. и потому этот Коран звучал в их восприятии так, словно он сам изведал всё это.

155Община же верующих, которая сегодня борется за возрождение этой религии в реальности земли и в жизни людей, быть может, не миновала обоих этапов этого пути и не вкусила обоих вкусов.. но этот Коран взывает к ней с той же самой истиной.. И если сегодня она живёт именно словами Всевышнего:

«...вы были малочисленны и слабы на земле, опасаясь, что люди похитят вас» («аль-Анфаль»: 26)..

156— тем более подобает ей откликнуться на призыв жизни, с которым к ней обратился Посланник Аллаха ﷺ.. тем более подобает ей ждать в убеждённости и доверии обещания, которое Аллах дал общине верующих, — обещания, которое Он исполнил для первой общины и которое обязался исполнить для всякой общины, идущей прямым путём Его дороги и терпеливой под её тяготами.. тем более подобает ей ожидать слов Всевышнего:

«Он дал вам убежище, поддержал вас Своей победой и наделил вас благами, чтобы вы были благодарными» («аль-Анфаль»: 26)..

157Она имеет дело с истинным обещанием Аллаха, — а не с обманчивыми явлениями действительности, — и обещание Аллаха и есть та действительность общины верующих, которая перевешивает любую иную действительность!

158Затем воззвание к уверовавшим звучит вновь.. Ведь имущество и дети могут удержать людей от отклика — из страха и скупости. Жизнь, к которой зовёт Посланник Аллаха ﷺ, — жизнь достойная: неизбежны её тяготы, неизбежны и жертвы.. Потому и разбирает Коран эту жадность, напоминая об искушении имущества и детей — месте испытания, проверки и экзамена, — предостерегая от бессилия пройти этот экзамен, от отставания от призыва джихада, от уклонения от тягот доверия, договора и присяги; и считает такое отставание предательством Аллаха и Посланника, предательством доверий, которые несёт на земле община верующих: возвышение слова Аллаха, утверждение единственной божественности Его для рабов, опека над человечеством во имя истины и справедливости.. И вместе с этим предостережением — напоминание о великой награде, что у Аллаха, которая перевешивает имущество и детей, могущие удержать людей от жертвы и джихада:

«О те, которые уверовали! Не предавайте Аллаха и Посланника и не предавайте вверенного вам на хранение, тогда как вы знаете. Знайте, что ваше имущество и ваши дети являются искушением и что у Аллаха есть великая награда» («аль-Анфаль»: 27–28)..

159Отказаться от тягот мусульманской общины на земле — значит предать Аллаха и Посланника. Ведь первая основа этой религии — вопрос: «Нет божества, кроме Аллаха, Мухаммад — Посланник Аллаха».. вопрос выделения Аллаха, Пречист Он, единственным в божественности и принятия этого в том виде, в каком донёс один лишь Мухаммад ﷺ.. Человечество за всю свою историю вовсе не отрицало Аллаха начисто; нет — оно лишь придавало Ему сотоварищей: иногда немногих — в вероубеждении и поклонении, иногда многих — во власти и владычестве, и именно такой ширк преобладает и составляет большинство.. Оттого первая основа этой религии состояла не в том, чтобы склонить людей к вере в божественность Аллаха, но в том, чтобы склонить их к выделению Его, Пречистого, единственным в божественности, к свидетельству «нет божества, кроме Аллаха», — то есть к выделению Его одним лишь правом власти в их земной жизни, как они сопряжены с правом власти Его в устройстве мироздания, — во исполнение слов Аллаха Всевышнего: «Он — Тот, Кто является божеством на небе и божеством на земле» («аз-Зухруф»: 84).. Точно так же она состояла в том, чтобы склонить людей к тому, что Посланник — один лишь передающий от Аллаха; а отсюда — приверженность всему, что он доносит до них от Него.

160Вот что такое вопрос этой религии: убеждение, утверждающее её в совести, и движение, утверждающее её в жизни.. Поэтому отказ от неё — предательство Аллаха и Посланника, и Аллах предостерёг от этого общину верующих, которая уверовала в неё и объявила эту веру открыто; на неё стало обязательным бороться за претворение смысла религии в действительность и поднимать тяготы этого провозглашения — душами, имуществом и детьми.

161Точно так же Он предостерёг её от предательства доверия, которое она приняла на себя в тот день, когда присягнула Посланнику Аллаха ﷺ на верность исламу. Ислам — не слово, произносимое языком, и не перечень фраз и мольб. Это целостный и всеобъемлющий жизненный метод, на пути которого встают препятствия и лишения. Это метод построения действительности жизни на основе «нет божества, кроме Аллаха»: возвращение людей в рабство истинному Господу их; возвращение общества под право власти Его и закон Его; возвращение тиранов, посягающих на божественность Аллаха и власть Его, из тирании и агрессии; водворение справедливости среди всех людей и установление равновесия меж ними неизменными весами; процветание земли и несение обязанностей наместничества на ней ради Аллаха — методом Аллаха.

162И всё это — доверие от Аллаха: кто не несёт его, тот предал его, нарушил завет, заключённый с Аллахом, и расторг присягу, которой присягнул Посланнику Его.

163А всё это требует жертв, терпения и стойкости, превосходства над искушением имущества и детей, устремлённости к тому, что у Аллаха, — великой награде, сбережённой для рабов Его, верных Его доверию, терпеливых, предпочитающих других себе, приносящих жертву:

«Знайте, что ваше имущество и ваши дети являются искушением и что у Аллаха есть великая награда» («аль-Анфаль»: 28)..

164Этот Коран обращается к человеческой природе с тем знанием, каким Творец её владеет о её сокровенном устроении, и с тем, что открывается в ней из зримого и незримого, из скрытого, из троп и путей её.

