Лукман (часть 3)#

1Третья рунда открывается в новом ключе. Она начинается с изложения космического довода, связанного с людьми, соприкасающегося с их благополучием и жизнью, с их пропитанием, привязанного к милости Аллаха к ним — к милости явной и милости сокровенной. Это та милость, которой они пользуются и рядом с которой они не стыдятся препираться об Аллахе — Дарующем, Щедром, Одаряющем.. Затем она идёт в этом же ключе, утверждая первую истину, которую рассматривали первая и вторая рунды.

«Разве вы не видите, что Аллах подчинил вам то, что на небесах, и то, что на земле, и одарил вас сполна Своими явными и скрытыми благами? Но среди людей есть такие, которые спорят об Аллахе без знания, ни руководства, ни освещающего Писания. Когда им говорят: „Следуйте за тем, что ниспослал Аллах“, — они отвечают: „Нет! Мы будем следовать тому, на чём застали наших отцов“. А если бы сатана звал их к мучениям в Пламени?» (Лукман: 20–21).

2И этот повторяющийся образ — всякий раз новый для чувства, когда сердце смотрит на него, размышляет о его тайнах и созерцает его чудеса, которым нет конца; человек за свою ограниченную жизнь не может исчерпать их. И он открывается в каждом взгляде новым цветом, новым ритмом.

3И контекст излагает его здесь под углом согласованности между нуждами человека на земле и устроением этой Вселенной! — того, что с несомненностью отсекает всякое предположение, будто эта согласованность могла быть случайностью или совпадением, и что нет пути, кроме как признать Единую Волю, Которая распоряжается, — Ту, что согласовала устроение этой огромной Вселенной с нуждами людей на этой маленькой, ничтожной планетке.. Земле!..

4Человек со стороны своего размера, веса и физической силы — ничто рядом с ней. Но милость Аллаха к этому человеку, вдунутый в него дух от Него, почёт, оказанный ему перед многими из творений.. одна лишь эта милость требовала, чтобы это творение имело вес в порядке Вселенной и в её расчёте. И чтобы Аллах подготовил для него способность использовать многие энергии этой Вселенной и её силы, её запасы и её блага. И это и есть то «подчинение», на которое указывает аят — в контексте явных и скрытых милостей Аллаха, и оно — часть подчинения того, что на небесах, и того, что на земле. Само существование человека изначально — милость и щедрость от Аллаха; снабжение его его энергиями — милость большая и благодеяние большее; вложение в него духа от Аллаха прежде всего этого — милость от Аллаха и щедрость. И каждое дыхание, которое он вдыхает, и каждый удар, который бьётся его сердце, и каждый вид, который улавливает его глаз, и каждый звук, который улавливает его ухо, и каждая мысль, рождающаяся в его душе, и каждая идея, которую обдумывает его разум.. — всё это не что иное, как милость, которой не было бы, не будь щедрости Аллаха.

5И Аллах подчинил этому человеческому творению небеса: Он сделал подвластным ему солнце и свет луны, и плавающих в нём птиц. И подчинил ему то, что на земле. А это — очевиднее и легче для наблюдения. Он поставил его наместником на этой длинной, широкой земле и дал ему возможность распоряжаться всеми сокровищами, которые хранит земля. Среди них — явное и среди них — сокровенное; среди них то, что он знает, и то, чего он вовсе не знает из тайн сил, которыми он пользуется, не ведая того. И он погружён в каждое мгновение мгновений ночи и дня в милости, которых не сосчитать, — в милости, предел которой он не постигает и которых не осознаёт. И при всём этом они не благодарят, не поминают, не размышляют о том, что вокруг них, и не уверены в Дарующем, Щедром, Благородном.

«Но среди людей есть такие, которые спорят об Аллахе без знания, ни руководства, ни освещающего Писания» (Лукман: 20).

6И эти препирательства выглядят странными, недостойными в свете этого космического доказательства и рядом с этой обильной милостью.