165И Он, Пречист Он, знает места слабости в этой природе — и знает, что жажда имущества и детей принадлежит к глубочайшим местам её слабости.. Потому и наставляет Он её относительно истины дара имущества и детей: Аллах даровал их людям, чтобы подвергнуть их этим испытанию и искушению. Они — из украшения мирской жизни, которое становится местом проверки и испытания, дабы увидел Аллах в них, что творит раб и как распоряжается дарованным: благодарит ли за него и воздаёт право милости — или поглощён им настолько, что забывает воздать право Аллаха в нём?

«Мы испытываем вас злом и добром для искушения» («аль-Анбия»: 35).. Ибо испытание приходит не одной лишь тяжестью и лишением — оно приходит также изобильем и даром! А изобилие и дар — это имущество и дети.

166Таково первое предостережение:

«Знайте, что ваше имущество и ваши дети являются искушением» («аль-Анфаль»: 28)..

167Когда сердце замечает место испытания и проверки, это помогает ему бдить, стоять настороже и беречься, чтобы не увлечься, не забыться и не дрогнуть в экзамене и искушении.

168И Аллах не оставляет человека без помощи от Себя и без воздаяния.. Человек может ослабнуть в исполнении — уже после пробуждения — из-за тяжести жертвы и огромности обязанности, особенно там, где коренится его слабость: в имуществе и детях! И тогда ему приоткрывается то, что лучше и долговечнее, — чтобы он опёрся на это против искушения и укрепился:

«и что у Аллаха есть великая награда» («аль-Анфаль»: 28)..

169Он, Пречист Он, — Тот, кто даровал имущество и детей.. И у Него за ними — великая награда для того, кто превозмогает искушение имущества и детей. Пусть же никто после этого не сидит сложа руки перед тяготами доверия и жертвами джихада.. Вот помощь и поддержка человеку немощному, чьи места слабости знает Создатель его: «...человек создан слабым» («ан-Ниса»: 28)..

170Это целостный метод — в вероубеждении и мировосприятии, в воспитании и наставлении, в предписании и обязанности. Метод Аллаха, Который ведает, ибо Он — Тот, кто творил: «Неужели Тот, Кто сотворил, не знает этого? Ведь Он — Проницательный, Ведающий» («аль-Мульк»: 14)..

171И завершает этот кусок суры, обращённый к уверовавшим, последнее воззвание — воззвание к богобоязненности. Если сердца восстанут с такой решимостью, они пересекут долгую тернистую дорогу.. А различение даётся не иначе как чуткой богобоязненностью и светом Аллаха:

«О те, которые уверовали! Если вы будете бояться Аллаха, то Он даст вам способность различать истину и ложь, простит ваши злодеяния и простит вас. Ведь Аллах обладает великой милостью» («аль-Анфаль»: 29)..

172Вот припас — и вот снаряжение дороги.. Припас богобоязненности, которая животворит сердца, будит их и воспламеняет в них все механизмы осторожности, осмотрительности и предусмотрительности.. Снаряжение содействия свыше — путеводного, раскрывающего изгибы дороги и её тропы на всю широту взгляда, так что сомнения не окутывают их, — сомнения, заслоняющие полное и здравое видение.. А затем это припас прощения за прегрешения, припас успокоения, изливающий безмятежность и твёрдость решимости, и припас надежды на великую милость Аллаха — в тот день, когда истощатся запасы и оскудеют дела.

173Воистину, богобоязненность перед Аллахом помещает в сердце различение, открывающее ему повороты дороги, — но эта истина, как всякая истина вероучения, известна лишь тому, кто изведал её на деле! Описание не переносит вкус этой истины тому, кто не вкусил её!

174Пока не будет богобоязненности, дела остаются сплетёнными в чувстве и разуме, дороги — перепутанными в созерцании и мысли, а ложь цепко держится за довод, который громок, но не убеждает, который заставляет молчать, но сердца и разум не откликаются ему.. Спор остаётся пустым препирательством, дискуссия — напрасной тратой сил.. Таково положение, пока не станет всем этим сама богобоязненность.. Когда же разум озарится и истина откроется, дорога станет лёгкой, сердце успокоится, совесть отдохнёт, стопа обретёт прочность и утвердится на…

Под сенью Корана — Том 3. Сура «аль-Анфаль» (продолжение)

175*(Фрагмент открывается последними абзацами предыдущего раздела толкования.)*

176Истина сама по себе не сокрыта от врождённой природы — фитры: между фитрой и истиной, на которой она сотворена, — той, которой сотворены небеса и земля, — заключено изначальное согласие .. Но страсть заслоняет от неё истину, и страсть эта — та самая, что преграждает ей путь .. Страсть — не довод! Её опровергает довод, который родствен фитре, открывается ей и расчищает дорогу.

177Это — благо, которому невозможно назначить цену .. но великая милость Аллаха прибавляет к нему ещё и сокрытие прегрешений и прощение грехов. А затем прибавляет к обоим этим дарам «великую милость» .. Ведь это — великий дар, и не даёт его никто, кроме Господа, «Щедрого», Обладающего великой милостью.

«И вот неверные замышляли против тебя: схватить тебя, или убить, или изгнать. Они замышляют, и Аллах замышляет, а Аллах — Наилучший из замышляющих» (аль-Анфаль: 30).

«Когда им читают Наши аяты, они говорят: „Мы уже слышали это. Если бы мы захотели, то сказали бы то же самое, ведь это — не что иное, как сказания древних народов“» (аль-Анфаль: 31).