7[стр. 393]

8И выглядят неблагодарность и отрицание мерзкими, чудовищными, безобразными — от них отворачивается фитра, и от них содрогается совесть. И выглядит эта группа людей, отрицающая всю эту истину, окружающую их со всех сторон, отрицающей милость — не стыдясь препираться об Аллахе посреди всех этих обильных милостей. И положение её становится ещё мерзостнее оттого, что она не опирается в этом споре на знание, не ведётся руководством и не опирается на Писание, которое освещало бы для неё вопрос и представляло бы довод.

9Это — та самая закоснелая, окаменевшая слепая приверженность, которая не стоит на знании и не опирается на размышление. Та приверженность, от которой Ислам хочет их освободить и для освобождения от которой хочет распустить их умы — чтобы они размышляли, искали свет и видели. Но они отказываются вырваться из плена отклонившегося прошлого и цепляются за оковы и путы, которые сковывают их чувства и их устремления, и не желают освобождения от приверженности и косности. И тем не менее именно таково положение той группы людей: они отталкивают от своих душ Его руководство и препираются об Аллахе без знания, ни руководства, ни освещающего Писания.. И потому над ними насмехаются, и над ними издеваются, и намекается, скрыто, на конец этого сомнительного положения:

«А если бы сатана звал их к мучениям в Пламени?» (Лукман: 21).

10Ибо это положение — не что иное, как призыв сатаны, который ведёт их к мучениям в Пламени. Так неужели они будут упорствовать на нём, даже если он приведёт их к этому концу?.. Это пробуждающее прикосновение и пугающий образ — после того великого, тонкого космического довода.

11И в противовес этому упрямству, которое не опирается на знание, не ведётся руководством и не черпает из Писания, указывается на должное поведение перед космическим доказательством и обильной милостью:

«Кто обратил своё лицо к Аллаху и при этом творит добро, тот ухватился за надёжную рукоять. А к Аллаху предстоит исход всех дел» (Лукман: 22).

12Это — полное предание себя Аллаху вместе с праведностью дел и поведения — предание во всём его смысле, и покойность пред предопределением Аллаха, и подчинение повелениям Аллаха, Его предписаниям и Его руководству — вместе с чувством уверенности и спокойствия в милости, и дышащим покоем под покровительством, и радостным довольством — довольством успокоения и безмятежности.. Всё это обозначается обращением лица к Аллаху. А лицо — самое почётное и самое высокое, что есть в человеке.

13И кто обратил своё лицо к Аллаху, будучи творящим добро, — тот ухватился за надёжную рукоять, и не разжать её в благоденствии и в беде, и не собьётся с пути тот, кто держится ею на скользкой дороге и в тёмную ночь — среди бурь и ненастий!

14Это — покой предавшегося своему Господу. Это — покойность ко всему, что приносит предопределение Аллаха, — с довольством, с уверенностью, с принятием; покойность, которая сохраняет для души её ровность и её безмолвие, и её присутствие духа перед лицом событий; и возвышенность в благоденствии — так что не заносится; и в беде — так что не смиряется; и перед катастрофами — так что не теряется; и туманы рассеиваются на пути, и преграды рассыпаются на нём здесь и там.

15Ведь путь — длинный и тяжёлый, полный опасностей. И опасность для чувств и души на нём не меньше и не слабее опасности лишения и страдания. И опасность благоденствия на нём не очевиднее и не яснее опасности беды. И потребность в Опоре, Которая не исчезает,

16[стр. 393]

17и в канате, который не рвётся, — потребность насущная, постоянная. А надёжная рукоять — это рукоять Ислама: предание себя Аллаху и праведность. «А к Аллаху предстоит исход всех дел».. И к Нему — возвращение и конец пути. Потому лучше человеку обратить своё лицо к Нему с самого начала и идти к Нему по дороге — с уверенностью, руководством и светом.