«Вот они говорят: „О Аллах! Если это — истина от Тебя, то обрушь на нас каменный дождь с неба или подвергни нас мучительному наказанию“» (аль-Анфаль: 32).

«Но Аллах не стал наказывать их, пока ты находишься среди них. Аллах не станет наказывать их, когда они просят прощения» (аль-Анфаль: 33).

«Почему они не должны быть наказаны Аллахом, когда они отстраняют людей от Заповедной мечети, хотя не являются её покровителями? Покровители её — только богобоязненные, но большинство их не знает этого» (аль-Анфаль: 34).

«Молитва их у Дома состоит лишь из свиста и хлопков. Вкусите же наказание за то, что вы не веровали» (аль-Анфаль: 35).

«Воистину, те, которые не веруют, расходуют своё имущество, чтобы отвратить других от пути Аллаха. Они непременно израсходуют его, но потом будут сожалеть об этом, а затем будут повержены. Неверующие будут собраны в Геенну» (аль-Анфаль: 36).

«Чтобы Аллах отделил скверное от чистого, сложил скверное одно с другим, свалил всё вместе и бросил в Геенну. Они и есть потерпевшие убыток» (аль-Анфаль: 37).

«Скажи тем, которые не веруют: если они прекратят, то прощено им будет то, что было раньше. Если же они возвратятся, то ведь уже была практика первых» (аль-Анфаль: 38).

«Сражайтесь с ними, чтобы не было искушения, и чтобы религия целиком была посвящена Аллаху. Но если они прекратят, то ведь Аллах видит то, что они совершают» (аль-Анфаль: 39).

«Если же они отвернутся, то знайте, что Аллах — ваш Покровитель. Как прекрасен этот Покровитель и как прекрасен этот Помощник!» (аль-Анфаль: 40).

178Далее контекст движется по суре: он ставит прошлое лицом к лицу с настоящим, показывает мусульманскую общину — ту самую, что выдержала битву и стяжала в ней незабываемую победу — во всём размахе исполинского перехода от того прошлого к этому настоящему. И являет нам милость Аллаха к ней, явленную в Его промышлении о ней и предопределении для неё, — а рядом с этим меркнут трофеи и военная добыча, как рядом с этим ничего не стоят жертвенность и тяготы.

179Он напоминает, каковы были мусульмане в Мекке до этого похода: малочисленные, слабые, лишённые всякой опоры, — так, что люди могли похитить любого из них; и рисует то, к чему они пришли: почёт, могущество и щедроты — по промышлению Аллаха, под Его охраной и по Его милости.

180И здесь он делает отступление, рисуя позицию многобожников: как они проводили ночи напролёт в заговорах против Посланника Аллаха ﷺ — ещё до переселения — и держали совет. Они отмахивались от аятов, которые были у него, и утверждали, будто и сами способны создать подобные, если пожелают! Они противодействовали, и упрямство несло их вперёд, так что они торопили кару — если это действительно истина от Аллаха! — вместо того чтобы устремиться к ней и найти в ней прямой путь.

181Затем он рассказывает, как они складывались деньгами, чтобы преградить путь Аллаху, и объединялись для войны против Посланника Аллаха ﷺ — и всё это обернулось для них убытком в мире этом и адом в мире вечном: потерей двойной, потерею потерь.

182И в конце концов Аллах повелевает Своему Пророку обратиться к неверным и предоставить им выбор между двумя путями: либо они оставят своё — и тогда им будет прощено то, что было прежде, в эпоху неведения, из этих гнусных дел; либо вернутся к нему — и тогда их постигнет то, что постигло первых из подобных им, и над ними свершится сунна Аллаха — кара, которую Аллах желает, которая определена Его волей и вершится так, как Он хочет.

183Затем Аллах повелевает мусульманам сражаться с ними — чтобы у неверия не осталось силы, которой оно смущало бы мусульман, и чтобы божественность на земле утвердилась за одним лишь Аллахом, и религия целиком стала достоянием Аллаха. Если же они объявят о покорности прежде, чем Посланник Аллаха ﷺ предъявит им это требование, — тем лучше; если же нет — мусульмане продолжают свой джихад, невзирая на их отказ признать божественность одного лишь Аллаха и покорность власти Аллаха на земле, и ведут этот джихад, твёрдо зная, что Аллах — их Покровитель. Как прекрасен этот Покровитель, как прекрасен этот Помощник! ..

184[стр. 1900]

«И вот неверные замышляли против тебя: схватить тебя, или убить, или изгнать. Они замышляют, и Аллах замышляет, а Аллах — Наилучший из замышляющих» (аль-Анфаль: 30).

185Это — напоминание о том, что было в Мекке, до того как переменилось положение и перевернулись обстоятельства, и оно внушает уверенность и твёрдое знание будущего; оно обращает взоры к промышлению судьбы Аллаха и Его мудрости во всём, что Он вершит и постановляет. Мусульмане, к которым впервые обращался этот Коран, знали обе эпохи — знали так, как знает тот, кто жил, видел и изведал сам. Им довольно было вспомнить это недавнее прошлое со всем его страхом и тревогой — и поставить рядом настоящее, реальное, с его безопасностью и покоем; вспомнить козни и ков многобожников против Посланника Аллаха ﷺ — и нынешнее превосходство над ними, которое было много больше, чем просто избавление от них.

186Они плели ков, чтобы связать Посланника Аллаха ﷺ и держать его в заточении до смерти; или убить его и избавиться от него; или изгнать его из Мекки изгнанником, гонимым. Они совещались обо всём этом, а затем избрали убийство — с тем условием, что удар нанесут юноши, по одному от всех родов, чтобы кровь его распределилась между родами и бану хашим оказались бессильны воевать со всеми арабами сразу, — приняли бы кровные деньги, и делу пришёл бы конец!

187Имам Ахмад передал: нам рассказал Абд ар-Раззак: нам сообщил Ма‘мар: мне рассказал Осман аль-Джарири от Муксыма, вольноотпущенника Ибн Аббаса, что курайшиты держали совет и скрепили свой сговор узами, имея в виду Посланника Аллаха ﷺ. Одни говорили: «Свяжем его!» Другие говорили: «Нет, убьём его!» Третьи говорили: «Изгоним!» И Аллах открыл Своему Пророку ﷺ это; Посланник Аллаха ﷺ лёг спать, а затем вышел и добрался до грота. Многобожники же всю ночь сторожили Али, полагая, что это Пророк ﷺ. Когда настало утро, они увидели Али — и поняли, что Аллах обратил их ков против них самих. «Где твой спутник?» — спросили они. «Не ведаю», — отвечал он. Они пустились по следу; когда след дошёл до горы и затерялся, они поднялись наверх и увидели грот, а на его входе — паутину, и сказали: «Если бы он входил сюда, на входе не было бы паутины».. И он прожил там три ночи.

188«Они замышляют, и Аллах замышляет, а Аллах — Наилучший из замышляющих».

189Картина, которую рисует слово Всевышнего «Они замышляют, и Аллах замышляет».. — картина глубочайшего воздействия. Вот воображению открывается совет курайшитов: они сходятся, сносятся друг с другом, замышляют и коварствуют.. — а Аллах позади них, Он объемлет их всё: коварством, которое пресекает их коварство, — не силой, которая их отражает.

190Это картина насмешливая — и в то же время картина устрашающая. Что за жалкие, немощные человечки перед той способностью всё совершить — перед могуществом Аллаха Грозного, Владыки над рабами Своими, Того, кому принадлежит решающее слово и Кто объял всякую вещь?

191Кораническое слово пишет эту картину так, как это дано одному лишь Корану: от неё содрогаются сердца, она волнует самую глубину чувства.

192[стр. 1901]

193Далее контекст описывает положение неверных, их дела, их претензии и измышления — пока претензии их не доходят до утверждения, будто они и сами могут создать подобие этого Корана, если пожелают! — при том что этот благородный Коран они обзывают «сказками древних».

«Когда им читают Наши аяты, они говорят: „Мы уже слышали это. Если бы мы захотели, то сказали бы то же самое, ведь это — не что иное, как сказания древних народов“» (аль-Анфаль: 31).

194Толкователи — ‘Икрима, ас-Судди, Ибн Джурайдж и другие — сообщают, что произносивший эти слова — ан-Надр ибн аль-Харис. Этот — да проклянёт его Аллах! — отправился в страну персов и изучил предания об их царях, Рустаме и Исфандияре, и вернулся лишь тогда, когда дело Посланника Аллаха ﷺ уже возобладало и открыто заявило о себе среди людей. Бывало: Пророк ﷺ поднимется со своего места в собрании — и тогда ан-Надр, заседавший там, принимался рассказывать собравшимся истории из преданий тех царей, а напоследок спрашивал: «Клянусь Аллахом, кто расскажет лучше — я или Мухаммад?» Именно его Аллах Всевышний отдал в руки мусульман в день Бадра — он оказался среди пленных, и Посланник Аллаха ﷺ велел отсечь ему голову; так и было сделано, хвала Аллаху. Пленил же его аль-Микдад ибн аль-Асвад, да будет доволен им Аллах.

195Как передаёт Ибн Джарир: нам рассказал Мухаммад ибн Башшар: рассказал нам Мухаммад ибн Джа‘фар: рассказал нам Шу‘ба — со слов Са‘ида ибн Джубайра: Пророк ﷺ в день Бадра казнил ‘Укбу ибн Аби Муайта и ан-Надра ибн аль-Хариса. Пленителем ан-Надра был аль-Микдад. Когда Пророк ﷺ велел его убить, Посланник Аллаха ﷺ пояснил: «Он говорил о Книге Аллаха Великого и Славного то, что говорил». И когда последовал приказ его убить, аль-Микдад воскликнул: «О Посланник Аллаха, он ведь мой пленник!» — надеясь на выкуп за него. Посланник Аллаха ﷺ молвил: «О Аллах, обогати аль-Микдада из Своей щедрости!» Аль-Микдад воскликнул: «Этого я и хотел!» И по поводу именно этого ниспослана аят: «Когда им читают Наши аяты, они говорят: „Мы уже слышали это. Если бы мы захотели, то сказали бы то же самое“» (аль-Анфаль: 31).

196И сколько раз повторял Коран повествование о словах многобожников о Коране — что он, мол, «сказания древних»: «Они сказали: „Это — сказания первых поколений. Он велел записать их, и их читают ему утром и вечером“» (аль-Фуркан: 5).

197Но эти слова были лишь звеном в цепи уловок, к которым они прибегали, пытаясь встать на пути этого Корана, — Корана, который обращается к человеческой фитре с истиной, которую она узнаёт в глубинах своих, и сердце содрогается и откликается ему; который предстаёт сердцам во всей покоряющей власти своей — и они трепещут, не в силах ни противиться ему, ни уклониться от него. И вот знать курайшитов прибегает к подобным уверткам, тогда как сама знает, что это пустые измышления! Просто они выискивали в Коране нечто похожее на привычные сказания — на те басни, что кружились вокруг них, — чтобы ввести этим в заблуждение массы арабов: тех самых, ради которых и пускались в ход все эти уловки, — и удержать их в загоне рабства, в неволе у людей!