«А кто отверг веру, то пусть тебя не печалит его неверие. К Нам они вернутся, и Мы сообщим им о том, что они совершили. Ведь Аллах ведает о том, что в груди. Мы даём им пользоваться благами недолго, а потом Мы принудим их к суровым мучениям» (Лукман: 23–24).

18В противовес обращающему своё лицо к Аллаху и творящему добро — эта картина того, кто отверг веру, и его удела в этом мире. Умаление его значения перед Посланником Аллаха ﷺ и перед каждым верующим: «Пусть тебя не печалит его неверие».. Его дело слишком ничтожно, чтобы печалить тебя, слишком мелко, чтобы занимать тебя.. А его удел в ближней жизни — тоже умаление его значения. Он в деснице Аллаха, не ускользнёт, и схвачен за свои дела. И Аллах лучше знает, что он делал и что скрывает в своей груди из намерений: «К Нам они вернутся, и Мы сообщим им о том, что они совершили. Ведь Аллах ведает о том, что в груди».. А услада жизни, которая его обольщает, — ничтожна, коротка по сроку, скудна по ценности.. «Мы даём им пользоваться благами недолго».. А конец после этого — ужасный, грозный, и он влеком к нему влекомым, неотвратимым: «к суровым мучениям».. И описание мучений суровостью подчёркивает, по методу Корана, их тяжесть, а выражение «принудим» отбрасывает тень того ужаса, который неверующий пытается не встретить — при невозможности отвратить его или замешкаться перед ним! Так где же это от того, кто обратил своё лицо к Аллаху,

19ухватился за надёжную рукоять и возвращается к своему Господу в конце — с безмятежной душой и спокойной совестью?

20[стр. 395]

21Затем Он ставит их перед логикой их собственной фитры, когда она лицом к лицу встречает Вселенную: нет пути отвернуться от признания истины, скрытой в ней и в фитре Вселенной alike; но они уклоняются от неё и отклоняются, и пренебрегают её прямым логикой:

«Если ты спросишь их: „Кто создал небеса и землю?“ — они непременно скажут: „Аллах“. Скажи: «Хвала Аллаху!» Но большинство их не ведает. Аллаху принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Воистину, Аллах — Богатый, Достохвальный» (Лукман: 25–26).

22И что мешает человеку, когда он спрашивает свою фитру и возвращается к своей совести, отрицать эту ясную, говорящую истину? Ведь эти небеса и эта земля стоят — с определёнными положениями, размерами, движениями и расстояниями, свойствами и качествами, — определёнными так, что в этом виден замысел, как в этом видна и согласованность. И прежде всего это — творения, и никто не станет утверждать, что он создал их, и никто не станет утверждать, что иной творец, кроме Аллаха, участвовал в них, и невозможно, чтобы они существовали так сами по себе. И невозможно, чтобы они упорядочились, согласились, встали и пришли в строй без распоряжения и без Распоряжающегося — без замысла, без мудрости, без цели! И это — до всякой

23аргументации; не говоря уже о том, что сама фитра, встречая их, узнаёт их и свидетельствует о них.

24И те, которые встречали вероучение единобожия многобожием и противопоставляли призыву Посланника Аллаха ﷺ ожесточённый спор, — они не могли исказить логику своей фитры, когда она лицом к лицу встречала космическое доказательство, представленное существованием небес и земли, их стоянием перед глазом: не нуждаются они больше, чем во взгляде!

25И потому они не запинались в ответе, когда их спрашивали: «Кто создал небеса и землю?» — и отвечали: «Аллах». Поэтому Аллах направляет Своего Посланника ﷺ, чтобы он вслед за их этим ответом восславил Аллаха: «Скажи: „Хвала Аллаху!“». Хвала Аллаху за ясность истины в фитре! И хвала Аллаху за это вынужденное признание перед космическим доказательством! И хвала Аллаху во всяком положении. Затем отсекается спор и прослеживание другим прослеживанием: «Но большинство их не ведает».. И потому они препираются, не зная логики фитры и указания этой Вселенной на её Великого Творца.