198Старейшины курайшитов знали природу этого призыва с тех самых пор, как знали значения собственного языка во всей его чистоте! Они знали: свидетельство «Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Посланник Аллаха» означает объявление мятежа власти людей — всякой и всех вместе, — выход из-под господства рабов разом и бегство к божественности одного лишь Аллаха и Его владычеству; что это рабство Аллаху принимается только через Мухаммада, Посланника Аллаха ﷺ, — а не через тех, кто вещает именем идолов и божеств; что те, кто произносит это свидетельство, выходят из-под власти курайшитов, её главенства и её господства и присоединяются к дерзкому сообществу, во главе которого стоит Мухаммад ﷺ, подчиняясь его руководству и его власти; что они отнимают верность свою у семьи, рода, племени, у старейшин и джахилийского главенства — и обращают её всю к новому руководству, к мусульманской общине, которая опирается на это новое руководство.

199Всё это и есть смысл свидетельства «Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Посланник Аллаха» .. И это была реальность — о том свидетельствовала сама знать курайшитов: они чувствовали опасность его для своего существования и для всех устоев — общественных, политических, экономических и вероучительных, — на которых это существование покоилось.

200[стр. 1902]

201Смысл же свидетельства «Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Посланник Аллаха» никогда не был этой тусклой, бессодержательной видимостью, которая сводится лишь к тому, что человек произносит эти слова как пустой звук.

202*(На этом фрагмент исходника обрывается.)*

203…убеждения и обрядов, — божественности Аллаха на земле и в жизни людей, которой нет ни существования, ни следа, — и джахилийских вождей и джахилийских сводов, тех самых, что правят обществом и распоряжаются его делами.

204И ведь в Мекке у Ислама не было ещё ни шариата, ни государства.. Но те, кто произносил оба свидетельства, покорялись этому призыву и следовали за ним — точно так же, как сбрасывали с себя джахилийское предводительство и восставали против него; как изымали свою верность из семьи, рода, племени и джахилийского главенства самим произнесением свидетельств.. Так что дело никогда не было в этом пустом, бессильном проговаривании слов: его действительное, практическое значение — в том, чтобы перевести его в истину, на которой воздвигается Ислам..

205И вот что отравляло сон знати курайшитов: натиск Ислама и этого Корана. Он тревожил их прежде, чем они сбросят с себя убеждения многобожников и их поклонения, уверуют в божественность одного лишь Аллаха, обратят обряды к Нему одному и начисто оставят поклонение идолам.. Но даже до этой черты джахилийский тагут не терпит урона: для тагута нет опасности в отрицательном вероубеждении и служебных обрядах! Это — не Ислам, как мнится части добрых, благонамеренных людей, желающих сегодня быть мусульманами, но не знающих, что такое Ислам, с достоверным знанием! Ислам — это то движение, что сопутствует произнесению обоих свидетельств.. Это — вырывание из джахилийского общества, его представлений, его ценностей, его предводительства, его власти, его законов; верность руководству исламского призыва и сплочённой мусульманской группе, желающей осуществить Ислам в мире действительности.. Именно это отравляло сон знати курайшитов, и они отбивались всеми приёмами.. Среди них и такой приём: обвинить Благородный Коран в том, что он — «сказания древних»! И что они, пожелай они, сказали бы то же самое! И это при том, что они бросали ему вызов раз за разом, раз за разом — и каждый раз оказывались бессильны и посрамлены!

206А «асатыр» во множественном числе — одна асатира: рассказ, обросший преувеличениями фантастических представлений о божествах, о старинных преданиях и сверхъестественных подвигах древних, о событиях, в которых большую роль играют безумие и суеверие. И вот знать курайшитов цеплялась за то в Коране, что повествует о первых поколениях; о чудесных событиях и поражении лжецов; о том, как поступал Аллах с обвинявшими во лжи и как спасал верующих.. — до последнего в коранических рассказах на эти темы; и говорила простодушной толпе: это — сказания древних; Мухаммад выведал их у тех, кто собирает подобные сказания, и пришёл читать вам, притязая, будто они ниспосланы ему откровением от Аллаха.. Таков был ан-Надр ибн аль-Харис: усаживался в собрании Посланника Аллаха ﷺ после того, как оно заканчивалось, либо собирался в ином месте и вступал с ним в словопрения; рассказывал персидские легенды, выученные в странствиях по стране персов, и говорил людям: вот нечто одного рода с тем, что говорит вам Мухаммад. А я вот не притязаю ни на пророчество, ни на откровение, как притязает он! Ведь это — лишь сказания, подобные этим сказаниям!

207Надо отдавать себе отчёт, что влияние у этой смуты в джахилийской среде, среди простого люда, было — особенно поначалу, пока не проявились различия между этими сказаниями и истинными рассказами Благородного Корана. Вспомним: глашатай Посланника Аллаха ﷺ перед битвой при Бадре провозгласил об убийстве ан-Надра ибн аль-Хариса. А когда тот был найден среди пленных, Пророк велел умертвить его вместе с той горстью пленных, которых велел умертвить, — и не принял за них выкупа, как за остальных.

208Однакож вышло так, что в Мекке этим приёмам не суждено было жить долго; этот род манёвров был со временем изобличён; а Коран — с той всесокрушающей властью, которую он несёт от Аллаха, и с той глубокой истиной, которую фитра быстро признаёт своей, — смёл и эти приёмы и манёвры, так что от них ничего не устояло. И сказали они: «Вот этот Коран — пустословие; болтайте же против него, — может быть, одолеете!» И нашлись вожди вроде Абу Суфьяна, Абу Джахля и аль-Ахнаса ибн Шарика, которые договорились между собой проводить ночи, тайно внимая этому Корану; и души их страшились, что ноги сами поведут их ночь за ночью туда, где они украдкой, втайне от прочих, слушают Посланника Аллаха ﷺ; — пока не обнаружили они друг друга и не закрепили на себе взаимный зарок: больше туда не ходить, из страха, что юноши увидят и будут прельщены этим Кораном и этой религией!

209Однакож попытка ан-Надра ибн аль-Хариса отвлечь людей от этого Корана чем-то иным, чем он морочил их вместо него, не была попыткой последней — и не будет.. Она повторялась в самых разных образах и будет повторяться.. Враги этой религии всегда пытались отвратить людей от этого Корана. Когда же они оказались бессильны, они обратили его в песнопения, которые распевают чтецы и которыми упиваются слушатели; обратили его в звукозаписи, которые люди носят в карманах, на груди и кладут под подушки.. и считают себя мусульманами, думая, что исполнили право этого Корана и право этой религии!

210Потом сказали: «Эта религия — досточтимая, этот Коран — неприкосновенный: он читается как читался; его поют распевщики и декламируют чтецы.. Чего же ещё хотите вы от Корана после такого чтения?! А что до ваших представлений и понятий, ваших систем и установлений, ваших законов и кодексов — там есть другой „Коран“, он и служит опорой всему этому: к нему и обращайтесь!»

211Это всё манёвр ан-Надра ибн аль-Хариса, только в развитом и усложнённом виде, отвечающем развитию эпохи и запутанности жизни. Но он — он самый, в одном из многочисленных обличий, какие знает история козней против этой религии на протяжении веков! И диво дивное в судьбе этого Корана: как ни длинны козни, ни сложны, ни развиты, ни утончённы — он всё одолевает и одолевает! У этой Книги есть свойства, приходящие свыше, и всепокоряющая власть над фитрой, которыми она одолевает козни джахилии по всей земле, козни шайтанов из иудеев и крестоносцев, козни высоких аппаратов, что выстраивают иудеи и крестоносцы на каждой земле..

212Книга всё ломит шеи своим врагам по всей земле — до того, что те делают её материалом радиопередач на всех радиостанциях, устроенных крестоносцами, и разносят её агенты их, прячущиеся под именами религии.. Поистине транслируют они её лишь после того, как бесцеремонно превратили её в умах людей — мусульман! — в нагромождение мелодий и распевов, либо в нагромождение талисманов и заговоров! И после того как удалили её даже от помышлений людей.. мусульман! .. как источника водительства жизни, и воздвигли иные источники водительства во всех делах.. Но эта Книга действует исподволь, за спиной всех этих козней, — и будет действовать; и поныне по разным концам земли есть сплочённая мусульманская группа, собирающаяся вокруг серьёзного отношения к этой Книге, берущая её единым источником водительства и ожидающая обещанного ей Аллахом победы и утверждения — сквозь козни, попрание, убийство и рассеяние.. А Аллах не нарушает Своего обещания!

213Многобожники вызывали Посланника на схватку, чтобы он вышел против них и одолел их; и вот гордыня довела их до того, что они бросили вызов самому Аллаху: пусть-де обрушит на них камни с неба или пошлёт мучительное наказание, — вместо того чтобы просить Аллаха даровать им следование этой истине и стояние в ней:

«Вот они сказали: „Аллах! Если это и есть истина от Тебя, то обрушь на нас каменный дождь с неба или подвергни нас мучительному наказанию“» («аль-Анфаль»: 32).

214Мольба диковинная! Она рисует состояние разнузданного упрямства, предпочитающего погибель покорности истине — даже когда это истина! Здоровая фитра, сомневаясь, взывает к Аллаху открыть ей лик истины и наставить её на него — и не видит в этом ничего постыдного. Но когда фитра испорчена гордыней и упрямством, её захватывает надменность греха, так что она предпочитает гибель и наказание тому, чтобы склониться перед истиной, когда та раскроется ей очевидной, вне всякого сомнения. Таким вот упрямством встречали многобожники Мекки призыв Посланника Аллаха ﷺ; но этот призыв — именно он — восторжествовал в конце концов перед этим разнузданным упрямством.

215За этим упрямством и этой дерзкою мольбой контекст идёт дальше: они заслуживали каменного дождя и мучительного наказания, которого требовали, если это — истина от Него, — а это воистину истина.. И тем не менее Аллах удержал от них карующее наказание, которым Он брал обвинявших во лжи до них: Посланник Аллаха ﷺ всё ещё звал их к верному пути. И Аллах не карает их карующим наказанием, пока Посланник среди них. И не карает их этим наказанием за их грехи, пока они просят прощения за них. И отсрочка наказания от них — вовсе не потому, что они хозяева этого Дома: они не покровители Дома — покровители Его богобоязненные:

«Но Аллах не станет наказывать их, пока ты находишься среди них. Аллах не станет наказывать их, когда они просят прощения. Неужели они не заслуживают того, чтобы Аллах наказал их, когда они отгоняют других от Заповедной мечети, хотя не являются ее покровителями? Покровителями ее являются только богобоязненные, но большинство их не знает этого. Их молитва у Каабы состояла лишь из свиста и хлопков. Вкусите же наказание за то, что вы не веровали!» («аль-Анфаль»: 33–35).

216Милостью Своей Аллах даёт им срок и не хватает их за упрямство, не берёт их за преграждение пути к Заповедной мечети, — хотя они давно заслуживают этого. И милость Аллаха даёт им срок в надежде, что из них откликнется на верный путь тот, в чьё сердце войдёт приветливость веры, — пусть даже со временем, — а Посланник не жалеет среди них сил.