26[стр. 396]

27И по случаю признания их фитрой того, что Аллах создал небеса и землю, утверждается также полная принадлежность Аллаху всего, что на небесах и на земле — того, что Он подчинил человеку и того, что не подчинил. И Он при этом — Богатый, не нуждающийся ни в чём из того, что на небесах и на земле, Достохвальный Сам по Себе, даже если бы люди и не обращались к Нему с хвалой:

«Аллаху принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Воистину, Аллах — Богатый, Достохвальный» (Лукман: 26).

28И теперь эта рунда завершается космической картиной, символизирующей богатство Аллаха, которому нет конца, и знание, которому нет предела, и Его способность к творению и созиданию, обновляющимся без всякого конца, и Его абсолютную Волю, у которой нет границы и нет предела:

«Если бы все деревья земли были перьями, а море — чернилами, подкреплёнными ещё семью морями, то всё равно не иссякли бы Слова Аллаха. Воистину, Аллах — Могущественный, Мудрый. Ваше сотворение и ваше воскрешение — как сотворение и воскрешение одной души. Воистину, Аллах — Слышащий, Видящий» (Лукман: 27–28).

29Это — картина, взятая из человеческих знаний и ограниченных наблюдений, чтобы приблизить к его воззрению смысл обновляющейся Воли, у которой нет пределов и которую человеческое воззрение едва ли способно постичь без этого воплощения и уподобления.

30Ведь люди записывают своё знание, и фиксируют свои законы, и передают свои повеления — через записывание их перьями, которые прежде делались из тростника и камыша, обмакиваемыми в чернила из туши и тому подобного. И этих чернил не больше, чем…

31…наполнили бы чернильницу! Вот он представляет им, что все деревья, какие есть на земле, обратились в перья, и все моря, какие есть на земле, обратились в чернила. Более того — это море подкреплено ещё семью такими же морями.. и сели писцы записывать слова Аллаха, обновляющиеся, свидетельствующие о Его знании, выражающие Его волю.. И что же? Иссякли перья, иссякли чернила. Иссякли деревья, иссякли моря.. а слова Аллаха пребывают и не иссякают, и нет им предела.. Это — ограниченное, стоящее лицом к лицу с Неограниченным. И как бы далеко ни простиралось ограниченное, оно иссякнет, а Неограниченный останется, не убавившись ни на йоту.. Слова Аллаха не иссякают, потому что Его знание не имеет границ, потому что Его воля неистощима, и потому что Его воля — слава Ему — свершается, не зная ни пределов, ни оков.

32И прячутся деревья и моря, и сжимаются живые существа и вещи, и исчезают образы и состояния. И человеческое сердце замирает в смирении пред величием Творца, Вечного, Который не меняется, не преображается и не исчезает, — пред могуществом Творца, Сильного, Ведающего, Мудрого: «Воистину, Аллах — Могущественный, Мудрый» (Лукман: 27).

33И пред этим смиряющим зрелищем раздаётся последний аккорд в данной серии доводов, беря это зрелище в качестве космического свидетельства лёгкости творения и простоты воскресения:

«Ваше сотворение и воскресение требуют от Него не больше, чем сотворение и воскресение одной души. Воистину, Аллах — Всевидящий, Ведающий» (Лукман: 28).

34Воля, которая творит одним лишь обращением намерения к творению: для неё единое и множество — одно и то же. Она не прилагает ограниченного усилия к сотворению каждой отдельной души и не повторяет это усилие с каждой новой душой. И тогда сотворение одного равно сотворению миллиардов, и воскрешение одной души равно воскрешению миллиардов. Довольно одного слова. Довольно одного изволения: «Когда Он желает чего-либо, то говорит этому: „Возникни!“ — и оно возникает» (Лукман: 29). И с могуществом неразлучны знание и ведение, сопутствующие творению и воскресению и тому, что за ними, — расчёту и точному воздаянию: «Воистину, Аллах — Всевидящий, Ведающий» (Лукман: 28).