217Если же Аллах обойдётся с ними по тому, в чём они пребывают, — они заслужили это наказание:

«Неужели они не заслуживают того, чтобы Аллах наказал их, когда они отгоняют других от Заповедной мечети, хотя не являются ее покровителями? Покровителями ее являются только богобоязненные, но большинство их не знает этого» («аль-Анфаль»: 34).

218Отсрочка наказания не даётся им за то, что они слывут наследниками Ибрахима и сторожами Заповедного Дома Аллаха.. Эта претензия не имеет никакого основания в реальности.. Дом Аллаха, Заповедный Дом, — не наследство, оставленное предками: Дом Аллаха наследуют лишь близкие Аллаху, богобоязненные перед Ним. И того же порядка претензия их быть наследниками Ибрахима, мир ему: наследство Ибрахима — не наследство крови и родства; это наследство религии и вероубеждения. Будь они наследниками религии — религии Аллаха, — они не отгоняли бы от неё Его истинных покровителей, уверовавших в религию Ибрахима!

219Они не покровители этого Дома, хоть и совершают возле него свои молитвы. Но что это за молитва! Если она — свист губами и хлопанье ладонями, каша и гам в ней; без ощущения святости Дома, без смирения перед Аллахом.. Передают со слов Ибн Умара, да будет доволен им Аллах: они прижимались щеками к земле, хлопали и свистели.

220Да не будем же походить на этих криунов, растирающих щёки о пороги и косяки сегодня во многих странах, называемых «странами мусульман»! Это — джахилия, проступающая в одном из своих многочисленных образов после того, как проступила она в образе ясном и великом: в образе божественности тагута на земле и владычества его в жизни людей.. А когда утвердилось это, все прочие образы джахилии — лишь её спутники и ответвления её!

«Вкусите же наказание за то, что вы не веровали!» («аль-Анфаль»: 35).

221Это то наказание, что низринулось на них при Бадре руками сплочённой общины. А наказание, которого они требовали, — кара камнями с неба, — отсрочено от них из почитания Его пророка ﷺ и из милости Аллаха, в надежде, что завершится их дело покаянием и прошением прощения за то, в чём они пребывают.

222А неверные расходуют свои богатства, чтобы отвратить людей от пути Аллаха.. Так они сделали в день Бадра — как мы рассказывали в ходе повествования о сражении по книгам сирьи.. Так и после Бадра они продолжали готовиться к следующей битве…

223.. Аллах же предупреждает их о бесславии, к которому они стремятся, и о сожалении о том, что они расходуют, — то есть о лишении благ этой жизни и о наказании геенной в Последней жизни:

«Воистину, те, которые не веруют, расходуют своё имущество, чтобы отвратить других от пути Аллаха. Они скоро израсходуют его, и оно обратится для них в сожаление, и они будут побеждены. А неверующие будут собраны в Геенну, чтобы Аллах отделил скверное от чистого, поставил скверное одно с другим, собрал всё это вместе и поместил в Геенну. Таковы потерпевшие убыток» («аль-Анфаль»: 36–37).

224Мухаммад ибн Исхак передал от аз-Зухри и других: «Когда курайшиты были поражены в день Бадра и остатки их разбитого войска вернулись в Мекку, когда Абу Суфьян пригнал своего верблюда [с караваном], — Абдаллах ибн Рабиа, Икрима и Сафван ибн Умайя вместе с группой курайшитов, чьи отцы, сыновья и братья пали при Бадре, обратились к Абу Суфьяну ибн Харбу и к тем из курайшитов, кому принадлежал товар в этом караване, и сказали: „О собрание курайшитов! Мухаммад обезлюдил вас и перебил лучших из вас! Помогите же нам этим богатством вести против него войну — может быть, мы настигнем его и отомстим за постигшее нас“. И вот о них — как упомянул Ибн Аббас — ниспослал Аллах Велик и Славен: „Те, которые не веруют, расходуют своё имущество…“»

225Но разве то, что происходило до Бадра и после него, — не одно и то же?.. Они расходуют свои средства, выкладывают все усилия, истощают всю свою хитрость, чтобы отвратить людей от пути Аллаха, чтобы воздвигать преграды на пути этой религии, ведя войну единой сплочённой общиной на всякой земле и во всякое время. Эта религия — движение, которое поднимается, чтобы напасть на джахилию; а путь её приверженцев — двигаться, чтобы сокрушить способность джахилии к нападению, а затем возвысить знамя Аллаха так, чтобы тагут не посмел его коснуться.

226Аллах — Пречист Он — предостерегает неверных, расходующих своё имущество, чтобы отвратить от пути Аллаха, что оно обернётся для них сожалением: они потратят его, и оно пропадёт впустую, а сами они будут побеждены и истина восторжествует в этом мире; и будут они собраны в Последней жизни к геенне.. «чтобы Аллах отделил скверное от чистого, поставил скверное одно с другим, собрал всё это вместе и поместил в Геенну. Таковы потерпевшие убыток».

227Каким же образом?

228Дело в том, что это расходуемое имущество мобилизует ложь и толкает её в наступление, а истина отвечает ей борьбой и джихадом, движением, чтобы покончить с ней. Так отличающиеся на стороне истины отделяются от людей лжи — даже внутри рядов, стоящих изначально под знаменем истины, ещё до испытания и искушения: тогда проявляются стойкие, терпеливые, твёрдые, которые и достойны победы Аллаха, ибо только они способны нести Его заветы и стоять на страже их, не изменяя им под давлением смуты и испытания. Тогда-то Аллах нагромождает скверну на скверну и низвергает её в геенну — вот предел убытка.

229Кораническое выражение овеществляет скверну настолько, будто это громоздкая масса, словно груда мерзостей, которую швыряют в Огонь — безо всякого разбора и почтения!.. «соберёт её целиком и поместит в Геенну».

230И это овеществление в значении производит впечатление ещё более глубокое, чем само чувство.. Таков метод Великого Корана в выражении и воздействии.

231И когда контекст приходит к этому решающему определению судьбы неверия, действующего сообща, и исхода нагромождённой скверны, речь обращается к Посланнику с последним предостережением неверным, а затем обращается и к сплочённой общине, повелевая ей сражаться, чтобы не было на земле смуты и чтобы религия целиком стала достоянием Аллаха; и вселяет уверенность в борющейся сплочённой общине, что Аллах — её Покровитель и Помощник, что не одолеют её люди ни войной, ни кознями, ибо Аллах — Защищающий её Помощник:

«Скажи тем, которые не веруют: если они прекратят, то прощено им то, что было прежде. Если же они вернутся, то ведь уже прошла практика их древних предшественников. Сражайтесь с ними, пока не исчезнет смута и пока религия целиком не будет посвящена Аллаху. Если они прекратят, то Аллах видит то, что они совершают. Если же они отвернутся, то знайте, что Аллах — ваш Покровитель. Как прекрасен этот Покровитель и как прекрасен этот Помощник!» («аль-Анфаль»: 38–39).

232«Скажи тем, которые не веруют» — в свете всего предыдущего решения Всемогущего Творца о крахе их сборищ, о сожалении их о растраченном, о превращении их после позора и унижения в этом мире в скверну, которая будет нагромождаться одна на другую, пока вся скверна не окажется ввергнута в геенну.

«Скажи тем, которые не веруют: если они прекратят, то прощено им то, что было прежде. Если же они вернутся, то ведь уже прошла практика их древних предшественников» («аль-Анфаль»: 38)..

233Перед ними — удобный случай положить конец тому неверию, в котором они пребывают, сборищам ради войны против Ислама и его людей, тратам средств на отвращение от пути Аллаха. Открыт перед ними путь покаяния во всём этом и возвращения к Аллаху, — и тогда будет прощено им то, что было прежде. Ведь Ислам любит то, что было раньше, и человек входит в него чистым от всего прежнего, каким родила его мать. Если же после этого разъяснения они вернутся к своему неверию и враждебности, то сунна Аллаха о древних поколениях не нарушится. Уже прошла сунна Аллаха о том, что Он карает обвиняемых во лжи после доведения и разъяснения и дарует Его приближённым победу, могущество и власть. Эта сунна неудержима, она не нарушается.. Пусть неверные выбирают — они стоят на распутье дорог!

234Этим заканчивается разговор с неверными, и контекст обращается к уверовавшим:

235«Если они прекратят, то Аллах видит то, что они совершают. Если же они отвернутся, то знайте, что Аллах — ваш Покровитель. Как прекрасен этот Покровитель и как прекрасен этот Помощник!»..

236Таковы пределы джихада на пути Аллаха во всякую эпоху — применительно к той эпохе.. И хотя аяты о джихаде в этой суре и законы войны и мира не являются последними текстами — последние тексты по этому вопросу были ниспосланы в суре «Бараа», пришедшей в девятом году, — и хотя Ислам, как мы сказали во вступлении к суре, есть неизбежное движение, встречающее человеческую реальность соразмерными средствами, и движение, имеющее этапы, каждому из которых соответствуют средства, отвечающие его требованиям и реальным нуждам, —

237тем не менее слова Всевышнего:

238«и сражайтесь с ними, пока не исчезнет смута и пока религия целиком не будет посвящена Аллаху»..

239закрепляют постоянное русло для исламского движения в противостоянии джахилийской реальности —

240реальности рабства людей людям и рабства тиранам, которое тоже есть рабство людям. Это достигается провозглашением божественности одного лишь Аллаха во всех сферах общей жизни, со всем многообразием её форм, систем и устройств, и полным бунтом против любого порядка в любом уголке земли, где правление принадлежит людям в каком бы то ни было виде... и так далее.

241Для достижения этой грандиозной цели необходимы два основных дела:

242Первое из них — отвращение вреда и смуты от тех, кто принимает эту религию, объявляет о своём освобождении от власти человека и возвращает своё поклонение одному Аллаху, выходя из порабощённости рабам во всех видах и формах. А это не совершится иначе как при наличии силы, которая отражает вред и смуту и ведёт борьбу против каждого тагута, чинящего вред и смуту принявшим эту религию, либо силой, средствами давления, принуждения и управления преграждающего путь желающим принять её.

243Второе — сокрушение любой силы на земле, строящейся на основе порабощения человека человеком — в какой бы то ни было форме, — дабы обеспечить первую цель и провозгласить божественность одного лишь Аллаха на всей земле, так чтобы не было никакой религиозной зависимости никому, кроме одного лишь Аллаха. Ибо религия здесь означает служение власти Аллаха (дианат султан Аллах), а не просто голое вероубеждение.

244(1) С. 133–165 настоящего тома.

245Здесь необходимо разъяснить сомнение, которое может сплестись в грудях из-за этих слов, — при том что Аллах Пречистый говорит: «Нет принуждения в религии. Прямой путь уже отличился от заблуждения» («аль-Бакара»: 256).. И хотя сказанное нами прежде о природе джихада в Исламе — особенно почерпнутое нами из книги «Джихад на пути Аллаха» уважаемого Абу-ль-Аля Маудуди — достаточно для ясного разъяснения, мы предпочли добавить к делу ещё прояснение — учитывая, сколь много путаницы сеют те, кто путает, и сколь много козней строят кознеделы из врагов этой религии!