35Последний обход касается того же вопроса, которым занимались три предыдущих обхода. Он утверждает, что Аллах — Истина, а то, чему они поклоняются помимо Него, — ложь. Он утверждает исключительность поклонения одному лишь Аллаху. Он утверждает истину Последнего дня, когда отец ничем не избавит сына и сын ничем не избавит отца.. И с этими истинами он несёт новые, разнообразные воздействия и разворачивает их на широком космическом фоне:

«Разве ты не видишь, что Аллах удлиняет день за счёт ночи и удлиняет ночь за счёт дня, подчинил солнце и луну, каждая из которых движется к назначенному сроку, и что Аллах ведает о том, что вы совершаете? Это потому, что Аллах есть Истина, а то, чему они поклоняются помимо Него, есть ложь, и потому, что Аллах — Возвышенный, Большой» (Лукман: 29).

36Зрелище вхождения ночи в день и дня в ночь, их убывания и прибавления со сменой времён года — зрелище изумительное, но привычка и повторение лишают большинство людей чувствительности, и они не замечают этого чуда, которое повторяется в точном порядке: не опаздывает ни разу, не сбивается, не отклоняется этот неустанный круговорот, который не ведает ни усталости, ни отклонения.. И один лишь Аллах способен создать этот порядок и сохранить его; а для постижения этой истины не нужно ничего, кроме созерцания этого неустанного круговорота, который не ведает ни усталости, ни отклонения.

37И связь этого круговорота с солнцем и луной и их упорядоченным движением — связь очевидная. И подчинение солнца и луны — изумительное чудро из чудес ночи и дня, их убывания и прибавления. И никто не способен на такое подчинение, кроме Аллаха, Могущественного, Ведающего. И Он один определяет и знает срок их движения до назначенного времени. И рядом с истиной вхождения ночи в день и дня в ночь, с истиной подчинения солнца и луны — истина ведения Аллахом того, что совершают люди, истины, тесно с этим связанные.

38Затем весь этот ряд примыкает к великой истине, на которой стоят все истины вообще. К первой истине, из которой произрастают все истины. К той истине, которую утверждает этот обход, представляя её с этим доводом:

«Это потому, что Аллах есть Истина, а то, чему они поклоняются помимо Него, есть ложь» (Лукман: 30).

39Это.. этот космический порядок, устойчивый, вечный, точный в своём строе.. этот порядок сам свидетельствует, что Аллах — Истина, а то, чему поклоняются помимо Него, — ложь. Эта великая истина, на которую опирается всякая истина и которой держится всё существование. Ведь то, что Аллах — Истина, слава Ему, означает: Он тот, Кто утвердил эту вселенную, Он тот, Кто хранит её, Он тот, Кто правит ею, Он тот, Кто гарантирует ей устойчивость, постоянство и сцепление: «Ему принадлежит всё, что есть на небесах и на земле» (Лукман: 26).

40«Это потому, что Аллах есть Истина».. Всё, кроме Него, меняется. Всё, кроме Него, преображается. Всё, кроме Него, подвержено приращению и убыванию, сменяют друг друга в нём сила и слабость, расцвет и увядание, подъём и упадок. Всё, кроме Него, возникает после того, как его не было, и исчезает после того, как было. И Он один — слава Ему — Вечносущий, Который не меняется и не преображается, тогда как всё, кроме Него, исчезает.

41И затем в душе остаётся осадок от слов Всевышнего: «Это потому, что Аллах есть Истина».. осадок, который не передают слова и который не под силу человеческому выражению. Осадок, который объемлет сердце и ощущает внутреннее чутьё, которым проникается всё человеческое существо, — а выражение бессильно перед ним!.. И так же: «и потому, что Аллах — Возвышенный, Большой».. Тот, помимо Которого никто не «Возвышенный» и не «Большой»!!! Разве я сказал хоть что-то, что раскрыло бы то, что переполняет всё моё существо пред этим изумительным кораническим выражением? Я чувствую, что всякое человеческое выражение подобных высших истин лишь убавляет их и не прибавляет, и что кораническое выражение — как оно есть — есть единственное, неповторимое выражение откровения!!!

42Затем после этого космического зрелища и этого чувства-прикосновения контекст приводит зрелище из привычной жизни людей: зрелище кораблей, плывущих в море по милости Аллаха. И ставит их в этом зрелище лицом к лицу с логикой фитры, когда она встречает ужас и опасность моря, — беспомощную, лишённую силы, мощи, дерзости и гордыни:

«Разве ты не видишь, что корабли плывут по морю по милости Аллаха, дабы показать вам некоторые из Его знамений? Воистину, в этом — знамения для всякого терпеливого, благодарного. Когда их накрывает волна, словно тень, они взывают к Аллаху, очищая перед Ним свою веру. Когда же Он спасает их и выводит на сушу, некоторые из них придерживаются середины. Отвергают Наши знамения только неблагодарные предатели» (Лукман: 31–32).

43Корабли плывут в море согласно законам, которые Аллах заложил в море, и в корабле, и в ветре, и в земле, и в небе. Именно сотворение этих творений с их свойствами и есть то, что позволяет кораблям плыть по морю, не тоня и не останавливаясь. Если бы нарушилось хоть одно из этих свойств — корабли не плыли бы по морю. Нарушилась бы закономерность, заложенная Аллахом, или сущность материала корабля. Нарушилось бы соотношение давления воздуха на поверхность моря. Нарушились бы морские и воздушные течения. Отклонилась бы температура от той границы, при которой вода остаётся водой и при которой испарения воды и воздуха держатся в надлежащих пределах.. Нарушилась бы одна-единственная пропорция — и корабли не плыли бы по воде. А после всего этого остаётся то, что Аллах — хранитель корабля и защитник его над гребнями волн среди бурь и штормов, где нет охранителя, кроме Аллаха. Он плывёт по милости Аллаха и Его щедрости при всех обстоятельствах. И он плывёт, неся в себе милость Аллаха и Его щедрость. Выражение объемлет и тот и другой смысл: «дабы показать вам некоторые из Его знамений».. И они выставлены напоказ для созерцания: видит их всякий, кто хочет видеть, и в них нет ни туманности, ни сокрытия.. «Воистину, в этом — знамения для всякого терпеливого, благодарного».. Терпеливого в беде, благодарного в благоденствии — а это два состояния, которые сменяют друг друга в человеке.

44Но люди не терпят и не благодарят! Их поражает беда — и они вопят; Аллах избавляет их от беды — и благодарят из них лишь немногие:

«Когда их накрывает волна, словно тень, они взывают к Аллаху, очищая перед Ним свою веру» (Лукман: 32).

45Ибо пред такой опасностью, когда туча накрывает их словно тень, а корабль — как затерянная щепка в пучине.. души сбрасывают обманчивую силу, совлекают с себя мнимое могущество, которое заслоняло от них в часы благополучия истину их фитры и разрывало связь между этой фитрой и её Творцом. И когда рушатся эти преграды и фитра обнажается от всякого покрова, она выпрямляется к своему Господу, устремляется к своему Создателю, очищает пред Ним веру, отвергает всякого сотоварища и отбрасывает всякого пришельца. И взывают они к Аллаху, очищая пред Ним свою веру.

«Когда же Он спасает их и выводит на сушу, некоторые из них придерживаются середины» (Лукман: 32).

46Безопасность и изобилие не отвращают его к забвению и легкомыслию; он остаётся помнящим и благодарным, а если он и не выполняет права Аллаха в поминании и благодарности сполна, то самое большее, чего достигает помнящий благодарный, — это держаться середины в воздаянии.

47А есть среди них и такие, что отвергают и отрицают знамения Аллаха сразу же, как минует опасность и вернётся благополучие: «Отвергают Наши знамения только неблагодарные предатели» (Лукман: 32).. «Хуттар» — крайне вероломный, «кафур» — крайне неблагодарный; и эта описательная усиленность уместна здесь по отношению к тем, кто отвергает знамения Аллаха после этих космических зрелищ и чистого, ясного, очевидного логика фитры.

48И после этого отрезвляющего обхода, который смиряет гордыню силы, знания и могущества, и после того, как рушатся эти ложные преграды и люди встают лицом к лицу пред логиком фитры.. уместно в этом обходе напомнить им о Дне великом, перед которым ужас моря кажется малым и жалким. О Дне, который разрывает узы родства и крови, отвлекает отца от сына и встаёт между сыном и отцом, и всякая душа стоит в тот день одинокой, беспомощной, лишённой всякой помощи и всякой опоры, покинутой всяким близким и всякой родней:

«О люди! Бойтесь вашего Господа и страшитесь дня, когда отец ничем не избавит сына, и сын ничем не избавит отца. Обещание Аллаха истинно, и пусть не обольщает вас мирская жизнь, и пусть не обольщает вас обольститель относительно Аллаха» (Лукман: 33).

49Ужас здесь — ужас душевный; меру его знают лишь чувства и сердца. Рвутся узы близости и крови, и связи родства между отцом и сыном, между сыном и отцом. И каждый остаётся наедине со своей участью: никто никого не выкупит, и никому не поможет ничто, кроме его дела и его приобретения. А это бывает лишь тогда, когда ужас не имеет себе равных в привычном мире людей.. И потому призыв к богобоязненности приходит здесь в самой подходящей своей форме, в которой он находит отклик, и истина Последнего дня излагается в тени этого всеобъемлющего ужаса — и её слышат сердца.

50«Обещание Аллаха истинно».. Не будет ни отмены, ни отсрочки; не избежать встречи с этим грозным днём и не уйти от точного расчёта и справедливого воздаяния, где отец ничем не избавит сына и сын — отца.

51«И пусть не обольщает вас мирская жизнь».. со всеми её наслаждениями, суетой и отвлечениями: она — срок определённый, она — испытание и заслуживание воздаяния.

52«И пусть не обольщает вас обольститель относительно Аллаха».. Наслаждение, что отвлекает, или занятие, что заставляет забыть, — сколько сатанов в груди! И шайтанов много. Обольщение богатством — шайтан. Обольщение знанием — шайтан. Обольщение долголетием — шайтан. Обольщение силой — шайтан. Обольщение властью — шайтан. Порыв гордыни — шайтан. Порыв страсти — шайтан. И лишь богобоязненность и представление о Последнем дне охраняют от всякого обольщения!

53И в завершение четвёртого обхода и завершении суры, в тени этого грозного зрелища раздаётся последний аккорд в суре: напоминание о всеобъемлющем знании Аллаха и немощи человека, о завесах, скрывающих неведомое. И утверждается истина, которой занята вся сура во всех своих частях, — и всё это изливается в зрелище из тех изумительных картин коранического изображения:

«Воистину, знание о Часе находится у Аллаха. Он ниспосылает дождь и знает, что находится в утробах. Ни один человек не знает, что он приобретёт завтра, и ни один человек не знает, в какой земле он умрёт. Воистину, Аллах — Знающий, Ведающий» (Лукман: 34).

54И Аллах — слава Ему — сделал Час сокровенным, которое не ведает никто, кроме Него, дабы люди пребывали в постоянной насторожённости, в постоянном ожидании и в постоянном старании опередить его делами — ведь они не знают, когда он придёт. Он может поразить их внезапно в любое мгновение, и нет места отсрочке в том, чтобы запастись припасами и накопить запас.

55И Аллах ниспосылает дождь сообразно Своей мудрости, в той мере, в какой желает. Люди могут по опыту и измерениям узнавать о близости его ниспослания, но они не способны создать причины, вызывающие его. И текст утверждает, что Аллах — тот, Кто ниспосылает дождь, ибо Он, слава Ему,

56(1) См. главу о…

57…Он — Всевышний» — по причинам естественным, которые его порождают и которые им управляют. Так что принадлежность дожда Аллаху — это принадлежность власти и могущества, как это явствует из самого текста. И ошиблись те, кто относил его к сокровенному, ведомому одному лишь Аллаху, — хотя, конечно, знание одного лишь Аллаха и есть единственное полное, совершенное, всеобъемлющее, постоянное знание, к которому не прибавить и от которого не отнять.

58Принадлежность Ему знания о будущем — как принадлежность Ему знания о Часе: Он один знает его… И Он один знает, что в утробах, — знание достоверное: что в утробах в каждое мгновение, на каждой ступени, — прилив и спад, наличие беременности и тогда, когда у зародыша нет ещё ни объёма, ни тела; и пол этого зародыша — мужчина или женщина, — в тот миг, когда никто не в силах узнать об этом что-либо, в первое мгновение соединения клетки и яйцеклетки; и облик зародыша, его свойства, его сущность, его задатки… Всё это — из того, что ведомо одному Аллаху.

59«И ни одна душа не знает, что она приобретёт завтра…» — что приобретёт она из добра и зла, из пользы и вреда, из лёгкости и тяготы, из здоровья и болезни, из покорности и ослушания. Ибо приобретение — шире, чем деяние: оно охватывает и то, что достанется душе завтра. А это — сокрытое, завешенное покровами, и человеческая душа стоит перед мраком неведомого, не в силах увидеть что-либо за завесой.

60И так же: «И ни одна душа не знает, в какой земле она умрёт» — а это дело за завесой, за плотной завесой, которую не пробивают ни слухи, ни взоры.

61И поистине, человеческая душа, стоя перед этим ясным изложением, сбрасывает с себя самообольщение знанием и самообольщение познанием — и узнаёт перед этой плотно опущенной завесой, что людям дано знания лишь немного, и что за завесой — многое, чего люди не знают. И даже если бы они познали всё, им всё равно предстояло бы стоять перед этой завесой, не ведая, что будет завтра! Мало того — что будет в следующее мгновение! И тогда смиряется человеческая душа, отрекаясь от своей гордыни, и смиряется перед Аллахом.

62И коранический контекст разворачивает эти глубоко действующие прикосновения к человеческому сердцу на необъятном полотне — полотне широком во времени и пространстве: в настоящем, реальном, и в будущем, ожидаемом, и в сокровенной дали; и в помыслах души, и в порывах воображения — между далёким Часом и близким нисхождением, между тем, что в утробах, скрытом от глаз, и приобретением завтрашним, которое близко по времени, но сокрыто в неведомом; и местом смерти и погребения, о котором лишь гадают по догадкам.

63Это — полотно необъятное по пределам и просторам. Но широкие живописные мазки, охватив его со всех сторон, смыкаются у его краёв и сводят все эти края к одной точке — точке неведомого; и мы все останавливаемся перед маленьким закрытым окошком: если бы оно отворилось, близкое за ним сравнялось бы с далёким, и открылось бы в нём и дальнее, и близкое… Но оно остаётся закрытым для человека, ибо это — выше человеческого могущества и вне человеческого знания. Оно остаётся принадлежностью одного Аллаха, и никто иной не знает его — разве что с Его дозволения и в той мере, какую Он определит. «Воистину, Аллах — Знающий, Ведающий» — и никто, кроме Него, не является ни Знающим, ни Ведающим.

64(1) Отрывок из книги «Художественный образ в Коране», глава «Художественная соразмерность». Издательство «Дар аш-Шурук».

65[стр. 2798]

66Часть двадцать первая